Глаза дьявола - Гапарон Гарсаров

– Как Ваша машина? – поинтересовалась Лавра, заметив, что Веста тут же оставила её руку в покое и поспешила к полке с учебными журналами.

– Лучше не спрашивай, – отмахнулась женщина, вытаскивая на стол шоколадный рулет, конфеты и несколько лимонов. – Эти гады так и не хотят мне возмещать убытки. Но ничего, я человек терпеливый. Посмотрим, как они запоют поближе к сессии. По ходу дела, они пока не понимают, в какие игры начали играть.

– Ставили б свой автомобиль подальше от института, – подметила Рогова, листая потрёпанный журнал. – Не ровен час, опять что-нибудь сделают…

– Пусть только попробуют, – злобно усмехнулась Алёна Сергеевна, вертя перед собой баночку с вишнёвым джемом.

– Ну и что Вы им сделаете? Покричите, нервы свои потратите и всё. Какой тогда смысл?

– Зря ты, Вестуль, так говоришь. На студентов воздействовать очень даже можно, надо лишь знать эффективные приёмы.

– Да, но в случае с нашими студентами никакие приёмы не эффективны, – ухмыльнулась заведующая, подмигнула Лавре и вышла из преподавательской.

– А у тебя сегодня, никак, первый рабочий день на новом месте? – присела к ней женщина, разворачивая шоколадную конфету. – Ты с ними построже, чтоб вели себя нормально. А то им ведь чуть слабинку дашь, так потом на шею сядут и ножки свесят.

– Или машину расцарапают, – улыбнулась Гербер и принялась рыться в своей сумочке.

– Там на первом курсе есть такие бойкие девицы, ты их сразу заметишь, – стала давать советы Алёна Сергеевна. – Они любят к преподавателю на «ты» обращаться, посылают чуть ли не на три буквы, по телефону могут поболтать запросто во время лекции… Ты их, в общем, не бойся, прямо сегодня приструни, иначе они потом тебя ни во что ставить не будут.

– Какие нынче девочки пошли, – мотнула головой брюнетка.

– Да и юноши, знаешь ли, не лучше. Я тут у них Римское Право веду. Так у меня почему-то мнение сложилось, что они там все сплошь расисты.

– Расисты?

– Ну, не знаю, реакция у них на чернокожих и китайцев очень неадекватная. Я им пример приводила с рабовладельческими обществами, а они как начали дискутировать: мол, сейчас бы такие порядки, запрячь бы всех негров и китаёз, пусть батрачат до потери пульса, мол, только это спасёт Россию от наплыва иностранцев и будет всё по-честному… В общем, я так на них посмотрела: парни некоторые наголо бритые, девчонки все такие из себя… ну, смелые, журнальчики они там листают сомнительного характера…

– Понятно, – выдохнула Лавра и вдруг ощутила такое стойкое желание пообщаться с этими ребятами, что вся усталость от ночных потасовок мигом сошла на нет.

Она достала свои лекционные записи, надела очки, поправила наскоро высушенные волосы и поспешила приступить к работе. По пути аспирантка остановилась у доски объявлений и обнаружила там очередной нацистский призыв. Кто-то навязчиво развешивал провокационные листовки по стенам института, и Лавра уже примерно догадывалась, где искать этого гада. Даже не утруждая себя прочтением преступной бумаженции, она свернула её и вложила в тетрадь с конспектами. Впереди её ждал расистски настроенный первый курс. Ну что ж, это очень даже интересно.

Аудитория, в которой обещала состояться лекция по Отечественной Истории, была не очень большой. По крайней мере, она явно не предназначалась для курса численностью в сто человек. Поэтому некоторые ребята были вынуждены делить двухместные столы с тремя, а то и с четырьмя сокурсниками. Вряд ли они мечтали о таких условиях, поступая в институт. Но Лавра не обязана подмечать бытовые неудобства студентов. Она медленно вошла в учебную комнату и остановилась перед кафедрой, сложив на неё свои записи. Девушки и парни болтали о своём, упорно не замечая новую преподавательницу. Лавра кашлянула для приличия, надеясь тем самым настроить молодёжь на лекцию. Однако её продолжали игнорировать. Звучали наперебой мелодии сотовых телефонов, студенты входили и выходили из аудитории, будто Лавра для них не существовала.

– Прошу внимания, – произнесла она, но её голос растворился в непрекращающемся гуле.

Честно говоря, на мгновенье она растерялась. Ей казалось, что ребята вмиг успокоятся с появлением преподавателя и перестанут хотя бы громко разговаривать, если она напомнит о себе. Но детки были не из робкого десятка и бессовестно продолжали делать вид, будто занятие ещё не началось.

Резкий звучный стук заставил ничего не подозревающих студентов вздрогнуть. Кто-то даже подскочил на месте. Гомон сию же секунду прекратился, и все лица обратились к кафедре, по которой только что ударила рукой синеволосая девушка.

– Доброе утро, – как ни в чём не бывало, пропела Лавра и улыбнулась. – Может, вы тоже поприветствуете преподавателя как положено?

Она уставилась на задние ряди, где восседали парнишки в чёрных кожаных куртках.

– Размечталась, – хмыкнула девица в короткой зелёной юбке и с красными волосами, при этом интенсивно пережёвывая жвачку.

– Мне бы не хотелось портить с вами отношения в первый же день знакомства, поэтому давайте будем уважительны друг к другу.

Ребята усмехнулись. Их, видимо, сильно забавляла новая преподавательница.

– Итак, – продолжила Лавра, – давайте все встанем и пожелаем мне доброго утра, как сделала это я минуту назад…

Вместо этого многие предпочли наоборот сесть. С задних рядов донёсся издевательский смех, а у девочек с краю вновь зазвенел телефон.

Гербер опять растерялась. Ей-богу, эти детишки абсолютно не воспитаны и испытывают её на прочность. Но тем хуже для них.

– Хорошо, не хотите, как хотите, – развела она руками и повернулась к доске, ища мел. – Меня зовут Гербер Лавра Эдуардовна. Я продолжу вести у вас Историю вместо Елены Владимировны…

– А мы думали, что избавились от этого хлама, – заметил кто-то с дальних парт, и все ту же рассмеялись.

– Кому это там не нравится историческая наука? – обернулась брюнетка, но найти смельчака так и не смогла. – Как бы вы того ни хотели, экзамен сдавать в любом случае придётся, а оценка пойдёт в ваши дипломы. И если это ваш первый семестр, то История будет значиться там на самой верхней строчке, в этом я вас уверяю. Представьте, что у кого-то там будет маячить «неуд»…

– Подумаешь, – зевнула красноволосая девица.

– Так, встаньте, пожалуйста, девушка! – повысила голос Лавра и пронзила наглую студентку строгим взглядом. – Свои комментарии оставьте при себе, мы не на футбольном матче. Ясно?

– Хмуро, – отбилась барышня, явно нарываясь на скандал.

– Тогда, может, сказать вам на английском или на немецком? Какой язык вы способны нормально воспринимать?

– Никакой…

– Тогда я посоветую вам обратиться к врачу.

Аудитория залилась новым смехом.

– Классно она тебя отбрила, Марго! – похвалил кто-то начинания Лавры и даже захлопал в ладоши.