Глаза дьявола - Гапарон Гарсаров

– Интересно, что же это за такая важная работа, ради которой Вы готовы прыгать со второго этажа?

– Я преподаю в институте, – с гордостью сообщила аспирантка, тут же мысленно начиная себя ругать за глупую версию. – Это дочерний от университета вуз. Я устроилась туда недавно и очень боюсь потерять эту работу… Понимаете, прежняя преподавательница ушла слишком внезапно, посреди семестра, и мне приходится в срочном порядке писать вместо неё методический материал и переделывать учебный план… А заниматься этим я могу лишь в институте, так как своего компьютера у меня нет и…

Лавра и сама была не в восторге от такого сумбурного алиби. Но ведь она придумывала на ходу. К тому же голова просто раскалывалась от боли. Ночное столкновение с крылатым демоном не прошло для неё бесследно.

– А почему Вам понадобилось попасть в институт именно ночью? – задал следователь вполне ожидаемый вопрос. – И каким образом Вы проникаете туда? Там ведь наверняка на ночь всё запирается и сдаётся на сигнализацию.

– Мне дали ключи, – принялась откровенно лгать утомлённая Лавра. – А ночью я туда пошла лишь потому, что к этому времени там был свободен компьютер. К тому же сегодня я уже должна провести первую лекцию, а сделать это без оформленного учебного плана институтское начальство не позволит.

– Вам самой не кажется странной такая отговорка? – ухмыльнулся следователь, попутно что-то записывая в помятом бланке.

– Это отнюдь не отговорка! – возмутилась Лавра. – Я говорю правду. Зачем мне, по-вашему, ещё прыгать со второго этажа? Уж если бы это я покончила с Викентьевной, я бы не стала сюда возвращаться!..

– Никто не говорит, что это именно Вы убили завхоза.

– Но Вы имели это в виду, иначе бы не усомнились в моих словах.

– Кстати, у Вас ведь здесь ещё есть соседка, Луиза Шарафова, верно? Нам бы хотелось побеседовать и с ней…

– Она сейчас живёт за городом, скинхеды недавно убили её брата. Наверно, Вы слышали про нападение на студенческий кинотеатр?

– Мой коллега курирует это дело. Простите, а с чего Вы решили, что это были скинхеды?

– Ну, как… Я сама там была вместе с Луизой и видела, что они вытворяли. Меня даже ударили пару раз. К тому же брату Луизы присылали угрожающие письма с требованием покинуть этот город.

– Боюсь Вас разочаровать, но это были не скинхеды, – огорошил её следователь, странно улыбнувшись.

– То есть как это? – удивилась Гербер.

– Скинхеды не станут грабить кассу кинотеатра, бить киномеханика и сажать чеченцев на колы вдоль набережной. И уж тем более они не будут никого предупреждать о своих акциях. Это отнюдь не их почерк… Впрочем, мы с Вами отвлеклись, давайте вернёмся к нашему происшествию.

– Извините, а можно ещё кое-что спросить у Вас по поводу скинхедов? – оживилась брюнетка. – Вы говорите, что тогда в кинотеатре это были не они. Но ведь я же лично видела: бритые головы, чёрные одежды, нацистские лозунги. Да и других зрителей они не тронули, а только тех, кто, по их мнению, был выходцем из недостойных народов…

– Это всё ширма, – усмехнулся лейтенант, постукивая авторучкой по колену. – Кто-то прикрывается скинхедами, чтобы совершать свои нападения… – Он вздохнул и резко переменил тему. – Ладно, давайте всё же вернёмся к Вашему случаю. Вот на работе, куда Вы так героически сбежали, найдутся ли люди, которые подтвердят Ваши слова? В том смысле, что Вы действительно провели ночь, исполняя трудовые обязанности…

– Вы можете спросить об этом… у заведующей кафедрой, к которой я приписана, – неловко добавила Лавра, хотя сама ещё сомневалась, согласится ли Веста заверить её слова.

– Как зовут заведующую?

– Веста Андреевна Рогова…

Проскурин почему-то удивлённо вскинул брови, но координаты Весты всё же записал.

– Ладно, гражданка Гербер, – вздохнул следователь, что-то начеркав у себя на листочке. – Пока у меня к Вам вопросов больше нет. Но имейте в виду, что в самое ближайшее время Вас вызовут в прокуратуру для дачи показаний. К тому же я Вам настоятельно рекомендую не покидать город дней десять… Это на всякий случай, если мы надумаем предъявлять Вам обвинение.

– Да-да, конечно, – закивала брюнетка, по-прежнему поправляя на себе влажное пальто. Ей не верилось, что она так быстро избавилась от следователя.

* * *

Аромат свежесваренного кофе наполнил преподавательскую комнату и щекотал ноздри. Веста поставила перед собой две объёмные синие чашки и в который раз с тяжестью вздохнула, потрясённо мотая головой.

– Я, наверное, совершила очередную глупость, втянув во всю эту историю ещё и тебя, – промолвила Лавра, потирая больные ноги.

До начала первого занятия оставалось пятнадцать минут, но других преподавателей в институте пока не наблюдалось. Судя по всему, с утра многие предпочитали опаздывать, тем более когда на улице стоял сонный ноябрьский полумрак.

– Нет, нет, ты поступила очень даже правильно, – успокоила её заведующая и обхватила горячую чашку белыми руками. – Просто у меня всегда нехорошие ассоциации, когда слышу про следователей…

– Понимаешь, без твоей поддержки в этой ситуации я буду для них главной подозреваемой, – дрожащим голосом пояснила брюнетка. – У меня, действительно, нет алиби… Я прошаталась полночи по городу, мучалась бессонницей, и никто не сможет это подтвердить.

– Можешь не оправдываться, я лично уверена, что ты не убивала эту мадам. Если этот следователь решит проверить твои показания, я с превеликим удовольствием подтвержу их. Но ты должна быть осторожнее, Лавра. Вокруг тебя и так хватает неприятностей, а ты находишь всё новые и новые.

– Думаешь, меня саму это не задевает? – Гербер посмотрела на своё отражение в настенном зеркале и снова отметила, что синие волосы выглядят чересчур броско в её внешности. – Моя жизнь давно перестала быть спокойной… Впрочем, это уже мои проблемы.

– Ты, главное, сейчас успокойся, тебе ведь лекцию читать, – улыбнулась Рогова, беря её холодную руку в свою. – Не думай о том, что случилось, хотя это трудно, я прекрасно понимаю… А вечером я свожу тебя на фуршет к одному своему очень хорошему знакомому, он художник. Там и развеешься от всех этих проблем.

– Не знаю, у меня сегодня нет никакого настроения куда-либо ходить…

– Оно появится, я обещаю, – пропела Веста и отпила немного кофе. – Если почувствуешь недомогание, лучше отмени занятия. Не надо себя мучить.

– Нет, у студентов и так задержка с этой Историей Отечества, я не могу срывать учебный процесс дальше. Как-нибудь отработаю, будет уроком на следующий раз.

– Зря ты так, нужно беречь себя, – философски подметила девушка и обернулась на скрип дверь.

– О, балуетесь кофейком! – воскликнула радостная Алёна Сергеевна, проходя к ним с большим блестящим пакетом. – Правильно-правильно, в такую погоду только он, родимый, согревает.