Невыживший - Виктор Глебов

– Похоже на то, – ответил Башметов, собирая бумаги из своей папки. – С этого и начните. – Он с трудом встал и оперся кулаками о стол. – В общем, работайте, докладывайте, не мне вас учить. А я пойду выбивать людей для охраны… будущих жертв, – закончил он с неохотой. – Хотя лучше бы их не было.

Все промолчали, потому что понимали: первую женщину убили двенадцать дней назад, вторую – вчера. Значит, если преступник намерен продолжать, следующую надо ждать в течение ближайших десяти дней. Или раньше.

Когда Башметов вышел, остальные слегка расслабились. Морозов вытащил пачку сигарет и закурил, придвинув к себе пепельницу с остатками сигары. На его костистом лице ходили желваки, когда он затягивался. Самсонов остановил взгляд на рыжем опере.

– Юра, – позвал он.

– А? – Морозов резко поднял голову.

– Займешься любовными похождениями Симохиной. Наверняка эту ниточку уже начали раскручивать наши коллеги из убойного отдела, свяжись с ними, чтобы не тратить время на изобретение велосипеда.

Морозов кивнул:

– Ок, шеф.

Самсонов перевел взгляд на Коровина. Тот сделал удивленное лицо, которое в его случае означало напряженное внимание.

– Во-первых, побрейся, – сказал ему Самсонов. – Во-вторых, выясни, с кем дружили покойные и кого нам надо взять под наблюдение и охрану. Установи общих знакомых у убитых и потенциальных жертв.

Коровин кивнул.

– Поможешь ему, – сказал Самсонов Рогожину.

– Без проблем.

– Я поеду к Полтавину, посмотрю, чем он занят, потом наведаюсь к одному знакомому психологу. Думаю, помощь специалиста нам пригодится.

– Откуда у тебя знакомые психологи? – удивился Дремин.

– Работа тяжелая, – ответил Самсонов, собирая все документы в папку. Он встал, собираясь уходить. – Так что, если кому-то понадобится покопаться в мозгах, могу порекомендовать.

– Петрович знает, что старший следователь его отдела ходит к доктору? – усмехнулся Дремин.

– Уже не ходит, – ответил Самсонов. – И да, он знает.

– Класс! – Дремин развел руками. – И это человек, с которым я работаю. Тебе оружие-то доверить можно?

– Пойдешь со мной, – сказал Самсонов. – Остальные приступают к работе. Вечером встретимся, обсудим результаты и планы.

– Я наказан, что ли? – усмехнулся, вставая, Дремин.

– Да, сурово и бескомпромиссно. – Самсонов вышел из конференц-зала первым. Дремин поспешил за ним.

– Зачем я тебе понадобился? – спросил он, когда они уже спускались по лестнице. – Дай мне тоже какое-нибудь задание, как Коровину и Морозову.

– Дам, не волнуйся. Для компании таскать тебя с собой не буду.

Они вышли на стоянку и направились к автомобилям. Управление стояло в скверике, плотно заросшем кленами, дубами и платанами, а под самыми окнами – сиренью. Со всех сторон, кроме выходящей на проспект, управу окружали отстроенные в последние годы многоэтажки.

– Ну, и? – нетерпеливо поторопил Дремин.

– Съезди в детдом и узнай обо всех мальчиках, которые там воспитывались в то же время, что и убитые женщины. Особое внимание удели тем, у кого были проблемы с поведением, прозондируй на предмет раннего полового созревания и сексуальных… в общем, если кто приставал к девчонкам или вел себя агрессивно. Подобные сведения должны храниться в архивах.

Дремин кивнул. Он шагнул к своему «Фольксвагену», но Самсонов его остановил:

– Погоди, сделай еще кое-что. Когда составишь список, выясни, не получал ли кто-нибудь из этих мальчиков в детдоме или впоследствии травмы гениталий, не обращался ли в клинику с проблемой импотенции или не пытался ли сделать операцию по смене пола.

– Ты серьезно? – Брови Дремина слегка приподнялись.

– Вырезанные гениталии, Андрей, – ответил Самсонов. – Убийца ненавидит женщин, протыкает их несколько раз чем-то длинным и острым, вероятно, напоминающим ему фаллос. Возможно, заменяющим ему половой член. При этом я уверен, что следов изнасилования Полтавин не обнаружит. Так что, да, я абсолютно серьезно.

Дремин уважительно покачал головой.

– Может, ты и прав. Звучит, по крайней мере, логично. Зачем тебе консультация психолога, если ты сам себе психиатр? – Усмехнувшись, он направился к машине. – До вечера, стало быть? – спросил он, прежде чем сесть в салон.

– До вечера. – Самсонов открыл дверь, забрался в «Олдсмобиль» и включил музыку. Пока он подбирал композицию, Дремин выехал со стоянки.

Старший лейтенант остановил свой выбор на «Solitary man» Джонни Кэша. Он открыл для себя этого исполнителя недавно и сразу включил во все плей-листы.

Самсонов завел мотор и взглянул в зеркало заднего вида. В нем отражалось лицо коротко стриженного блондина с серыми глазами и тяжелым, гладко выбритым подбородком. За последний год старший лейтенант набрал порядка пяти килограммов мышц, так что теперь его шея была толще, а плечи шире, чем раньше. Не то чтобы он просиживал целыми днями в качалке, просто занятия капоэйрой сопровождались непременными силовыми упражнениями, и Самсонов постепенно набирал массу.

Выезжая со стоянки, старший лейтенант вспомнил слова Дремина о том, зачем ему психолог. Самсонов не посещал Фридриха Николаевича уже несколько лет, а когда-то приходилось. После смерти сестры его мучили кошмары, случались даже провалы в памяти. Потом последние прекратились, но жутковатые сны он время от времени видел до сих пор.

Самсонов сделал музыку погромче и перестроился в средний ряд. Полтавин будет недоволен, что у него над душой стоят, но было несколько вопросов, ответы на которые старший лейтенант хотел получить немедленно, а не ждать до вечера. Конечно, можно было позвонить, но полицейский был уверен, что криминалист не станет ничего обсуждать сейчас, когда ему только доставили тела.