Обычная магия-5 - Андрей Волковский

— Ну наконец-то! — проворчал наставник. — Думал, ты уже не перезвонишь!

— Что нужно для уничтожения этой штуки?

— Её сначала выманить надо. Или на новую жертву, или ритуалом.

— Ритуалом, — тут же отозвался Руслан.

— Так я и думал. Ладно, тогда надо подготовиться. В воскресенье пойдём на охоту. До того мне надо кое-что раздобыть. Пока!

— И кого это ты уничтожать собрался? — спросила стоящая в дверях комнаты Катя.

— Фиссуру.

— А кого она зацапала?

Руслан удивлённо посмотрел на девушку: мол, откуда знаешь?

Та рассмеялась:

— Ой, дорогой, ну у тебя же на лице всё написано! Горе горькое, трагедия — монстр съел человека! Знакомый?

— Нет. Но я мог его спасти…

— Уверен?

— Да.

— А давно он пропал?

— В понедельник.

— О, так неделя ещё не прошла… — задумчиво протянула Катя.

— Ты что-то знаешь? Скажи!

— Говорят, что фиссура семь дней переваривает человека.

— То есть Виталий ещё жив⁈

Руслан подхватил рюкзак и рванулся мимо Кати в коридор.

— Надо найти его! Вытащить! Его бабушка ждёт.

Пока он зашнуровывал берцы, девушка неторопливо подошла и сказала:

— Эй, это только слухи. Возможно, она съела его с потрохами в тот же день.

— Значит, надо проверить!

— А ещё говорят, — тихо добавила она, — что, попав внутрь фиссуры, выбраться не может тот, кого ничто не держит здесь, снаружи.

От Катиных слов повеяло потусторонней жутью, и Руслан поднял голову, чтоб посмотреть играет она или говорит всерьёз.

Не понял.

— К чему ты клонишь, Кать?

— К тому, что если всё, что говорят про эту штуку, правда, то этот Виталий или кто он там сам не захотел выйти.

— Фиссура мучала его. Так что если он и был подавлен, неудивительно, — упрямо возразил Руслан.

— Ты правда хочешь попробовать? — прищурилась девушка. — А Бьёрн одобрит?

Руслан на секунду задумался. Нет, наставник точно не одобрит.

— У него другой план. А ты знаешь, как попасть в эту фиссуру?

— Слышала кое-что.

— Катя, не морочь мне голову! Знаешь или нет?

— Нет. Но папа знает.

— Так позвони ему и спроси!

— Зачем? Чтобы потешить твоё любопытство, дорогой?

Руслан еле сдержался, чтобы не накричать на неё. Вдохнул-выдохнул. В конце концов, Катя не виновата в том, что он на нервах из-за Виталия, его бабушки и фиссуры. Никто, кроме него самого не виноват.

— Катя, мне очень надо знать. Очень надо попасть туда и вытащить этого парня. Позвони Роману. Пожалуйста.

— Другое дело, — хмыкнула Катя. — И пошли есть. Если фиссура и правда переваривает людей неделю, то у нас ещё три дня, а я голодная! Учись быть терпеливым, дорогой.

Понадобилось собрать всю выдержку, чтобы не нагрубить ей. Ведь в сущности она права: или у них есть время до понедельника, или уже давно и безнадёжно поздно.

Руслан, как был, в берцах, поплёлся за Катей на кухню. Девушка поела, нахваливая кулинарные таланты тёти Нади, а он так и не смог заставить себя съесть хоть что-нибудь.

Наконец, Катя потянулась, отставила тарелку и чашку и взялась за телефон.

Руслан убрал посуду со стола, стараясь хоть как-то отвлечься от мучительного ожидания.

— Привет, пап! — с этими словами Катя встала со стула и вышла и комнаты.

Руслан помыл посуду и навёл порядок на столе. Она права: надо учиться быть терпеливым. Сосредоточиться на простых действиях и не изводить себя. Всё равно от его переживаний Катя быстрее разговор не закончит.

Наконец, девушка вернулась и сказала:

— Папа мне всё объяснил, но у него есть пара условий.

Она протянула Руслану телефон.

— Слушаю.

— Так, Руслан, условие первое — не проси помощи у Кати. Если что-то с фиссурой пойдёт не так, ты рискуешь там и остаться. Не зови мою дочь.

— Хорошо, я понял.

— Не «хорошо», а «обещаю».

— Обещаю.

— Второе: ты мне будешь должен. Ответную услугу. В любое время.

— Согласен. Только людям не вредить. И безвредным существам.

— Ты ещё скажи: котятам и заинькам! — хохотнул Роман. — Убивать никого не заставлю, не волнуйся.

— Тогда ладно. Буду вам должен.

— Вот и хорошо. Тогда до связи.

Руслан вернул телефон Кате и спросил:

— Что теперь? Что нужно, чтобы вытащить Виталия?

— Во-первых, нужна ночь, так что прямо сейчас мы никуда не идём. Или нет — идём гулять. А то сидеть тут с таким унылым тобой — не очень-то приятно. Во-вторых…

Она замолчала, пристально глядя на Руслана.

— Не томи! — не выдержал он.

— Ты слишком много позволяешь своим эмоциям, дорогой. Слишком. Это добром не кончится.

Катя скорбно покачала головой, потом сказала:

— Во-вторых, нужно будет уйму знаков нарисовать. В-третьих, нужно что-нибудь, что тебя пугает. И, как ни странно, зеркальце.

— Что значит: «что-нибудь, что меня пугает»? — нахмурился Руслан.

— А что, у тебя нет какой-нибудь милой маленькой фобии? Паучки там, крысы? Монстры?

Руслан задумался. Потом покачал головой:

— Фобий, кажется, нет. То есть я много чего боюсь: вот Виталия не спасти, например. Ну или когда сталкиваюсь с монстром, то страшно, да.

Катя почему-то тяжело вздохнула, потрепала его по щеке и сказала:

— Ох, ну и милаш же ты всё-таки! Ладно, что-нибудь придумаем. Пошли гулять!

В ближайшем супермаркете они купили зеркало с ручкой и «твикс» с солёной карамелью для Кати.

Потом пошли в городской парк и бродили по дорожкам, пока в розоватом сумраке не зажглись фонари.

— Пора? — спросил Руслан.

— Нет, там наверняка ещё полным-полно людишек, — отмахнулась Катя. — Поедем к дому после полуночи. А пока давай в ресторан! Тебе надо поесть. А мне покрасоваться.

Руслан хотел возразить, но посмотрел на на неё — и понял, что это бесполезно. Если Катя решила тренировать его терпение и выдержку — ну, или покрасоваться в ресторане, то тут либо надо смириться, либо развернуться и уйти.

— Идём. Только чур я выбираю.

— О, вот это решительность, дорогой! Так мило! Ещё чуть-чуть — и ты станешь совсем взрослым, — Катя сделала вид, что утёрла слезинку. — И куда же ты меня приглашаешь?

Руслан, помня о том, что Катя обожает сладкое,