Дьяволы дня «Д» - Грэхем Мастертон

Наступила потрескивающая тишина.

– Вы меня хорошо слышите? – спросил я.

– Конечно, я вас слышу. Что вы об этом знаете?

– Ну, сэр, мне кажется, что я знаю почти все.

– Понимаю. Это секрет Пентагона; надеюсь, что вы это осознаете.

– Да, сэр, я это осознаю. Но нам, прямо сейчас, нужна некоторая помощь.

– Помощь? Какая помощь?

Неожиданно я почувствовал, как моя рука начала прилипать к телефонной трубке. Из порезов по всем моим рукам снова текла кровь, струясь в рукава.

– Ох, Ден, скажи ему: быстрей, – сказала Мадлен. – Элмек убьет тебя.

– Нормально, нормально, – прошептал я. – Порезы – это не так страшно. Он просто пытается меня подстегнуть.

– Вы слушаете? Вы все еще там? – произнес мистер Спаркс.

– Да, мистер Спаркс, простите. Послушайте, мне нужно знать, куда забрали двенадцать остальных мешков. Один вы оставили в Нормандии. Где остальные? Их отвезли в Америку? Или оставили в Англии?

Снова повисла тишина. Затем мистер Спаркс сказал:

– Ну… я не уверен, что могу вам об этом говорить.

– Пожалуйста, мистер Спаркс. Это дело жизни или смерти. Тот дьявол, которого вы оставили в Нормандии, вырвался из танка. Мы должны найти остальных.

– Ну, мистер Мак-Кук, мы называли их ВНП – аббревиатура вспомогательного невоенного персонала. Мы, конечно, не знали о них, как, – ну, – о дьяволах. Они были ВНП.

– Отлично, мистер Спаркс, – ВНП. Но куда их увезли? Они спрятаны в Штатах?

– Нет, – сказал неохотно мистер Спаркс. – Их привезли обратно в Англию и заморозили, говоря военным языком. Я полагаю, что генерал Эйзенхауэр хотел забрать их в Штаты, но в то время стояли очень сложные проблемы, связанные с перевозкой и хранением их под замком. Мы очень мало о них знали, поэтому оставили их там, где они были.

– И где же это?

– Ну, мы хотели поместить их в церковь Святого Тедиуса, откуда их и взяли. Но у нас была договоренность с епископом, что мы избавим его от этой обузы. Поэтому мы переправили их в Лондон. Они были запечатаны в здании, принадлежавшем Британскому военному ведомству.

– Вы подразумеваете, что они все еще там? И сейчас?

– Насколько я знаю. Я никогда не слышал чего-либо противоположного.

Кровь на моих ладонях начала подсыхать. Мадлен продолжала взволнованно на меня смотреть; через дверь я видел его преподобие, наливавшего себе очередную порцию шотландских виски. Я не мог его за это упрекнуть.

– Мистер Спаркс, вы знаете, где этот дом? Хотя бы приблизительно? – спросил я сиплым голосом.

– Еще бы. Хантингтон Плейс, восемнадцать, сразу от Кромвель Роуд.

– Вы уверены?

– Конечно, я уверен. Мне пришлось ходить туда четыре или пять раз.

Я откинулся на коричневые цветы обоев и закрыл глаза.

– Мистер Спаркс, – сказал я. – Не знаю, как вас благодарить.

– Не беспокойтесь. Вообще-то я не должен был вам это рассказывать.

– Если мы выйдем из этого живыми, – сказал я. – Я нанесу вам личный визит и привезу вам бутылку бренди.

Наступила долгая пауза. На соседней линии я слышал еще один слабый голос.

– Что вы имеете в виду: если вы выйдете из этого живыми?

Я не знал, что ему ответить. Я просто положил трубку.

– Он знал, где они. Мы должны ехать в Лондон, – сказал я Мадлен.

В прихожей появился его преподобие Тейлор; лицо его горело, как никогда.

– Вы уверены, что не хотите еще выпить? – спросил он нас. – А как насчет сэндвичей? Моя жена вот-вот будет дома. Она могла бы быстренько соорудить немного сэндвичей с языками.

– Правда, – сказал я, – это очень любезно с вашей стороны, но мы должны ехать прямо сейчас.

Викарий нервно посмотрел на меня.

– Полковник Спаркс знает, куда их подевали? Он сказал вам?

Я кивнул.

– Он знал, где они были спрятаны после войны. Другое дело, там ли они до сих пор или нет. Но мы должны ехать, чтобы выяснить это.

– О Господи, – сказал священник, – все это так тревожно. Я говорил им, что это до добра не доведет.

– Это не ваша вина, мистер Тейлор, – сказала Мадлен. – Вы не могли этого знать.

– Но я чувствую, что несу за это ужасную ответственность, – сказал он нам озабоченно. – Я чувствую себя так, словно из-за моей неосторожности погиб бедный отец Энтон.

– Ну, может быть, вы сможете искупить эту вину, – предположил я. – Может быть вы сможете дать нам какую-то мысль, как защитить себя от этих тринадцати дьяволов, от Адрамелека.

Его преподобие Тейлор сник.

– Дорогой мой друг, я едва ли знаю, что сказать. Во время войны мы были способны держать дьяволов под контролем лишь потому, что там у нас было много священников. Но что касается самого Адрамелека, – боюсь, что мне вам нечего сказать. Адрамелек – один из величайших и самый ужасный из злого Сефирода. Возможно, только кто-то из святого Сефирода сможет помочь вам; и, согласно тому, что о них написано, святые почти так же неуправляемы, как и злые. Противостоит Адрамелеку на стороне Господа Ход, серафим величия и славы; но можно ли на самом деле вызвать Хода на помощь, – ну, я вам сказать не могу. Все это в мифах.

Я зажег очередную сигарету. Теперь мои пальцы были невредимы. Возможно, Элмек понял, что мы получили ту информацию, за которой приехали, и что он скоро присоединится к своим злобным собратьям.

– Вы действительно верите во все это? – спросил я. – В Адрамелека и Хода? Во всех этих дьяволов? Я никогда не слышал, чтобы протестантская церковь признавала дьяволов.

Его преподобие засунул руки в карманы и выглядел немного смущенным.

– Вы редко встретите протестантского священника, который допускает действительное, физическое существование дьяволов, – сказал он. – Но каждому англиканскому священнику, строго конфиденциально, сообщают факты, доказывающие их существование. Я не могу разглашать, что говориться в книгах, но, заверяю вас, что свидетельства существования и святого и злого Сефирода более чем убедительны. Демоны и дьяволы, мистер Мак-Кук существуют, – так же, как и ангелы.

Как раз в тот момент я почувствовал, как низкочастотная вибрация сотрясла весь дом. Это было так, словно мимо проезжал какой-то подозрительный состав, – состав, издававший смутный, тяжелый свист. Я посмотрел вверх, на потолок: по штукатурке пробежала тоненькая трещинка.

Его преподобие Тейлор тоже посмотрел наверх.

– Что это такое в земле? – он прищурился. – Вы чувствуете?

– Да, я чувствую, – сказала Мадлен. – Наверно, пролетел сверхзвуковой самолет.