Мать Ученья - Домагой Курмаич

— Что же, — сказал Зориан. — Полагаю, вы уже писали письма, пытаясь его переубедить?

— Да, — сказала мать. — Мы подробно расписали ему, насколько это неудачная мысль. Какой замечательной ни казалась бы ему эта девушка, в Эльдемаре найдутся получше.

— Но Дэймен не послушался? — с оттенком злорадства предположил Зориан.

— Он пишет, что любит ее, — грустно покачала головой мать. — И ни за что не уступит. Он не согласен не то что отменить — даже отложить свадьбу. Настаивает, что она — само совершенство, и он не хочет упустить шанс. Все это слишком внезапно! Ну почему он меня не слушает?!

Зориан цокнул языком. Непонятно, чему она удивляется. Любовь всегда затуманивала головы, а Дэймена родители баловали, сколько он себя помнит. Если он и правда влюбился — с какой стати ему отказываться лишь потому, что родители не одобряют?

В этом вопросе — Зориан сам себе не верил — он был согласен с Дэйменом. Кто дал родителям право влезать между ним и его невестой? Это его личное решение.

Хотя, признаться, и родители вправе бросить все и отправиться в Кос уговаривать его — это их решение.

— И теперь вы думаете, что сможете переубедить его лично, раз не смогли по переписке?

— Письмо никогда не будет столь же убедительно, как живой собеседник, — ответила мать. — Но я понятия не имею, хватит ли даже этого. Мы просто должны попытаться. Я знаю, что он молод и влюблен, но он совершает большую ошибку и должен знать об этом.

— Хмм, — отозвался Зориан. — Хорошо. Не буду лезть в это дело — уверен, ты и не ожидаешь. Спасибо, что хотя бы сообщила.

— Другим не говори, — предупредила она. — Я рассказала тебе, потому что ты умеешь хранить секреты. Может, все еще удастся исправить.

— Ладно, — легко согласился Зориан. — Тогда еще вопрос. Не знаешь, над чем Дэймен работает в Косе, и где он сейчас?

— Нет, об этом он никогда не писал. Опасался, что письма перехватят и обойдут его. Я слышала, среди искателей сокровищ весьма жесткая конкуренция. Мы договорились, что он встретит нас в Джасуке, когда мы туда прибудем.

Зориан кивнул. Как он и предполагал. Логично, что родители направляются в Джасуку — это главный северный порт Коса, и логично, что Дэймен встретит их именно там. Увы, для него это слишком поздно, так что искать брата придется самостоятельно.

Скажем, через его невесту.

— А знаешь, как зовут его избранницу? — спросил он. — Или, например, их семью, или страну? Мне стало любопытно.

— Ее зовут Орисса Сикви Тараматула, из семьи Тараматула, — сказала мать. — Они живут в Харамао, где бы это ни было. И, предположительно, очень необычны — их родовая магия основана на этих… на магических пчелах.

— Пчелах? — заинтересовался Зориан.

— Да. Они разводят несколько видов магических пчел и управляют ими с помощью тайного родового искусства. Говорят, эти пчелы весьма разносторонни, — пояснила мать. — Дают исключительно ценный мед, смертоносны в бою и очень хороши в поисках. Именно из-за этого Дэймен и вышел на них. Нанял их лучших искателей для своего похода, и с ними пошла наследница главной семьи. А там слово за слово… и вот результат. Хочется думать, что ее семья тоже не в восторге и поможет нам отговорить их.

Ха. Похоже, что Дэймен наконец познает, какими неприятными могут быть родители, когда не одобряют поступки детей.

В любом случае, теперь у него наверняка достаточно зацепок — этих Тараматула явно будет несложно найти, а они, скорее всего, знают, где искать Дэймена. Хотя, возможно, стоит еще расспросить мать — вдруг Дэймен в своих письмах сообщил что-нибудь важное.

Он открыл было рот — и тут в дверь постучали.

О, точно. А вот и Ильза.

Мать жестом отправила его открыть, и Зориан послушался. Разговор подождет — пора пообщаться с представительницей академии.

Сегодня в доме Ксвима принимали необычных гостей. Зориан, Зак, Ксвим, Аланик, Каэл и Тайвен — все, знающие о временной петле, собрались в гостиной, просматривая скопившиеся у Зака и Зориана материалы. Сам Зориан не стал бы звать Каэла и Тайвен — морлок в прошлых циклах просил не рассказывать ему подробности, Тайвен же просто до конца не верила во временную петлю — но Ксвим и Аланик настояли на приглашении. Обычно учителя этого не делали, но Зориан уже смирился с неизбежными отклонениями от привычного распорядка. С тех пор, как они стали через него передавать себе послания и исследовательские отчеты, их поведение менялось от цикла к циклу.

Что же, Зориан не видел причин возражать, так что Каэл и Тайвен тоже присутствовали.

Он единственный из собравшихся ничего не читал — не было нужды. Именно он перелопатил всевозможные записи и документы — и изложил их в кратких отчетах. Ну, то есть он и его симулакрумы — последнее время он привык спихивать подобную работу на двойников. Главное, не забывать проверить готовый результат — а то они норовили туда что-нибудь вписать в знак протеста против эксплуатации. Но серьезно — если не поручать им скучные и утомительные задачи, то зачем они вообще ему нужны?

— Что же, у нас хорошие новости об ибасанских вратах, — заметил Зак, листая отчеты исследователей из прошлого цикла. — Я почти не сомневался, что Кватач-Ичл запихнет в них чью-нибудь душу. Ну, в смысле, даже вратам Бакоры для работы нужен некий подселенный дух.

— Врата Бакоры сами открывают порталы, — возразил Зориан, — а ибасанские врата — нет. Они только постоянно поддерживают открытый кем-то проход.

— Да, сложно представить, зачем там душа, разве что как источник энергии, — вступил в разговор Аланик. — К тому же для самостоятельного открытия порталов какая попало душа не подойдет. Разве что вселить душу лояльного мага, как сделал Судомир со своей женой…

У Каэла в этот момент было очень кислое лицо. Ему крайне не нравилось «проявление любви» Судомира, о чем он уже прямо говорил. Тем более, что некромант практически истребил друзей Каэла и, вероятно, сделал бы то же самое с самим морлоком, не поступи тот в академию.

— …тогда, возможно, удалось бы повысить эффективность структуры, — закончил мысль жрец. — В иных случаях — смысла нет.

— Не поймите неправильно, я и не возражаю, — сказал Зак. — В смысле, выходит, что ибасанские врата — всего лишь стабилизирующая рама из редких материалов и хитрых формул. А значит, мы без особого труда их скопируем, верно, Зориан?

— Не уверен, что нечто столь продуманное и изощренное можно назвать «всего лишь», — заметил Зориан. — А насчет воссоздания… ну, если бы этим занимались