Скелеты - Максим Кабир

«Эй, ты, храбрец, — говорили они, — мчись-ка назад в ДК, к людям, не думай, что тусклый солнечный свет помешает нам. Мы приходим и днем и ночью, мы шипим, извиваемся, мы оплетаем холодными телами шеи живых и давим, давим, давим…»

Автомобиль встал у гаражного кооператива. По пустырю гуськом семенили утки. В овраге шевелился мусор.

Хитров вошел в подъезд. Тук-тук, тук-тук-тук-тук, — стучали пальцы по лестничным перилам. В левой руке, как оружие, он сжимал телефон. Включил камеру, запись. Отпер дверь и прицелился объективом в коридор. Тихо. Чудесно тихо.

Он вспомнил всех этих борцов с потусторонним: Константина, Ван Хелсинга, Брюса Кэмпбелла. И миниатюрную школьницу Баффи заодно. Они бы засмеяли его, трясущегося, едва передвигающего ногами. Но они-то давно обвыклись, и сверхъестественное стало для них повседневной рутиной. Хитров никак не желал приспосабливаться к подобному. У перечисленных им героев не было детей. Крошечных, подвергающихся смертельной опасности ангелочков.

С замирающим сердцем он вошел в комнату Юлы. Камера фиксировала кроватку, игрушки, книжный шкаф. Барабаны. На пушистом коврике валялся оброненный желтый томик. «Приключения домовенка Кузи».

— Это наша квартира, ты, дерьмо протоплазменное. Мы здесь прописаны, ясно тебе?

Никто не ответил. Страх понемногу отступал, сменяясь гневом. Эта пыль на подоконнике, и сухая земля в цветочных кадках, и смятые впопыхах платья. Да как оно посмело вторгнуться в их уют, в их с Ларисой мир?

Под подошвой громко зашуршало (змея, приготовившаяся атаковать гадюка!), он отпрыгнул и выругался. Черт подери, испугаться пластмассовой обезьянки, Юлиной погремушки!

Он запихнул телефон в куртку. Проверил гостиную и кухню. Кухня его особенно раздосадовала. На плите стоял испортившийся ужин, кастрюльки со скисшим молоком, бульоном, присохшим пюре.

«Пожрать не дала, сволочь».

Будто мстя, он выскреб в унитаз содержимое блюдца, приспособленного Ларисой под кормушку для домового. Блюдце звякнуло о рукомойник.

Он оглядел квартиру и громко сказал:

— Я тебя, Лиля, не знаю, а теперь и знать не хочу. После Нового года мы сюда вернемся, и чтобы к тому моменту духа твоего здесь не было.

Он убрал кастрюли в холодильник. Прихватил продукты с длительным сроком хранения. Стремительно вышел из квартиры, запер дверь.

— Лариса, это ты? — раздался голос этажом ниже.

— Это я, теть Жень! — откликнулся Хитров.

Между прутьев перил возникла угрюмая физиономия соседки. Тетя Женя враждебно осмотрела Хитрова, будто выискивала хвост и рога.

— А где Лариса? — не поздоровавшись, спросила она.

— Мы к моим родителям переехали до конца праздников, — рапортовал Хитров.

— К родителям, — ехидно протянула соседка. — Жену, значит, сбагрил, а сам гулянья устраиваешь.

— Гулянья? — озадачился Хитров. Он показал негодующей тете Жене пакет. — Я за вещами забегал.

— А ночью ты зачем забегал?

— Ночью?

— Ты мне ягненка не строй, — настаивала соседка. — До часа ночи — топот, на барабанах своих бряцаешь. Я Ларисе все расскажу, как ты без нее время проводишь! И, ты смотри, шипеть он на меня будет!

— Шипеть? — изумился Хитров.

— Ты или дружки твои! Когда я позвонила, чтобы вы бардак заканчивали. В трубку шипел мне кто?

«Оно, — подумал Хитров, — оно на вас шипело, теть Жень».

— Извините, — только и смог выдавить он.

— Перед Ларисой извинишься, — бросила соседка и потопала вниз по ступенькам. — Я была о тебе лучшего мнения, Анатолий, — добавила она напоследок.

Первым порывом Хитрова было известить Ермака, он уже вынул телефон, но вспомнил, что сегодня у товарища встреча с Никой. Ермакову не до чужих призраков. Раньше Хитрова бы это не смутило, раньше он по-хамски, как настоящий близкий друг, срывал свидания Ермака, выпроваживал своим присутствием ермаковских пассий, Люд и Лид. Время скорректировало их отношения, добавило тактичность, деликатность.

— Сука, — прошептал Хитров.

За дверями квартиры, которую он только что покинул, зашуршала детская погремушка. Пересыпались бусинки в полой голове пластмассовой обезьяны. Ручка двери плавно опустилась и снова приподнялась. Туда и обратно, туда и обратно.