Цепной. Он вернулся - Григорий Антоненко

Кирилл помнил какой кофе любит Ху: заварной кофе с кокосовым молоком и одной ложкой сахара, но сахар пусть сам себе кладёт.

Кирилл ждал друга не долго. Ху зашёл в тот момент, когда официантка принесла всё. Ху подошёл и положил свою одежду на одежду Кирилла. Официантка взяла блокнот, чтобы начать записывать заказ Ху. Ху, не смотря меню сказал:

— Так, мне пожалуйста три пирожных… Заварных. И чизкейк с клубникой.

— Простите, но у нас нет с клубникой, — сказала официантка. — Могу предложить с вишней, ванилью или киви.

— Ваниль.

Официантка записала и ушла, Кирилл пожал другу руку и с улыбкой сказал:

— Так, что за срочность?

Ху отпивая кофе ответил:

— Что ты знаешь про остров?

— Ничего, кроме того, что сообщили СМИ.

— А…

— Он тоже, но обещал узнать.

— Ладно, скажу прямо: я поеду с вами на остров.

— Так, я даже ещё не дал ей согласия.

— Послушай, там что-то не то. Они так быстро прикрыли его, да и пропажа человека, который, якобы, нашёлся.

— Якобы?

— Среди работников острова есть мой человек. Информатор.

— И?

— Он сказал, что никого не нашли. Прокуратура замяла это. Я пытался поговорить с женой пропавшего, но она отказалась. Я представился ей журналистом, даже.

— А у тебя есть корочка?

— Независимым журналистом.

— Ху, что ты знаешь?

— Вот, — Ху достал из кармана штанов свёрнутый лист А4 и протянул Кириллу.

Кирилл развернул его и это оказалась копия отчёта о расследовании пропажи некоего Савченко Евгения Юрьевича, 1978 года рождения. В нём говорилось, что пропавший без вести пошёл рыбачить ночью и утонул, т. к. выпил лишнего. Дальше шли разные сухие слова и в конце: расследование и поиски окончены, сдать в архив.

— Я не буду спрашивать откуда у тебя это.

— Лучше тебе не знать.

— И ты в это не веришь?

— Они так быстро всё раскрыли? Тем более нет никаких доказательств того, что он напился. Этот отчёт для жены и всех остальных.

— Ты думаешь…?

— Да.

— Тогда на остров будет опасно плыть, да и там куча будет полиции.

— Нет, я не думаю, что куча будет. Может 1 или 2 полицейских. Много полиции — это шум и внимание. Да и рисковать многими не захотят.

— Ты думаешь журналистка как-то с этим связана?

— Скажу так: очень странно, что она именно сейчас тебе написала.

— На острове кто-то есть сейчас?

Ху не ответил, т. к. официантка принесла его заказ.

— Что-нибудь ещё? — спросила официантка.

— Нет, мы ждём ещё одну гостью.

Девушка не стала забирать меню и ушла.

Ху откусил пирожного и сказал:

— Вроде нет. Хотя, может кого-то они и оставили на метеостанции. Ведь оборудование там дорогое. А с другой стороны, если ОН там, то вряд ли.

— Почему они тогда его не нашли? Почему армию туда не пошлют?

— Мне кажется, что он им нужен живым.

— Зачем?

— Может они хотят понять, как он выжил? Или пошлют туда суперспециалиста, чтобы проверить на сколько он хорош. И будут туда посылать суперагентов на испытание: кто убьёт его — молодец.

Кирилл посмотрел на Ху очень скептическим взглядом.

— Кирилл, я не знаю. А вот почему его не нашли… Скорей всего потому что он хорошо прятался.

— Когда ты был там… Ты его видел?

— Я его чувствовал. Ну, мне так показалось.

— Значит будем принимать предложения её?

— Да. Как её хоть зовут?

— Вроде Маша.

— Какое сексуальное имя.

— Так, так, успокойся. Не хватало того, что бы ты умер от экстаза.

— Так, молодой человек, я между прочим — в самой лучшей форме.

— Ага, — сказал Кирилл и стал пить свой кофе.

Друзья сидели и заказали ещё кофе, они болтали, пока не пришла Маша.

Маша зашла в кафе и сразу увидела Кирилла, она помахала ему и стала идти к ним.

Маша была молодой, красивой девушкой с веснушками, среднего роста, чёрными

волосами в косичку, карими глазами и третьим размером груди. Одета она была в осенние джинсы и чёрное пальто с капюшоном, а под ним серый свитер.

Маша подошла к столику и тоже кинула вещи в кучу. Как только она присела, официантка была тут как тут.

— Мне чёрный чай с лимоном, — начала говорить Маша, мягким голосом. — Борщ с чёрным хлебом и омлет с сыром.

Официантка записала и ушла.

— Маша, — протянула она руку Кириллу.

— Кирилл, а это Ху.

Маша протянула руку Ху и не скрывая восторга сказала:

— О! Да, да, я помню про вас! Вы такой мужественный были в историях Кирилла.

Ху не много покраснел от слов Маши. Кирилл решил прервать восхваление Ху:

— Так, вы хотели поговорить?

— А, да. Вы извините, что так много заказала, просто не ела целый день.

— Всё хорошо, мы с Ху платим.

— Мы? — Ху посмотрел хитро на Кирилла.

— Я, я плачу. Так, что у вас?

— Я начинающий журналист, — продолжила Маша. — Я и мои сокурсники хотим снять документальный фильм. Это будет работа для института. Если она понравится нашему преподавателю, то её раскрутят по ТВ, т. к. у него там связи.

— Вроде всё изложил в книге и на своём канале. Что вы нового хотите узнать?

— О ваших чувствах, о том, как вы будете рассказывать и вести себя там, на острове.

Кирилл не много помолчал и хотел ответить, но тут официантка принесла заказ Маши. Пока она выставляла Машин заказ, Ху посмотрел на Кирилла и очень чётко дал понять взглядом, что нужно сказать: ДА.

— Что ж… Я согласен с вами поехать туда, но у меня несколько условий.

— Да?

— Ху едет с нами.

— Хорошо.

— При малейшей опасности — мы уплываем куда подальше. Ясно?

— Да.

— Сколько нас всего будет?

— Я, вы двое и ещё трое: Степан — оператор, Максим — отвечает за звук и Филипп — он отвечает за нашу безопасность.

— Охранник?

— Ну, типа того. Представитель института, чтобы, мол, мы не попали в беду, будет присматривать за нами.

— Хорошо. Когда отплытие?

— Через два дня из города Шебунино.

Остаток времени, троица разговаривала на общие темы. Через час, Кирилл и Ху стали собираться, Кирилл оплатил счёт и вместе с Ху пошёл к выходу. Маша решила выпить ещё чая.

Выйдя из кафе, Кирилл спросил:

— У меня переночуешь?

— Да нет, я уже оплатил номер. Давай, до завтра. Я утром приду.

Друзья попрощались и разошлись.

Кирилл вернулся в квартиру и пошёл помыть руки, и сделать кофе. Кирилл давно нормально не спал: он мог два-три дня бодрствовать, а потом отсыпаться. Пока чайник нагревался, Кирилл присел за кухонный столик и стал гладить коленку.

Кирилл не хотел туда ехать.