Теневик - Дэниел Хорн

– В обмен на полное здоровье я хочу получить право не дать твоей душе умереть. В момент кончины я заберу ее и, поверь, сделаю еще больше хорошего для многих, чем делаю для тебя сейчас.

Здравый смысл, который еще теплился в голове Адама, задал вопрос:

– То есть вы предлагаете мне сделку с дьяволом?

– Повторюсь, ты, как никто, должен меня понимать. Я не верю в жизнь после смерти и в то, что душа – это творение Божие. Это то, что дается тебе, как и любому живому существу, при рождении. Можно сказать, это эмоциональный мозг. После смерти он будет съеден временем и ничего после не оставит. Я повидал сотни тысяч людей и многим сделал предложение, которое сейчас делаю тебе. Многое, что ты видишь и еще не видел, держится на моем наследии. Тела дают пищу живому. А живая душа дает здоровье. Это будет твоим наследием на протяжении веков.

– Звучит очень странно. – Анализируя слова Гира, Адам не отрицал их ценность. Его Бог оставил в день выпускного бала, и все, что ему оставалось, умереть и разложиться.

– Вижу, что ты понимаешь меня. Я принимаю твои опасения, но мои слова ничего не стоят без твоего согласия. – Мариус протянул руку, ожидая решения Адама.

– Мне нужно дать ответ прямо сейчас?

– Боюсь, что да! Если ты откажешься, я уйду и никогда не вернусь. Великолепные души живут везде, а это не единственный мой дом. Но когда тебе действительно понадобится помощь, я могу сидеть за другим столом где-нибудь в штате Мэн и делать предложение другому человеку. Рик Стюарт бы подтвердил мои слова, но он, как и его светлая душа, утеряны навсегда.

Капля сомнения еще оставалась в мыслях Адама: «Что я теряю? Возможно, это дьявол, и меня будет терзать огонь всю вечность, или опухоль, играющая со мной в гляделки на противоположной стороне стола, сведет меня с ума и убьет. Но как объяснить трансформацию? Смелость, отсутствие страха? Кто есть я сейчас? Адам – опухоль своего брата? Может, это шанс. Впрочем, не все души продаются монстрам. Не так ли?»

– Мое наследие в ваших руках, Мариус. – Адам протянул руку и подкрепил договор рукопожатием. Ожог в виде пиктограммы на руке Адама засиял желтым светом, ладонь обожгло огнем, но Гир не отпускал руку.

– Ты не пожалеешь, парень! – Затянувшееся рукопожатие разомкнулось, и боль в руке Адама испарилась. Он посмотрел на ожог, но его и след простыл. Пиктограмма потеряла очертания случайно полученного шрама и перевоплотилась в татуировку.

Гир приподнялся со стула и, словно забыл что-то важное, снова присел.

– Дорогой мой друг, ты боишься темноты?

– Нет, – без раздумий ответил Адам. Этим качеством он гордился всю свою счастливую школьную жизнь. В тех темных мирах, где его бывшие друзья теряли всякое самообладание, он чувствовал себя как рыба в воде. Мрак был его одеялом, он нес приятное ощущение превосходства над другими людьми. Тьма казалась ему привлекательной независимо от места ее обитания.

– Ты начинаешь мне нравиться все больше и больше. Запомни, если человек не боится темноты, значит, он не знает, кто в ней живет.

Адам никак не отреагировал на слова Гира. Все сказанное казалось ему всего лишь пафосной фразой, не несущей в себе абсолютно ничего. Гир поднялся со стула. Адам остался сидеть за столом, провожая Мариуса взглядом. К его удивлению, старик уверенно повернул в сторону дальней комнаты и скрылся в коридоре.

– Мариус, – крикнул вслед Адам, – куда вы пошли, Мариус? – Адам встал и последовал за стариком, но увидел лишь, как захлопнулась дверь дальней комнаты. Мужчина стоял, не понимая, что сейчас в принципе произошло. Ясная картинка вспыхнула в его глазах. Рисунок, сошедший со страниц комикса, напомнил Адаму дверь, из которой показалась отвратительная на вид и ощупь рука. «Куда же ведет эта дверь? Куда отправился Гир? И что он на самом деле такое?»

Словно в насмешку над его мыслями, дверь покрылась множеством черных отпечатков рук, следы пальцев которых были неестественно удлинены. Он даже не подозревал, какие слова сейчас произносит Гир за этой гротескной дверью.

– Экземпляр пугливый! Жрите осторожней! – Гир прошел к некогда не существовавшей двери в стене. Она вела в никуда. По ту сторону царила пустота. Место, где жизнь теряла всякий смысл, и лишь зло чувствовало себя как дома. Подвал дома ужасов. Ужас – это короли.

Неожиданно в голове Адама взорвалась бомба, царапая стенки черепа режущими осколками. Он обхватил ладонями голову и издал душераздирающий крик. Еще одна вспышка боли. Адама подкосило, и он упал на колени. Следующий приступ свалил его на пол. Мужчина стиснул зубы, приложи он большее усилие, то выдавил бы их из десен. После очередной вспышки он потерял сознание, так и оставшись лежать на старом деревянном полу.