Кровавые игры - Челси Куинн Ярбро

Когда раб ушел, Юст повернулся к посетителю.

– Что ж, Друзилл, весьма жаль, что твоя сестра не может встретить тебя. Оливия уехала на денек – выкупаться в целебном источнике Фелия. Могу ли я помочь тебе вместо нее? Или, если хочешь, оставь ей записку.

Друзилл, легко в свои восемнадцать смущавшийся, переминался с ноги на ногу. Он понимал, что новоиспеченному трибуну Девятого легиона не пристало бы тушеваться, но ничего не мог с собою поделать и сильно робел в присутствии зятя, без чьей поддержки ему этой должности было бы не видать.

– Прошу прощения, любезный Юст, но я пришел с разговором к тебе.

Атриум в жилище сенатора был старомодным – квадратное отверстие в потолке почти не давало света.

– Если хочешь поговорить, нам лучше устроиться поудобнее.- Юст дважды хлопнул в ладоши.- Эй, рабы, подайте вино и пирожные в мой кабинет.

Следуя за хозяином, Друзилл удрученно покачивал головой. Дом Клеменсов и дом Силия были построены примерно в одно время, но если в первом настенная роспись потрескалась и потускнела, то во втором она ярко посверкивала, подновленная стараниями опытных мастеров. Новые двери сияли золотом ручек, а в богато обставленном кабинете вдоль стен тянулись стеллажи с книгами в дорогих кожаных переплетах, там же лежали и аккуратные стопки «Городских ведомостей» – ежедневной и весьма популярной римской газеты. Широкое, распахнутое настежь окно открывало вид на часть сада и флигель, пристроенный к зданию лет пять назад. Воздух в помещении был теплым и душным, как одеяло.

– Почему бы тебе не присесть? – предложил Юст, указывая на одно из двух кресел, стоящих возле окна.

Друзилл осторожно сел под звон и бряцанье своей новой кирасы.

– Я постараюсь быть кратким,- пообещал он. «Клюв орла тебе в печень!» – подумал Юст и ласково улыбнулся.

– Уж не принес ли ты новости о ночном соглядатае, убившем лучшего из моих рабов? – предположил он – Я разговаривал с Тигеллином, но толку от этого мало. Префект не уверен, что тут замешаны персы, хотя охранники в один голос клянутся, что мавританин назвал своего погубителя персом. Я хочу, чтобы этого негодяя поймали. И отрубили ему голову- добавил сенатор, скрестив на груди толстые руки.

– Нет, разговор не о том,- с несчастным видом промолвил Друзилл.- Этим занимается стража- Он постарался изобразить на лице извиняющуюся улыбку – Есть другие вопросы, которые надо бы обсудить.

– Прекрасно,- сказал Юст, начиная выказывать нетерпение,- говори. Уверен, что ты меня удивишь.

Робко поглядывая на Юста, Друзилл обнаружил, что решимость его улетучивается. Он потупился и принялся изучать шнуровку своих сандалий.

– Ты ведь знаком с моим братом Виргинием?

– С тем, что сейчас в Галлии? Я виделся с ним раз или два. А что? – Юст почуял запах жареного. В Галлии всегда все расплывчато, смутно, неясно, а рыбка хорошо ловится в мутной воде.

– Да, он там. В Нарбоне. Брат поручил мне сообщить тебе кое-что.- Молодой человек запнулся, впервые задаваясь вопросом: надежен ли Юст? Не побежит ли он после беседы с доносом к префекту? – Дело частного свойства,- счел нужным предупредить он.

– Ты хочешь сказать, тайное? – спросил Юст, внутренне возликовав. Вот еще один случай разоблачить предателей и заслужить благосклонность императора. Он глубокомысленно кивнул и подался вперед.- Вопрос касается Луция Домиция Агенобарба? – - Это имя Нерон носил до того времени, пока его не усыновил божественный Клавдий, и Юст таким образом давал дуралею, сидящему напротив, понять, что относится к порфироносцу не очень-то уважительно.- Со времени раскрытия заговора Винициана[29]прошло очень недолгое время.- Сенатор выжидающе смолк, посверкивая хитрыми глазками.

– Люди из окружения Пизона и Винициана вели себя слишком беспечно,- заявил молодой Клеменс, слегка задыхаясь от собственной смелости.- Риму не составляло труда добраться до них. Но Виндекс, по чьему поручению к тебе обращается мой брат, находится в Галлии, и за него будет стоять вся мощь его легионов.

Юст вновь напустил на себя глубокомысленный вид.

– Кровь неудачников еще не остыла. Да и потом, нужно подумать, так ли уж он мешает нам, этот Нерон. Он еще молод и необуздан и подвержен порочным наклонностям, однако можно надеяться, что со временем это пройдет. Многие в Риме думают так.- Он бросил взгляд на кипу газет.- «Ведомости» Виндекса хвалят. Значит, во-первых, они ни о чем еще не пронюхали, а во-вторых, это свидетельствует, что командир твоего брата – достойный кандидат на императорский трон.

Друзилл приободрился и решил пустить в ход аргументы, которые держал про запас.

– Да, Нерон еще молод, но я моложе его. Много моложе, и все же не потакаю себе и не считаю, что юность есть оправдание для буйства или распутства.- Бедность семейства Клеменсов не оставляла Друзиллу возможности вести себя по-другому, но юноша этого, похоже, не сознавал.- Нерон проводит ночи в разнузданных кутежах и строит дворец, обобрав пол-Рима. Зачем? Чтобы декламировать в нем греческие трагедии? Он пресмыкается перед армянским царем, вместо того чтобы послать легион Корбулона и прихлопнуть этого Тиридата как мышь! – Голос молодого трибуна возвысился, его щеки пылали.

– Нерон,- произнес Юст с мягкой усмешкой,- недолюбливает войну. Мир есть идеал, так он считает. В этом много греческой чепухи, хотя Сенека учил его истинно римскому отношению к жизни.

– От которого он отказался в угоду изнеженной греческой философии! – Друзилл порывисто встал, сжав кулаки.- Рим наводнен греками! Как будто завоеватели они, а не мы. Виндекс не носит порфиры, но сейчас в Галлии он выглядит большим императором, чем Нерон! – Голос юноши сорвался на мальчишеский дискант, и он в смущении забегал по кабинету.- Не понимаю, как это выносит сенат?

Юст по-отечески улыбнулся.

– Мы не сидим сложа руки и противостоим Нерону и его фаворитам.- Игра с ребенком в доспехах забавляла его.- Иначе Рим давно стал бы провинцией Греции из-за недомыслия тех, кто им правит.