Пригвожденное сердце - Саймон Кларк

— Мам, в чем дело? — В голосе Дэвида слышалась тревога.

— Дэвид, держи маму за руку. И не подходи к бензину.

Крис забежал за фургон, чтобы взять старое топорище, которое он поставил за дверью.

— Рут, я пойду проверю морской форт.

— Крис...

— Там может кто-нибудь прятаться... — Он понизил голос до шепота. — Газовые баллоны. Если загорится, они взорвутся, как бомба.

— Ради Бога, будь осторожен.

— Не волнуйся. Скорее всего они смылись, когда увидели, что мы возвращаемся. Я все проверю внутри, а потом мы помоем из шланга машину и фургон... Присмотри за ним, пока я не вернусь, сынок. — Он отдал пластмассовый меч Дэвиду.

Крис обошел весь двор. За штабелями досок и кучами камня никто не прятался. Он быстро перебежал через мощеный двор к главной двери, ведущей в здание морского форта.

Дверь была закрыта; а теперь стояла распахнутой.

На каменной ступеньке виднелось пятнышко бензина размером с монету. Взвесив в руке топорище, Крис шагнул внутрь.

В вестибюле с трехгаллонной канистрой бензина в руках стоял человек, которого Крис меньше всего ожидал увидеть.

В белой рубашке, костюмных брюках, начищенных ботинках и шелковом галстуке... Тони Гейтман.

От неожиданности Крис на секунду оторопел, выпучив глаза, и кровь застучала у него в ушах. Тони тоже уставился на него, сжав тонкими пальцами ручку канистры.

— Ах ты несчастный подонок, — тихо прошипел Крис.

— Я знаю... Я знаю, что вы подумали, Крис. Все на самом деле совсем не так. Поверьте мне. Все не так. Я его остановил... Я проходил мимо... там, по дюнам, и увидел...

Крис поднял топорище. Оно было достаточно тяжелым, чтобы проломить череп, словно яичную скорлупу.

— Нам в глаза — мне, моему сыну, жене — вы говорите одно, мистер Симпатичный Парень, а за спиной выкидываете вон какие подлые фортели!

— Крис... Это не я! Смотрите...

— Нет, это вы смотрите. Вы вломились сюда; вы вторглись на частную территорию с целью совершить поджог. Боже правый, вам ли не знать, сколько труда, времени и денег мы во все это вложили? За два последних года я угрохал девяносто девять процентов своей жизни: планировал, переживал, просиживал в банковских кабинетах, беседовал с архитекторами и безмозглыми чиновниками. А теперь вы хотите все это спалить. Господи... Почему, Гейтман? Что мы вам такого сделали?

— Крис, послушайте. Я шел по дюнам и увидел Фокса. Помните Фокса? Он все поливал бензином. Я сумел отговорить его от этого... он...

— Где он сейчас?

— Я-я... Я не знаю.

— Поставьте канистру и выходите во двор... Стойте там.

Гейтман кивнул так энергично, что у него сползли очки. Поправив их, Тони поспешил к выходу.

Крис вошел в первую комнату и тут услышал тонкий резкий крик. Он обернулся и увидел Фокса, который с выпученными, как у обезумевшего павиана, глазами бежал по коридору во двор.

Крис бросился следом.

Фокс выскочил в ворота раньше, чем Крис добежал до двери. Рут стояла посередине двора, положив руку Дэвиду на плечи.

Крис не стал преследовать сумасшедшего. Он знал, где его найти, если тот понадобится.

— Крис, — начал Тони, — нам надо поговорить. Я должен рассказать вам, что здесь происходит.

Крис опустил топорище; оно так громко ударилось о булыжники, что Тони подпрыгнул.

— Я и так знаю, что здесь происходит, — проговорил Крис.

— Да?

— Конечно, и чертовски хорошо. Вы и этот чокнутый Фокс пытаетесь нас отсюда выжить. Не верю ни одной секунды, будто вы просто случайно... просто случайно слонялись по этому проклятому берегу... и совершенно случайно заметили, как он поливает все бензином.

— Крис, вы не понимаете... Здесь погиб его брат. Ему хочется отомстить. Это место...

— Думаю, вы лжете. Вы ему помогали. — Крис никогда раньше не испытывал ничего подобного: ледяное спокойствие, но под ним он ощущал закипающую чудовищную силу, вот-вот готовую взорваться. Если не сумеет сдержаться... Он крепко сжал топорище.

Тони быстро говорил, однако Крис его не слушал.

— Крис, вы не знаете, что происходит тут, в Мэнсхеде. Это очень опасное место. Мы не можем уйти, пока не наступит отлив. Вы должны уехать отсюда как можно быстрее. Уезжайте и побудьте несколько недель с семьей. Вы...

— Убирайтесь.

Тони поглядел в ворота.

— Я не могу. Не сейчас. Слишком поздно. Прилив заливает насыпь.

— Ножки боитесь замочить?

Запах испаряющегося бензина сделался сильнее.

— Это моя собственность, и я хочу, чтобы вы ушли.

— Послушайте... Я не могу. Ради Бога, черт, там, в море, что-то есть. Мы должны запереть ворота до отлива, а потом уезжать отсюда. Мы должны вообще уехать с побережья.

— Что-то в море? И что же такое там, в море, мистер Гейтман?

— Посмотрите сами. Они в воде.

Крис даже не повернул головы в направлении ворот.

— Я ничего не вижу, мистер Гейтман. Так вот, даю вам десять секунд, чтобы покинуть мою территорию.

— Крис, пожалуйста, не выгоняйте меня сейчас, я...

— Раз.

— Черт, да вы посмотрите сами! Скажите ему, Рут. Заставьте его посмотреть...

— Два.

Тони как будто о чем-то вспомнил.

— Рут... Вы видите Фокса? Вы видели, он добрался до берега?

— Три. Четыре.

— Рут, ответьте мне. Вы его видите?

— Пять.

Рут слегка покачала головой.

— О Господи, пожалуйста. Умоляю вас, не выгоняйте меня туда.

— Шесть... Семь.

— Давайте присядем. — По лицу Гейтмана струился пот. — Поговорим. Я вам все расскажу.

— Восемь.

— Крис! Ваша жена, ваш мальчик. Они в опасности.

— Девять. — Крис сжал топорище так сильно, что его кулак побелел.

— Ох, Боже милостивый... Ухожу, ухожу... А вы просто следите за мной. — Тони побежал — медленной трусцой нетренированного человека. В воротах он на мгновение замешкался и оглянулся. И побежал со всех ног.

Он бежал мелкими шажками. Море накрыло насыпь ему по щиколотку; иногда волна доставала до колен.

Крис с несвойственным ему спокойствием наблюдал, как маленький лондонец бежит по прибою, волоча ноги по воде и размахивая руками, словно неумелый канатоходец, чтобы не потерять равновесия на дорожке.

Наконец Тони Гейтман повалился на берег напротив форта.