Люболь. Книги 1-4 - Вера Авалиани

заглянул Клод. И решил, что может отвезти Эроса в дом Лилии и по дороге предупредить его о том, что у того есть фанатка, которая ради него переделала себя в неполных двенадцать лет в довольно половозрелую девицу. Чтобы Эрос не совершил ошибку, которую могут расценить, как преступление. Гия предупредил его, что малышка Вера пошла на такой шаг, который, если не окупится в ее глазах симпатией красавчика Эроса, то может ее обозлить и разочаровать в людях. А если симпатия зайдет слишком далеко и углубится в лоно девственницы, то Илларион лишит его не только головки, но и головы! Поэтому, собственно говоря, он и поехал к Эросу, чтобы потом сразу отправиться в ресторан – принимать поздравления. И тут выпал такой случай познакомить парня с девушкой не у всех на глазах! И тот должен будет сыграть влюбленность рыцаря в прекрасную даму, а не обойтись с Верой, как с обычной своей фанатке. Поклонница – это обычное состояние любой женщины, которая его видит хоть на фото, хоть вблизи. А Вера – это Вера.

Та тоже проспала. Проходя мимо зеркала, она увидела на голове колтун из спутанных волос. И не стала даже кофе пить – побежала в душ. Бабушка Лиля что-то крикнула ей вслед, что-то про отъезжающую машину. И поэтому она не закрыла дверь, спросила под шум душа:

– За нами выслали машину? Зачем?

Лиля не знала, куда делась Вера. Не знала и мать. Поэтому, когда Клод попросил впустить в душ на минутку Эроса, дамы только и показали парню направление к душу на первом этаже, так как душ у спальни Веры был на втором. И парень распахнул шире дверь ванной, где под струями громадной душевой кабинки, совершенно прозрачной, стояла маленькая девочка с грудью неимоверной красоты. О том, что грудь искусственная, Клод не сообщил Эросу. Только предупредил, что девочке всего одиннадцать с половиной, и она дочь и племянница двух криминальных авторитетов.

– Будь осторожен. Но и не рань девочку равнодушием. О чем-то другом вообще речи нет! – напутствовал Клод. Но он не знал, что Эрос застанет Верочку голой.

Парень так и застыл, задохнувшись. У моделей грудь традиционно небольшая и иногда ее нет вовсе, а рост, наоборот, – большой. И все это вкупе приелось красавчику. Ну а существа такого миниатюрного сложения Эросу никогда не встречались. Он откинул с лица свои золотистые кудри до плеч. Приготовился выглядеть принцем.

Вера выключила душ, потянулась за полотенцем и вскрикнула испуганно, увидев свой идеал на пороге ванной с открытым от изумления ртом.

Эрос приложил палец к губам. Вытянул Веру за дверцу душа. И поцеловал оба божественных полушария.

– Я на тебе женюсь, когда ты станешь старше. – Ему пришлось припомнить все наставления Клода, чтобы сказать вторую часть текста. – Ему польстила реакция Веры, так и осевшей на пол на подкосившихся ногах при виде его красиво развернутых плеч и узкого таза, покоящегося на ногах такой красоты, что впору участвовать шоу трансвеститов, переодевшись девушкой.

– Ну-ка быстрее натягивай халат и иди сушить волосы. Я быстро ополоснусь, и мы вместе поедем на юбилей к Клоду.

Эрос одним махом стянул с себя джинсы вместе с трусами и, пока стягивал майку через голову, Вера хоть и не вышла из состояния шока, но, как загипнотизированная, обмоталась полотенцем и вышла все в том же сомнамбулическом состоянии в коридор. Потом ноги автоматически понесли ее в кухню.

– Ой, доченька, быстрее иди одеваться. У нас в доме Эрос! Его привез Клод.

– Да, да. – Она, наконец, очнулась и помчалась наверх, в свою спальню. Она включила фен и снова стала сушить не расчесанные волосы под свои ликующие мысли. И прическа получилась чересчур авангардной. Но блеск счастливых глаз придавал ее облику такой шик, такой драйв. Что когда она, поспешно накрасив грубо глаза и сделав алым рот, выбежала к Эросу, то даже и ее вульгарный имидж не пошатнул восторга парня.

– Эй, сотри алую помаду. Моей невесте нельзя провоцировать других парней.

– Мне только тринадцать исполнилось в декабре, – сказала Верочка.

– Джульетта была на год старше. Но мы же не собираемся пока жениться! Храни себя для меня до твоих восемнадцати. Приеду и тут же проверю твою девственность!

Эрос шутил пошло. Его Ангел поморщился в сотый раз, когда слышал его скетчи. Но тон его был таким воркующим, что умница Вера решила не анализировать слова. Они звучали музыкой для нее. И не важно, что Эрос произносил их сто раз своим поклонницам из числа малолеток. На этот раз он был как никогда искренним.

Веселье еще не началось, когда приехали опоздавшие – Лиля и ее выводок вместе с мокроголовым Эросом.

Пока Клода поздравляли Ирэн и Питер.

Они развернули стенгазету с наклеенными на ватман всеми статьями о Клоде и его интервью, опубликованными всеми журналистами за всю его жизнь. И на почетном месте была обложка журнала с Клодом и Софьей на ней.

Стенгазета заняла всю стену кафе и еще загибалась по краям на другие стены.

– Мы поздравляем тебя, Клод, – сказал Питер, растроганно шмыгнув носом в микрофон, – с твоей живописной жизнью. Ты и твоя семья буквально не сходили со страниц газет и журналов (вклеивать на ватман кассеты, диски, флешки и иные носители с видео мы не стали). Но и на экранах ты занял много места.

– Ты – победитель, – поддержала прочувствованно мужа Ирэн, – в спорте, в любви, в метании стрел Купидона, в медиапространстве. Ты даже видел Ангелов! И теперь мы желаем тебе тихого счастья, радости жизни, чтобы никакая сенсация больше не разрушила твою жизнь.

– Со стороны журналистки такие слова сами по себе подарок, – рассмеялся Клод и прошел вдоль ленты из ватмана от друга до подруги и обнял обоих.

Ангел Клода сказал Ангелам его друзей:

– Смотрите, фактически, они сделали ленту его судьбы!

– И правда. Останется к ней прилепить к концу всего четыре неосвященных (пока)года, которые Клоду осталось прожить, – с грустью добавил Ангел. Его можно было понять. С таким подопечным расставаться будет трудно. Дадут какого-нибудь зануду потом.

– Зато там они встретятся с Софьей, – Ангел Софии воздел очи к небу.

– Да, таков замысел Абсолюта. Лишь бы какой-нибудь гад типа ревнивого Гии не вмешался и не отправил Клода на небо раньше Софьи. Он ведь тогда может в кого-нибудь нырнуть, чтобы остаться. И что потом делать?

Между поздравлениями делались перерывы на дегустацию все новых блюд и на танцы гостей. Эрос не выпускал из объятий Веру. Она танцевать не ушла вообще, поэтому он нес ее над полом, не опуская на