Без обмана - Seva Soth

наполовину успел его съесть, когда ко мне на лавочку присел жуликоватого вида неопрятный юноша. Совсем-совсем подросток. Видимо, это он с супругой едет на курорт. А ранние у них тут в Токио браки. Да и не парень это никакой, а коротко стриженая девчонка лет тринадцати-пятнадцати в мужской одежде. Внезапно меня как будто что-то кольнуло, какая-то непонятная мгновенная симпатия. Такие, отеческие чувства, которые до того мне испытывать не доводилось. Ерунда какая-то, право. Совершенно чужой мне ребенок. Какое мне до нее вообще дело?

– Эй, дядя, это ты билеты вдесятеро купить хочешь? У меня есть. На любой день турнира. Хочешь на финал попасть? Не на первый ряд, конечно. А еще есть на турнир большого шлема по дзюдо, на финал волейбольного турнира старших школ и на гран-при Японии в “Формуле Один”. Вот, гляди, – девочка, изображающая мальчика, жестом фокусника, работающего с карточной колодой, развернула передо мной билеты.

– Какие из них не фальшивые? – с невинным видом спросил я.

– Обижаешь, дядя. Все настоящие… но “Формула Один” прошлогодняя. Эй, как ты заставил меня это сказать? – я всего-то пристально смотрел и не мигал. Сам не знаю, почему поступил именно так, но сработало.

– Два на сумо, в Рёгоку Кокугикан, – решил я и достал деньги. Изначально я собирался дать волю шаловливым рукам Хидео-сана и обобрать спекулянта до нитки, но сейчас передумал. Не обижать же ребенка. Ей и так, судя по всему, непросто живется. Не стоит ли мне позвонить в социальную службу? Чего я только этим добьюсь? Нужно подумать.

– Пятьдесят тысяч, дядя. Хотя нет, для тебя, сорок. Ты какой-то слишком добрый, не хочу тебя обдирать. Да как ты это делаешь?!

Молча отсчитал пять банкнот с изображением Фукудзавы Юкити, номиналом в десять тысяч каждая, и отдал юной спекулянтке. Та на секунду замялась, как бы раздумывая взять последнюю или нет.

– У меня их все равно заберут, дядь. А так скажу, что ты жадный и прокатит, – доверительно сообщила она.

Где-то глубоко внутри меня заклокотала совершенно непривычная мне злость, сравнимая с тем моментом, когда Окане Акума приставал к Мияби. Нет, вполне логично, что ребенок в схеме с перепродажей билетов всего лишь последнее звено и всю прибыль забирает себе кто-то другой. Но самого факта, что кто-то вовлекает подростков в околокриминальную деятельность, собирая все сливки, мне оказалось достаточно чтобы закипеть.

– Ладно, я и правда жадный, – забрал лишнюю купюру вместе с билетами. А затем незаметно отправил ее девчонке в карман пиджака, судя по гербу на нагрудном кармане, принадлежащего ученику какой-то старшей школы.

– Всё, пока, дядь. Я бы тебе еще концерты предложил, если айдолов любишь, но там один тухляк.

Далеко девочка не ушла. На выходе из парка она поравнялась с еще одним мужчиной в жилетке местной частной охранной конторы, который с ходу отвесил ей размашистую затрещину и, схватив за плечо, потащил в сторону небольшого служебного домика, притаившегося за деревьями неподалеку. Да что он себе позволяет! Возможно, впервые за тридцать с небольшим лет своей жизни я пожалел, что у меня нет развитой мускулатуры, чтобы пойти и проучить мерзавца.

Со стороны все выглядит так, будто охранник поймал хулигана и тащит в служебное помещение для профилактической беседы. Я сам мог бы примерно так подумать, не знай подоплеку. И что делать? Позвать настоящих полицейских, чтобы разобрались? Так спекулянтка первая подтвердит версию, которую изложит локальный страж порядка. Что, дескать, мальчик баловался и получил по заслугам.

Мог ли я пройти мимо? Не мог! Старый Ниида, наверняка попытался бы все решить официально, через власти. Сейчас же мистер Хайд в достаточной степени меня испортил, чтобы я попробовал предпринять что-то самостоятельно. Полный решимости, я направился к маленькому белому строению, куда буквально только что затащили девчонку, захлопнув за собой дверь.

– … так мало! – донесся до меня приглушенный мужской крик через дверное полотно. Не такое оно и толстое, отлично звуки пропускает, по крайней мере часть сказанного различимо.

– … бу-бу-бу… Почему не стащила кошелек?!

Тоненькие детские всхлипы. Хлопок новой оплеухи. Мерзавец настолько обнаглел, что уже и не стесняется ничуть.

Замок на двери механический, а не электронный, самый простой. Это не какой-то полицейский пост, не комната охраны, а небольшая кладовка, где хранится хозинвентарь. Грабли, шланги и все в таком духе, без чего невозможен уход за парком. Чтобы открыть такой, достаточно проволочки, например, такой, которую я с недавнего времени начал на колечке с ключами носить. Сам не понимал почему. А теперь вот все ясно стало. Для таких случаев она и нужна.

– Ой! Это что, не туалет? – я с размаху распахнул дверь, как будто очень спешил по понятным делам. На лице моем смешались удивление и выражение, характерное для человека, которому срочно нужно пописать.

Злодей и девочка выглядят не менее удивленным. Крупный, явно не пренебрегающий спортзалом мужчина прижал подростка к стене, одна рука на тонкой девичьей шее.

– Что тут происходит?! Я вызываю полицию! И сейчас позвоню своему брату в прокуратуру округа! – чуть истерично выкрикнул я. – Ты, мерзкий педофил, напал на мальчишку! Знаешь что? Я позвоню другому своему брату. Он якудза. Вот они знают, как правильно поступать с такими, как ты!

Смартфон был уже у меня в руках. Но никуда я звонить, конечно, не собирался. Хотя бы потому, что я единственный ребенок в семье и никаких братьев у меня никогда не было.

– Стойте! Никто ни на кого не нападал. Видите, я ее… то есть его не держу. И не держал, – здоровяк сделал шаг назад. Ну да, так не хватал, что ладонь на шее отпечаталась.

Бедняжка проявила неожиданную прыть, и, едва освободившись, прошмыгнула мимо меня на улицу. Так мы ее и видели. Гордиться нечем, но в данный момент я испытал облегчение. Что делать со спасенным ребенком – я не знаю. Не к себе же домой отводить? Подросток противоположного пола в холостяцкой квартире – это максимально странно и ненормально, как бы мангаки-извращенцы на данную тему не фантазировали.

– Вот видите, никого тут не было, – мужик, который мог бы вышибить из меня дух с одного крепкого удара, заискивающе улыбнулся. Неужели поверил в басенку про брата из якудза?

– Слушай и запоминай. Я сейчас уйду, но не забуду то, что тут видел. Один единственный