Сначала было весело - Александр Варго

– Это только так кажется, – заявляет Нинка, мелкими шажками удаляясь от берега. – Стоит окунуться, враз станет тепло.

– Точно! – поддерживает подругу Боксер. Разувшись, он с криком влетает в озеро, подняв море брызг.

Нинка испуганно визжит, я непроизвольно отступаю от кромки воды.

На глубине около метра парень ныряет.

Зеркальная поверхность озера проглатывает его. Лунный свет не в силах преодолеть сопротивление воды, для этого он слишком слаб. Кажется, что озеро заполнено черными чернилами, подернутыми маслянистой пленкой.

– Зараза! – возмущается Нинка, растирая плечи, на которые попали брызги.

Вынырнув на значительном удалении от берега, Боксер издает клич, достойный одновременно Тарзана, Винниту и Кинг-Конга.

– Не топчитесь! Давайте сюда! Здесь обалденно.

– Иду! – Федя не столь стремительно, но довольно решительно заходит в воду. Плывет он мощно, красиво.

Вздохнув, делаю шаг. Затем еще один. Набежавшая волна лизнула колени. Брр! Пробирает, даже трезветь начала.

– Для согрева, – Нинка демонстрирует бутылку коньяка. Сделав глоток, протягивает мне:

– Глотни.

– Не хочется.

– Как знаешь. – Язык подруги немного заплетается, а в остальном и не скажешь, что она изрядно пьяна. Как и все мы.

Опустив полупустую бутылку в воду, она подталкивает ее к берегу.

– Девочки, что вы так долго?

– Не растаете! – отмахивается Нинка.

Где-то в горах раздается крик. Видно, студенты веселятся.

Хорошее они место показали. Уютное, чистое и, главное, безлюдное.

– Кто первый ловить будет?

– Твоя идея, ты и начинай. – Резон в словах Нинки есть.

– Раз, два, – начинает отсчет Боксер.

Федя, отплыв на десяток метров, зависает на месте. Нинка, поправив выбившуюся из купальника грудь, вертит головой. Я же смещаюсь ближе к берегу, где есть возможность отталкиваться от дна. Ноги вязнут в иле. Слизком, холодном, противном. Воображение услужливо подсовывает картинки свернувшейся кольцами змеи, холодной руки трупа, чего-то сияющего острыми лезвиями…

– Пять!

Нинкин поклонник мощно бросает тело вперед. Брызги летят во все стороны.

Нинка довольно визжит.

Я, жмуря глаза, пячусь.

Поскользнувшись, с головой погружаюсь в воду. Паника галопом проносится вдоль позвоночного столба.

Вынырнув, захожусь в кашле. Успела-таки глотнуть воды.

– Настюха, беги! – весело орет Нинка.

– А-а-а! – с криком нечто огромное выныривает за моей спиной.

Толчок между лопатками, и я вновь с головой ухожу под воду.

Возмущенный вопль выходит потоком пузырей.

Рывок. Словно пойманную рыбину, меня выдергивают из воды и прижимают к груди. Купальник сползает набок, и выпавшая грудь становится добычей мужской ладони.

– Федя, прекрати! – возмущаюсь я, вырываясь из объятий.

– Сюрприз, – смеется Боксер, продолжая пальцами мять сосок. – Я не Федя.

– Отпусти!

– Да ради бога, – ухмыляется он, резко разжав руки.

Я плашмя падаю в воду.

– Тебе ловить, – кричит Нинка, хлопая в ладоши.

Спрятав грудь в купальник, убираю с лица волосы.

– Лови меня! – машет руками Федя.

Ожидая, что он поддастся, плыву к нему.

Федя подпускает меня на расстояние вытянутой руки, но в последний миг ныряет. Пытаюсь дотянуться… напрасно.

– Я здесь, – вынырнув метрах в пяти, кричит он.

Делать нечего, начинаю медленно плыть к нему, стараясь прижать к мелкоте.

Нинка со своим парнем отвлекаются на поцелуй, чем я не преминула воспользоваться.

Бесшумно погрузившись в воду, опускаюсь до самого дна, так что руки зачерпнули жирного и холодного ила. Вода здесь холодная, так что невольно захватывает дух. Интенсивно плыву, то и дело задевая слизкие стебли водорослей. В ушах появляется звон, в груди пустота – хочется сделать вдох.

Рука касается чего-то горячего, судорожно дернувшегося от прикосновения.

Вынырнув, сообщаю:

– Тебе водить.

Максим пожимает плечами.

Нинка хихикает, поворачиваясь к нему спиной.

Неуловимым движением парень срывает с нее верх купальника. Вырвавшаяся на волю грудь упруго трепещет, дерзко рисуя восьмерки красными и тугими от холода сосками.

– Отдай! – бросается за ним Нинка.

– Догони – забери! – предлагает Максим, размахивая над головой трофеем.

Девушка делает попытку выхватить купальник, но в последний момент парень ныряет. Нинка зло шлепает ладонью по воде и советует оставить лифчик себе, засунув очень глубоко в потаенное место.

– Попалась, – шепчет на ухо Федя.

Вздрагиваю от неожиданности.

Его руки, словно им противно оставаться неподвижными, вьются вокруг меня. То живот погладят, по грудь легонько сожмут.

– Ты меня испугал, – укоряю я, отстраняясь.

– Больше не буду, – улыбается он, обхватив за талию и привлекая к себе. – Ты такая холодненькая, тебя нужно согреть…

– Не нужно, – пытаюсь бороться.

– Нужно, – передразнивает он, тиская меня. Пальцы сжались, болезненно прищемив кожу ягодиц. Будет синяк.

– Прекрати!

– Да что ты ломаешься, словно недотрога.

– Убери руки! – чувствуя, как в голосе прорезаются визгливые нотки, кричу я. Пытаюсь отстранить ладонь, которая бесцеремонно шарит между ног, сминая купальник и добираясь до плоти.

– Тебе же нравится, правда? – схватив за волосы, отчего мне пришлось запрокинуть голову, Федя тычется мокрыми губами.

– Пусти!

Ладонь немеет. Доходит, что я залепила наглецу пощечину. От всей души.

Парень растерянно моргает, переводя взгляд с меня на Нинку и Максима и обратно.

– Иди к нам, – машет рукой Боксер. Трофейный лифчик трепещет, словно флаг.

– Не робей, – подзадоривает Нинка, прыгая на выступающем из воды валуне и раскручивая над головой трусики. Мягкий свет полной луны выгодно сияет на мокрой коже. Вторая рука тем временем подносит к губам бутылку, содержимое которой большими глотками перекочевывает в желудок.

– Сука сумасшедшая! – шипит Федя, прикасаясь к щеке. – Пошла ты!

По колено в воде он мощными шагами идет к машущей ему парочке.

Я стою и смотрю ему в спину, чувствуя стыд за собственный поступок и какое-то непонятное удовлетворение. Я не тряпка.