Посланник - Джен Берк

— Я понимаю, что ты имеешь в виду. — Она помолчала, затем добавила: — Но я поверю тебе.

— Почему?

— Ну, полагаю, Ребекка меня кое-чему научила.

Тайлеру совсем не понравилось то, что он услышал.

— Наверное, у нее богатый опыт, — осторожно проговорил он.

— Очень. В определенных вещах. И почти совсем нет в других.

— Что значит «почти совсем нет»?

Аманда нахмурилась, словно пыталась понять, как лучше ответить.

— Например, доверие. У Ребекки оно фактически отсутствует. Она по-настоящему цинична. Знаешь, цинизм может полностью подчинить человека. — Она посмотрела на него. — И мешает ему доверять тем, кому он должен доверять. Но эта дорога не приведет ни к чему хорошему.

— Не приведет, — удивленно согласился с ней он. — Думаю, ты совершенно права.

— Ирония состоит в том, что большинство людей, живущих на деньги доверительных фондов, перестают верить другим.

— И по вполне понятным причинам.

— Возможно. Мне кажется, худшее, что могут сделать аферисты, — это стать причиной того, что человек начинает бояться доверять людям и собственному мнению. Ребекке довелось познакомиться с огромным количеством мошенников… определенного толка.

Тайлер задумался над ее словами. Он даже не догадывался, что она так хорошо изучила свою кузину и жалеет ее.

— Итак, если ты считаешь, что можешь на меня положиться, расскажи, что произошло в палате Бениции, — попросила Аманда.

— Объяснить это совсем не просто. Если честно, я практически ни с кем не говорю о своей деятельности.

Он надолго замолчал. Она ждала продолжения.

— Можно сказать, что это дар. — «И я за него дорого заплатил», — с горечью подумал он. — Некоторое время назад ты сказала мне, что хочешь быть полезной людям. Такова моя роль в этом мире. Все немного сложнее, но если коротко, когда я нахожусь около того, кто стоит на пороге смерти, то порой я могу помочь такому человеку войти в контакт с теми, кого он любит.

— Вот это да! — Она сделала глубокий вдох. — Потрясающе! Но разве тебе не становится грустно? Я хочу сказать, ты входишь с человеком в близкий контакт, а потом тебе приходится отпускать его.

— Иногда такое случается, хотя наше знакомство бывает очень коротким. За прошедшие годы я узнал поразительных людей. В случае если меня вызывают помочь тем, кто готов уйти, я нужен, чтобы уладить какие-то незавершенные дела перед тем, как они покинут нас.

— Значит, ты умеешь читать мысли? — с тревогой спросила она.

— Нет, я обладаю способностью входить в короткий контакт с теми, кто умирает, — улыбнувшись, ответил он. — Твой разум полностью закрыт от меня, Аманда.

— Я не до конца уверена в том, что это так, — пробормотала она.

— Честное слово, за то короткое время, что я знаком с тобой, я много раз хотел понять, о чем ты думаешь.

Она покраснела.

— Например, сейчас, — добавил он, и она покраснела еще сильнее.

— Если ты не читаешь мысли, в таком случае как ты называешь это? Ты экстрасенс?

— Нет. Я не читаю чужие мысли и не являюсь экстрасенсом. Эти способности тут ни при чем.

— А кем считают себя другие люди, которые делают то же, что и ты?

— Мне довелось познакомиться только с двумя такими людьми. Один полностью отказался от этой деятельности. Второй умер много лет назад. Он никогда не говорил мне, как нас называют. Я читал старые народные предания, в которых рассказывалось о людях… скажем, в таком же положении, что и я. Их знали под разными именами. Древние английские тексты называют нас Посланниками. Если можно сказать, что есть «мы». Подозреваю, что я последний из этого числа. Я искал других, но безрезультатно.

Они услышали, что где-то неподалеку остановилась машина.

— Если не возражаешь, давай поговорим об этом дома? Я не хочу, чтобы кто-нибудь подслушал нас, — сказал Тайлер.

— Конечно, — согласилась Аманда, и они направились назад, к фургону.

Тайлер впустил Призрака в заднюю часть и хотел открыть для Аманды дверцу, когда пес заворчал. Аманда мгновенно побледнела.

— Не беспокойся, — быстро сказал Тайлер. — Это он не на тебя. Интересно, что его беспокоит?

Он замер на месте и прислушался. Призрак продолжал рычать.

— Подожди меня в фургоне, — велел Тайлер.

— И не подумаю, — ответила девушка и встала у него за спиной.

Она последовала за ним, когда он начал осторожно обходить фургон. Серебристый «лексус» стоял на соседнем месте. Тайлер был уверен, что видел его раньше.

Он услышал, как у него за спиной громко выдохнула Аманда.

— Это машина Брэда…

Она осеклась. Тайлер обернулся и увидел, что Брэд схватил ее за горло. В другой руке у него был кинжал, нацеленный ей в сердце. Он оттащил ее назад на несколько шагов. Но, несмотря на оружие и захваченную заложницу, в его широко раскрытых глазах застыл страх. Лицо и руки Брэда были покрыты синяками и царапинами. Похоже, его сильно избили.

Тайлер попытался дышать медленнее и, показывая пустые ладони, расставил их в стороны. Он взглянул в искаженное ужасом лицо Аманды и постарался дать понять, что не позволит никому причинить ей вред. Тайлер не предполагал, как он это сделает, но знал, что должен сохранять хладнокровие, чтобы Брэд тоже успокоился.

— Ты же не хочешь причинить вред Аманде, Брэд, — сказал он тихим, ровным голосом.

— Мы немного покатаемся на моей машине, Тайлер, — ответил тот и сильнее притянул Аманду к себе.

— Хорошо, но она может остаться здесь.

— Нет. Аманда, сунь руку в мой левый карман и достань оттуда ключи.

Она сделала, как он велел.

— А теперь нажми на кнопку и открой багажник.

Аманда повиновалась.

— Хоторн, залезай внутрь, — приказал Брэд.

Прежде чем Тайлер ответил, Аманда нажала другую кнопку на брелоке и включила сигнализацию.

— Нет! — завопил Брэд и выхватил у нее ключи.

Он толкнул ее, и она упала на землю, а он быстро отключил сигнализацию.

Тайлер бросился к нему, Брэд сделал выпад ножом, и Тайлер почувствовал острую боль в области ребер, но успел сильно толкнуть противника. В момент падения тот ударился головой о фургон, выронил оружие и ключи и рухнул на землю, потеряв ориентацию.

Тайлер подобрал нож и связку, быстро выпрямился.

— Ты как? — спросил он, подойдя к Аманде.

— Нормально.

Когда он потянулся к ней, чтобы помочь подняться, она посмотрела на него широко раскрытыми глазами.

— У тебя кровь!