Смерть на кончике пера - Людмила Белякова

Потом он заказал порцию «Хеннесси», кофе и потребовал счет.

Дождь разошелся не на шутку. Под козырьком в форме подковы столпилось порядочно публики, ожидавшей, когда подгонят машины. Огоньки на подкове мигали, окрашивая струи дождя в разные цвета.

«Пойду пешком – вымокну, как цуцик, даже под зонтом. Такси брать дико не хочется – в дождь тариф возрастает… Подожду. Весной затяжных дождей не бывает».

Подкатила очередная машина, к ней из-под козырька метнулись пассажиры – две девушки и пара крупных молодых мужиков. Амбал впрыгнул на переднее сиденье, девицы юркнули в салон. Одна из них, в голубом платье с блестками, садясь в машину, на секунду подняла голову – и у Андрея подкосились ноги… Это была Анна К.! Светлые волосы уложены на темени, но не скромной монастырской коской, а роскошной короной. Почти сразу ее заслонил второй амбал. Его Андрей тоже узнал – это был тот самый незнакомец с прилипчивыми глазами-пуговицами.

Дверцы захлопнулись, дорогая иномарка умчалась в сторону Старого города. Андрей разглядел номер, ярко высветившийся в темноте, – 123.

Уже нежась в теплой ванне, Андрей немного успокоился. Надо рассуждать логически. Допустим, это действительно Анна К. Ее нет в монастыре, нет у родных, но где-то она обретается? Может, верно предположение, которое мелькнуло накануне, – ее из монастыря увез поклонник. И она кинулась компенсировать воздержание от мирских радостей.

«Да, но такая компания… Томка говорила, что там собираются криминальные элементы, а Анна вроде девушка интеллигентная… Что могло толкнуть ее к этому шифоньеру с пустыми глазами?»

Андрей обнаружил, что крутится в постели, пытаясь разогнать мысли по углам.

«Узнать, кто владелец машины?… Ну, узнаю… Пойду к нему и спрошу – милостивый государь, вы, что ли, любовник Анны К.?»

Андрей вылез из-под одеяла, включил настольную лампу и, найдя фото Анны, еще раз вгляделся в ее черты.

«Да нет, точно она! Или не она?… Господи, чего я извожусь? А добрейшая, проницательная Ксюша Петровна на что?!»

Он с надеждой глянул на часы – те предательски показывали без четверти двенадцать. Малознакомой даме в такое время без супер-пупер надобности звонить было нельзя…

Проснулся Андрей в половине десятого, когда звонить можно было без особых извинений. Ксения Петровна подняла трубку после третьего сигнала.

Дождь все лил с упорством осеннего и щедростью летнего.

«Так, прикрылась очередным медным тазом моя научная экспедиция – опять озеро разольется», – невесело размышлял Андрей, выходя из подъезда под холодные струи. Фотографии Анны

К. он завернул в целлофановый пакет и спрятал во внутренний карман куртки. Отсыреют карточки, и тетя Ксюша ничего не увидит.

Ксения Петровна открыла ему сама.

– Ух вы и мокрый!

Поболтали о пустяках. Наконец хозяйка вынула последний противень, разложила пирожки по блюдам и прикрыла чистыми полотенцами.

– Пусть отдыхают, а вы мне пока расскажите, что случилось.

– Я вам говорил об одной девушке, журналистке – вы мне еще сказали, что она не может быть плохим человеком…

– Да, помню.

– Я нашел ее в Голубинском монастыре. – Андрей протянул фото.

Ксения Петровна поспешно вытерла руки, осторожно взяла фотографии.

Чуть прищурясь, разглядывала обе, переводя взгляд с одной на другую.

– Вы можете сказать – где она, здорова ли, чем занимается?

– Ну, что я могу сказать… Уверена – она жива и здорова. У покойников на фото глаза другие. Находится где-то поблизости…

«Неужели я все-таки видел ее?!»

– …в какой-то… деревне, что ли… Когда человек находится в панельных, бетонных домах, я его плохо чувствую. А когда в одноэтажном доме – я лучше вижу.

Она вернула карточки Андрею.

– Ну, что еще вы чувствуете? Не томите меня…

– Я боюсь огорчить вас, Андрей. Мне кажется, она очень-очень несчастна.

– И на этом спасибо. – Андрей не знал, что сказать. – А вы хоть приблизительно можете узнать, где она находится?

– Да… это там. Я оттуда ее слышу. – Женщина указала в сторону исторического центра города. – Недалеко совсем. Я очень далеко не вижу. Давайте пирожков покушаем, а? Вы немного успокоетесь, а мне, может, еще что-нибудь откроется. Бывает и так.

«Анна К. где-то рядом. Вчера в «Подкове» тоже была она», – вдруг ясно понял Андрей.

– А кто вам эта девушка? – осторожно спросила Ксения Петровна. – Ведь вы ее почти не знаете, правда?

– Я видел ее один раз и сказал ей от силы тридцать слов. Боюсь, она после этого в бега и ударилась.

– Да, неприятно… Но вы не очень беспокойтесь. Пока ничего особенно страшного с ней не происходит.

– Вы же говорите – она очень несчастна.

– Да, но она здорова, сыта. И вот еще что… Ну, как сказать… Я чувствую, когда человек подходит… к последней черте. Он как-то по-другому… звучит, что ли… Так – глухо.

– А Анна?

– Вроде нет… Хотя ей плохо, она – пока не у черты…

Снаружи стало светлее, дождь утих. По лужам пошли пузыри.

«Что за деревни находятся в той стороне? До понедельника не узнаешь… Карта района в опечатанной редакции, Борода с машиной у себя на участке. Что делать в деревне в такую погоду? Только лягушек пугать… Позвонить разве?»

Борода действительно оказался в городе и стал охотно общаться.

– …Вы мне вот что скажите – на выезде из города: налево – это в Озерки, а направо – какие-нибудь деревеньки есть?

– Направо?… Там раньше был совхоз «Путь коммунизма»… Элитный, как бы сейчас сказали. Для Кремля и Старой площади работал. Потом была госферма, а сейчас – частная застройка. Дворцы!.. А что у тебя за интерес? По работе?

– Затрудняюсь сказать… У меня информация – туда машина скрылась после ДТП.

– Номер есть?

– Мм, частично. Записывайте…

Они попрощались до понедельника. Кажется, цепочка все-таки выстраивалась.

Утром в понедельник Андрей застал в редакции Валю и главного в компании какого-то внештатника.

«Как только Борода будет в адекватном состоянии, я его кину на поиски Анны К. Он ее обожал – пусть приложит свою мохнатую лапу».

– Тебе какой-то мужчина звонил из Москвы, Валерий Иванович, – сообщила Валя, не отрываясь от клавиатуры.

– Ага, помню, – соврал Андрей, потому что про экспедицию начисто забыл. – Из-за этого дож дя опять придется выезд откладывать. Никак я до озера с конями-чертями не доберусь.

– Ты – доберешься, – подбодрила Валя.

Андрей набрал телефон эниологов. Ответил Терпсихоров.