Сверхъестественное. Врезано в плоть - Тим Ваггонер

Сэм наблюдал, как существо пошатывается и размахивает руками, словно марионетка в руках кукловода-эпилептика. Уголком глаза он заметил движение и развернулся, прицелившись в направлении возможной угрозы. Он думал, там окажется еще один монстр, но увидел всего лишь худого человека в костюме при галстуке, стоящего под вязом. Кажется, он до этого прятался, а теперь вышел из укрытия, чтобы получше разглядеть происходящее. Он поднял правую руку (Сэм разглядел какую-то черную метку на ладони) и подал знак. Сэм задумался, не та ли туманная фигура, которую он замечал несколько раз по прибытии в Бреннан, обрела более четкую форму.

Но времени на раздумья не осталось. Двухголовый обрел подобие контроля над телом и сделал неверный щаг вперед. Потом еще один. Оставшаяся голова угрожающе смотрела на Сэма, все четыре руки тянулись к нему. На руках появились извивающиеся черные тени, и Сэм понял, что Двухголовый собирается выпить его жизнь и отомстить за смерть компаньона.

Сэм прицелился ему в сердце и выстрелил.

Пуля ушла слишком низко и попала Двухголовому в живот. Тварь сложилась пополам, но тут же выпрямилась. Из раны хлынула кровь, но существо не обратило на это никакого внимания. Сэм снова прицелился в сердце, стараясь не смотреть на окутавшую пальцы Двухголового черноту и не думать о том, как она близка и на сколько ближе сейчас окажется. Однако не успел он спустить курок, как раздался голос брата:

– Йо-хо-хо, мамасита!

Прогремел выстрел, и Двухголовый закончил свою странную вторую жизнь вообще без голов. Тварь качнулась вперед и грохнулась на землю безжизненным куском мяса – чем, по сути, и стала. Сэм поднял глаза и увидел, что Дин опускает обрез. У брата были темные круги под глазами, и выглядел он измученным, но самое главное – он был жив.

– Мамасита^[19]? – переспросил Сэм.

Дин пожал плечами:

– Пытаюсь материться поменьше.^[20]

Сэм с трудом поднялся на ноги:

– Похвально, но принижает образ крутого парня.

Он вспомнил человека в костюме и развернулся, готовясь выстрелить, однако того и след простыл.

– Не волнуйся, – проговорил Дин. – Я его тоже видел. Двигается шустро для своего возраста.

Сэм заметил движение в другой стороне, повернулся и увидел знакомую неясную фигуру, стоящую метрах в ста поодаль.

– А его? – показал он.

Дин проследил за его пальцем:

– Прости. Этого не вижу.

Сэм прищурился, пытаясь навести фокус, но без толку. А через секунду фигура исчезла. Он вздохнул. Что ж, по крайней мере мужик в костюме – не галлюцинация. Он затолкал «Беретту» за пояс штанов, подобрал обрез, выпавший в момент столкновения с Двухголовым, и они с Дином вместе приблизились к трупу. Дин пнул Двухголового пару раз, удостоверяясь, что он точно мертв. В этой работе никогда нельзя быть уверенным, что убитое тобой – убито наверняка. Тварь не двигалась.

– Думаю, теперь можно официально назвать его Двухкаюковым, – заявил Дин.

Сэм слабо улыбнулся:

– Ладно, это типа смешно. – Улыбка угасла. – Как ты себя чувствуешь?

– Охота проспать неделю, но в остальном я в норме. Наверное, он не успел нацедить слишком много из моего бака.

Они вернулись к убитому монстру и перевернули его, чтобы лучше рассмотреть. Теперь, когда выдалась возможность оглядеть существо с близкого расстояния, Сэм видел, что у него примерно такие же шрамы, как у Франкенпса, только расположены там, где к телу присоединялись лишние голова и руки. Двухголовый состоял из меньшего количества частей, чем Франкенпес, и рубцовая ткань была телесного цвета, а не белого.

– «НюФлеш»? – спросил Дин.

– Думаю, да. Но что-то с этими шрамами не так. – Сэм присел и потер пальцами кожу в основании одной из лишних рук.

– Осторожно, – сказал Дин. – Ты же не хочешь подхватить франкенвошек.

Сэм продемонстрировал ему пальцы:

– Кто-то загримировал его, поэтому шрамы не такие заметные, как у Франкенпса. – Он нахмурился. – На нем тоже участки разложения. Не слишком крупные, но определенно есть. Похоже, он начал гнить, прямо как Франкенпес.

– По крайней мере, воняет пока не так сильно, – заметил Дин. – Хоть он и сейчас не розами пахнет.

Сэм вытер пальцы об землю перед тем, как подняться.

– Похоже, факелы не пригодились.

– Могут еще понадобиться, – возразил Дин. – Как думаешь, какова вероятность, что в городе только два лоскутных монстра?

– Не очень большая, – согласился Сэм.

– Ладно, давай соберем дровишек и сожжем сукина сына. А потом посмотрим, удастся ли выяснить, кто наш мистер Костюм-при-Галстуке. – Он зевнул. – После того, как вернемся в мотель и вздремнем.

При виде зевающего брата Сэм и сам не сдержал зевка.

– Это твоя лучшая идея за последнее время.

Братья, двигаясь, как парочка зомби, принялись за работу.

* * *

Конрад передвигался по лесу гораздо быстрее и тише, чем это было возможно для человека, да и неудивительно, потому что он вот уже триста лет не был человеком.

Он огорчился, что тварь не смогла убить двух мужчин. И если б он уже не убил Гаррисона, теперь бы убил наверняка. По совести, он склонялся к тому, чтобы вернуть этого дурака обратно и снова лишить его жизни. Встреча, тем не менее, оказалась далека от полного провала, ведь он собрал кое-какую ценную информацию.

Теперь он знал, кто эти двое. Не точно, разумеется – в этом не было необходимости, – но их профессия стала понятна. Они оказались охотниками. Учитывая, какие эксперименты Конрад проводил в минувшие три столетия – не говоря уже об их результатах, – он встречал подобных им раньше. И хотя охотникам, как правило, удавалось погубить его творения, ни один даже близко не подошел к тому, чтобы убить его самого. Конрад надеялся и в дальнейшем, как сейчас говорят, поддерживать эту тенденцию.

Однако это была не самая важная информация, которую он вынес из провала двухголового чудовища Гаррисона. Кто-то еще наблюдал за происходящим, и пусть для всех глаз наблюдатель оставался незаметным, статус Конрада – не мертвый, но, строго говоря, и не живой – позволял ему воспринимать вещи, недоступные другим. Нынче в лесу присутствовал Жнец. Жнец!

За свое долгое существование Конрад многому научился. Он был мастером древней науки алхимии – вероятно, единственным оставшимся в мире – и хорошо владел рунической магией, которой пользовались скандинавы. Еще он преуспел в познании мифов и легенд, поэтому знал, что Жнецы – существа, которые появляются перед людьми в момент смерти и забирают их души в загробное существование. Они были воплощенной Силой Смерти в самом буквальном смысле, и Жнец, а точнее, сила, которой он обладает, может стать заключительным элементом головоломки, которую он пытается решить вот уже три века.