Дьюма-Ки - Стивен Кинг

Второй мужчина прислонился к дверному косяку, стоял,скрестив ноги в лодыжках, сдвинув бёдра, выставив напоказ своё немалоехозяйство. Лет на десять старше первого, но в лучшей физической форме. Никакогоживота. Никаких жировых отложений на талии. Длинные, рельефные мышцы бёдер.Руки он сложил на груди и с лёгкой улыбкой смотрел на Пэм. Я очень хорошо зналэту улыбку, потому что Том Райли был моим бухгалтером (и моим другом) тридцатьпять лет. Если бы в нашей семье не существовал обычай просить отца быть шаферомна свадьбе дочери, я бы пригласил Тома.

Теперь же на моей картине он стоял голый у дверного косяка исмотрел на мою жену, сидящую на кровати, а я вспоминал, как он помогал мнеперевозить вещи в коттедж на озере Фален. Вспоминал его слова: «Ты не долженуезжать из дома. Ты словно отдаёшь преимущество своего поля в плей-офф».

Потом я поймал его со слезами на глазах: «Босс, не могупривыкнуть к тому, что у тебя только одна рука».

Он уже тогда трахал её? Я полагал, что нет. Но…

«Я собираюсь попросить тебя передать ей моё встречноепредложение», — сказал я ему в тот день. И он передал. Только, может, этим делоне ограничилось?

Я прохромал без костыля к большому окну. До заката оставалсяне один час, но солнце уже заметно сместилось к западу, и свет отражался отповерхности воды. Я заставил себя смотреть в сверкающую полосу, то и деловытирая глаза.

Я пытался сказать себе, что эта картина — не более чемвыдумка рассудка, который всё ещё находится в процессе излечения. Но все моиголоса говорили ясно и связанно, и я знал, что к чему. Пэм трахалась с Максом вПалм-Дезерт, а когда он предложил ей более продолжительные, более серьёзныеотношения, отказалась. Пэм также трахалась с моим самым давним другом и деловымпартнёром, возможно, трахается и сейчас. Без ответа оставался только одинвопрос: кто из парней уговорил её вытатуировать на груди розу.

— Я должен поставить на этом крест, — отчеканил я иприслонился горячим лбом к стеклу. Подо мной солнце горело в Мексиканскомзаливе. — Я действительно должен поставить на этом крест.

«Тогда щёлкни пальцами», — подумал я. Щёлкнул пальцамиправой руки и услышал звук — резкий, короткий щелчок.

— Хорошо, что было — то прошло! — добавил я. Но закрыл глазаи увидел Пэм, сидящую на кровати (какой-то кровати) в трусиках, а лямкабюстгальтера лежала на бедре, как мёртвая змея.

Друзья-любовники.

Грёбаные друзья. Грёбаные любовники.