Обычная магия-5 - Андрей Волковский

— Да. Судя по всему, один парень встретил эту штуку поздно вечером на прошлой неделе и стал шарахаться от стен. И дома, и в универе.

— О, есть идейка! Погоди, я в архиве гляну. Перезвоню минут через десять — будь на связи.

— Спасибо!

Руслан сунул было телефон в карман, но он зазвонил. Бьёрн.

— Что случилось, ученик?

— Пока ничего.

Он рассказал про недавний эксперимент под контролем Славика и про те скудные сведения, которые вроде бы удалось собрать. Наставник похвалил за осмотрительность, пообещал поспрашивать у знакомых и отключился.

Славик сказал:

— Слушай, давай по мороженому!

— Давай. И спасибо, Славик! Я, может, не всегда это говорю, но я очень благодарен тебе. За всё!

Прозвучало ужасно неуклюже, но друг всё понял. Кивнул и похлопал Руслана по плечу.

— Это достойно не просто мороженого, а целого ведёрка! Идём!

Пока они ели мороженое — Славик таки купил целое ведро пломбира на сливках, а Руслан ограничился шоколадным эскимо, позвонили из спецотдела.

— Если преследует, то тут два варианта! — всё так же радостно заявил коллега Кошкина. — Либо это фиссура, либо тёмная дверь. Но дверь в твоём случае вряд ли: её обязательно должен был кто-то вызвать и обязательно чтобы с жуткими ритуалами — мы бы знали. А фиссура — вполне может быть. Она не то чтобы преследует. Скорее влияет на восприятие. Её жертве кажется, что на всех стенах и дверях появляется трещина, которая растёт и растёт. «Fissura» — это, кстати, и есть «трещина» на латыни. Так вот, эта штука разрастается в проём типа дверного и манит.

Руслан бросил недоеденное эскимо в мусорку и спросил:

— А что потом?

— До потом лучше не доводить! — хмыкнул спецотделовец. — Надо человека поместить в хитрую связку из знаков и желательно потом вывезти куда-то, где со стенами и вообще вертикальными поверхностями не густо — в степь, например! Ну, или на берег реки подальше от утёсов и больших деревьев. Но можно и без этого. Дня три паранойи — и человечек в порядке. Схемку связки скину. Не благодари!

Руслан хотел сказать, что, кажется, уже поздно. Но его собеседник уже отключился. Зато почти тут же позвонил Бьёрн:

— Это, видать, фиссура. Когда говоришь, парень пропал?

— В понедельник…

— О, ну всё, она его поглотила.

— Что значит «поглотила»?

— А какие тут могут быть варианты? — мрачно ответил вопросом на вопрос наставник. — Она цепляется к напуганному одинокому человеку, если он голоден, замёрз и всем недоволен, и потом изматывает его видениями. Потому этот парень и шарахался от стен в универе: монстра там не было, а он его видел. Заманивает: мол, приходи, а то это никогда не прекратится. А потом ам! — и всё. Если фиссура утащила человека, то тут уже ничего не поделаешь. Как только этого переварит, возьмётся за другого. Так что надо бы найти её и прикончить…

Бьёрн, кажется, говорил что-то ещё, но Руслан не слушал.

Как он расскажет Маргарите Олеговне о том, что её внук никогда не вернётся? И что он, Руслан, упустил шанс помочь Виталию? Что можно было просто начертить вокруг него несколько знаков, а потом увезти к реке, — и он сейчас был бы жив и здоров?

— Рус! Эй, Рус! Ты чего?

Рядом маячил встревоженный Славик с полупустым ведром мороженого. Он выхватил у Руслана телефон и спросил:

— Бьёрн, ты чего ему сказанул такое?

Руслан с трудом взял себя в руки и пробормотал:

— Всё нормально.

Протянулся за телефоном. Славик, нахмурившись, посмотрел на друга, пытаясь понять, правда ли с ним всё нормально.

Потом сказал Бьёрну, что перезвонит, и отдал телефон.

— Всё в порядке, Славик, — неубедительно заверил Руслан. — Просто узнал, что из-за меня человек погиб.

— Из-за тебя? Или из-за какого-то монстра? — уточнил Славик.

Руслан молча пожал плечами.

С незнакомого номера пришли два сообщения в мессенджере. Фотографии рисунков со знаками. Опознание фиссуры. Освобождение от фиссуры.

Руслан вернулся к забору, Славик за ним. Начертил опознание по фото. Знаки засветились ярко и ровно. Точно она.

С понедельника Руслан чувствовал себя ужасно. Изводил себя, а теперь оказалось, что он виноват даже больше, чем думал. Из-за его невнимательности фиссура утащила человека. Бьёрн сказал, тут уже ничего не поделаешь. Можно только попробовать поймать фиссуру и заставить исчезнуть

Этим Руслан и собирался заняться. Он перезвонил Бьёрну, но тот снова не отвечал. Ладно, дозвонится до наставника попозже. А там, глядишь, уже стемнеет — прохожих будет поменьше и рабочие разойдутся.

Они со Славиком пошли домой пешком. Приятель по дороге доедал мороженое и всё пытался отвлечь Руслана смешными историями и шутками. Руслан старался улыбаться в ответ, пока Славик со вздохом не сказал:

— Когда ты так кривишь лицо, мне люто не по себе. Я даж не понимаю: это ты улыбаешься или подавляешь желание меня заткнуть?

— Улыбаюсь. Извини, Слав. Мне не до… не до всего.

— Что думаешь делать?

— Изгонять эту тварь!

— Вот и славно, — с видимым облегчением ответил друг. — Как нужна будет помощь обычного парня — дай знать.

— Обязательно.

Они разошлись по домам.

В подъезде Руслану позвонила Катя.

— Что хотел, дорогой? Или просто соскучился? — промурлыкала девушка.

— Да уже ничего.

— Ой как грубо! Ты где сейчас?

— Дома.

— Буду через пять минут.

— Не надо, Кать, я…

— Надо, мой дорогой!

Она отключилась.

Родители были на работе, так что Руслан собрался подогреть себе котлеты, но любовно приготовленная мамой еда напомнила ему о Маргарите Олеговне, и он ушёл из кухни.

Катя позвонила в домофон ровно через пять минут. Ворвалась в квартиру, сияя улыбкой и благоухая незнакомыми цветочными духами. Прижалась к Руслану и сказала:

— Мы так редко видимся, дорогой. Я скучаю…

Он вежливо приобнял её и предложил тапочки.

— И что, никаких больше смущений и досадливых фырканий? — усмехнулась Катя. — Так неинтересно!

Повесила на вешалку невесомую белую кофточку, оставшись в белом топике с асимметричными вырезами по бокам и в джинсах, открывающих подтянутый животик.

Девушка заявила, что голодна, и Руслан повёл её на кухню. Поставил чайник, предложил съесть всё, что она захочет, а сам извинился и ушёл в свою комнату.

Надо позвонить Бьёрну и