Скорая 2025 - Константин Мазуренко

Глафира следила внимательно за каждым действием.

Затем Викентий достал из кармана смартфон и открыл заметки, показав Глафире.

Глафира прочитала:

«Я решил подстраховаться. Слишком Дор выглядел непредсказуемым и странным. Через час в аэропорту нас будет ждать самолет. Да, у меня есть свое прошлое и свои друзья. Нас вывезут отсюда. Я думаю, тебе либо придется ходить всю жизнь с антиопределителем твоей личности, который, боюсь, может сбоить, и тогда тебя запеленгуют и придется снова бежать, либо надо отказываться от имени в Скорой, как говорил твой монах.

Не было ничего со Златой, то есть было, но не было. У меня(!) с ней ничего не было. Я к ней пальцем не прикоснулся, не поцеловал ни разу, сама всё сделала. Мы напились в усмерть! Тело иногда не может сопротивляться. Чистая физиология. И дома я у нее не был. Все произошло прямо на вилле. Застегнул джинсы и ушел в гостиницу. Не уходи от меня никогда! Это невыносимо! Не в моей природе столько пить!

Если ты согласна бежать от Дорофея, нас вывезут отсюда. Дор настолько уверен в своей неуязвимости, что серьезной охраны здесь на ноль с копейками. Если ты не согласна, я останусь с тобой до конца, чтобы ни произошло».

Глафира не задумалась и пока читала, уже приняла решение и, выключив на мгновение аппарат Дани-Александра, произнесла мысленно все необходимые слова отказа от работы и отправила в Скорую по зашифрованному каналу.

– Ксения, – написала она на смартфоне, улыбаясь.

– Артем, – ответил в ответ Викентий и, достав незаметно шприц с быстродействующим снотворным, вколол в руку любимой.

Очнулась Ксения на борту частного самолета, подлетая к каким-то восхитительным островам.

– Привет! – улыбнулся Артем.

– Привет! Зачем надо было вырубать меня так?

– Прости, так было реально проще тебя эвакуировать, чем объяснять так, чтобы никто не слышал, куда и как мы направляемся.

– А я вообще тебя знаю? – немного тревожно и чуть игриво спросила Ксения.

– Думаю – да! В какой-то небольшой части… – улыбнулся Артем. – Но ты знаешь главное – я тебя люблю и не отдам никому и никогда! И ты тогда с лёту назвала мое настоящее имя. Мне кажется, это говорит о многом: ты знаешь мою суть.

– И что мы будем здесь делать? – глядя на приближающуюся землю, спросила Ксения.

– Жить! У меня достаточно денег на спокойную мирную жизнь. Будешь читать местным свою любимую литературу и воспитывать двойняшек.

– Прям сразу двойняшек? – улыбнулась Ксения.

– Ну, мне кажется, одному ребенку будет скучно, а, как ты говоришь, последний вагон – он на то и последний… Давай настроимся на двойняшек!

Ксения улыбнулась и посмотрела в иллюминатор.

Земля под выпущенными шасси была цветущей, пышной и приветливой.