Возвращение призраков - Джеймс Герберт

— Это может помочь.

— Но разве вам не доводилось расследовать случаи с духами, призраками, полтергейстом — как вы их там называете? Конечно же, за годы работы, вы сталкивались с истинными проявлениями сверхъестественного? Разве это не доказывает, что в той или иной форме существует жизнь после смерти? А, Дэвид?

Он отвел глаза и уставился в рюмку с бренди. Грейс заметила, как его плечи ссутулились, будто он буквально погрузился в себя.

— Я что-то не так сказала? — обеспокоенно спросила она.

Он поднял рюмку и сделал долгий глоток.

— Не возражаете, если я закурю? — наконец проговорил Эш.

— Конечно, не возражаю. Так вы расскажете мне, что не так?

Когда он протянул ей пачку, Грейс покачала головой и подождала, когда он закурит сам.

— Что-то не так, да? — снова спросила она, когда ритуал был закончен. — Я чувствую это с того момента, как мы встретились.

— Ваши телепатические способности, — прямо сказал Эш.

— Старая добрая женская интуиция, — возразила она.

— А, да.

— Знаете, Дэвид, у вас даже глаза тревожные.

— А я думал, они задумчивые. — Он пододвинул к себе пепельницу и стряхнул о край пепел с сигареты, хотя в этом не было никакой необходимости. — Мы говорили о вас, Грейс.

— Хорошо. Я не была замужем, хотя как-то раз чуть не вышла, очень давно.

— Это был кто-то из местных?

— Не важно. У меня также был близкий друг в Париже, но мы расстались за несколько месяцев до моего возвращения в Англию. Это было неизбежно, потому что он был уже женат. А теперь расскажите мне о себе.

Эш выдохнул дым, мысли путались, его обуревали сомнения. Он понял, что впервые ему хочется рассказать кому-то свою тайну. О доме под названием Эдбрук и семье, которая жила там. О двух братьях и их сестре. Прекрасной... безумной... Кристине. Боже, даже Кейт Маккэрик он не рассказал всего, даже во время интимной близости, а теперь готов — отчаянно хочет — рассказать все этой женщине, с которой встретился только утром.

— Грейс, — сказал он неуверенно. — А вы, вы сами, действительно верите в призраков?

— Вы оказались здесь из-за меня, Дэвид.

— Это не значит, что вы верите, будто здесь, в Слите, видели призраков. Вы можете сознавать, что это всего лишь мысленные образы.

— Но мой отец, Эллен Преддл...

— Забудем о том, что, им кажется, они видели. Выверите в призраков?

Грейс вздрогнула от напора эмоций, с которым он задал свой вопрос.

— Я... Я не уверена.

Она помолчала, а Эш смотрел на нее, словно ее ответ имел чрезвычайную важность для него.

— Да, — наконец сказала Грейс. — Да, верю. Как уже говорила, я не очень религиозна в смысле церковных доктрин и церемоний, но я верю, что должно быть что-то большее, чем просто существование. То, что мы делаем в этой жизни, должно иметь какой-то смысл, должно что-то значить.

Думаю, это значение приходит потом, когда мы умираем. Я ответила на ваш вопрос?

— Не совсем.

Она искала слова, чтобы озвучить свои мысли:

— Я думаю, что когда мы умираем, какая-то часть нас остается. Возможно, это наши души, наше сознание — наверное, вы бы сказали, наша психическая энергия. Что бы это ни было, оно продолжает существовать в своей собственной форме, и кто знает — может быть, оно возвращается в этот мир в виде образов своей последней оболочки, если обстоятельства благоприятствуют этому, или в виде блуждающих огоньков. Может быть, это мы сами придаем им этот образ, наш собственный ум придает им форму чего-то такого, что мы можем себе представить.

Эш как будто немного расслабился.

— Разумная гипотеза, — сказал он. — Просто, но не хуже всего того, что мне доводилось слышать.

— А без сомнения, вы слышали немало.

Он кивнул:

— Но это так и не объясняет, почему они возвращаются.

— Пожалуй. А должна быть причина, да? Может быть, всегда должен быть какой-то странный несчастный случай, а?

— Я не верю в это. Убежден, должна быть какая-то цель.

— Так расскажите, зачем вам понадобилось мое мнение. Мне показалось, для вас этот вопрос был очень важен.

Он отвел глаза, как будто что-то вдруг вызвало у него интерес в саду за окном. Огни снаружи казались ярче, ночное небо темнее.

Грейс рассматривала его профиль, уже не в первый раз за этот день. Она была права насчет его глаз — их словно тревожил окружающий мир. У него был мощный нос, такой же мощный как и челюсть, и он был привлекательным и сильным мужчиной. Но даже в галстуке Эш казался несколько растрепанным. Его темные волосы были взъерошены, словно по ним лишь слегка прошлась расческа. По крайней мере, прежде чем пойти в ресторан, он удосужился побриться, хотя темный подбородок выдавал уже пробивающуюся щетину. Грейс заинтересовалась маленьким шрамом у Дэвида на скуле.

По-прежнему не глядя на нее, Эш сказал:

— Несколько лет назад меня самого посещали призраки.

Грейс не знала, как отнестись к этому, поскольку видела, с каким трудом дались ему эти слова. Но ей хотелось узнать, что тревожит его, хотелось, чтобы он поделился своими мыслями, и поэтому она сказала:

— Расскажите мне, Дэвид. Пожалуйста, расскажите.

Он снова повернулся к ней лицом.

— Я не уверен.

— Не уверены во мне?

Он покачал головой:

— В себе. Вы можете подумать, что я сошел с ума.

Она провела рукой перед собой.

— После всего, что мы рассказали вам о происходящем в Слите? Я боялась, что вы примете нас за сумасшедших.

— Это... это непросто.

— Мне все равно некуда спешить.

И снова он задумался, затянувшись сигаретой, потом допил свой арманьяк. На этот раз, заключила Грейс, чтобы успокоиться, а не чтобы уклониться от вопроса.

— Три года назад, — наконец сказал Эш, — Институт направил меня в поместье под названием Эдбрук. Это было огромное заброшенное здание с собственными землями, и там жили четверо — два брата, их сестра и престарелая няня, присматривавшая за ними всеми и за самим домом. Они утверждали, что к ним является призрак девочки.

Он повертел пустую рюмку, наклонив ее к себе, словно ища там бренди.

— И он в самом деле являлся? — тихо спросила Грейс.

Ей совсем не понравилась его улыбка.

— О да. В Эдбруке водились призраки. Но это была шутка.

— Шутка? Они хотели подшутить над вами?

— Вроде того. Я имел репутацию человека, умеющего доказывать, что все разговоры о призраках не имеют под собой реальной почвы, а вызываются геологическими процессами, сквозняками, усыханием дерева — всякими нормальными, естественными явлениями. Мой послужной список был так безупречен, что все, кто занимался духами, меня ненавидели.