Сын Розмари - Айра Левин

Громко выдохнув, Джо покачал головой:

— Да, малыш, должен признать, мы с твоей матушкой тут маленько подергались, во всяком случае я, за Рози говорить не буду. Слава Богу, все выяснилось. Уф! — Он помахал рукой, хлопнул себя по груди.

— Это выглядит логично… — сказала Розмари. Энди поднял указательный палец.

— Я ведь даже слова не успел сказать, мэр сам все состыковал. Не забыл и тридцать сребреников. Как только он все разложил по полочкам, остальные сразу согласились. Ее имя — оба имени — пока не будут разглашены, до Зажжения, точнее, до третьего января. Фэбээровцы берут форт как-его-там, в Монтане, под наблюдение, их компьютер уже нашел связь между одним из членов «бригады» и адвокатом, живущим здесь, на восемнадцатом этаже.

— Слава Богу, — повторил Джо, выбирая пончик.

Энди повернулся к Розмари, положил руки ей на плечи. Глубоко вздохнул, заглянул в глаза.

— По крайней мере мы теперь знаем, кто это сделал, — сказал он. — Надеюсь, это немного поможет. Кивнув, Розмари произнесла:

— Поможет, дорогой.

— Ох, бедняжка… — Он поцеловал ее в нос, обнял. — Не переживай. Ты словно постарела… в матери мне годишься!

Она ткнула его кулачком в грудь, он хихикнул.

Джо, глядя на них, ел и улыбался.

— Ангел мой, это действительно поможет, — сказала Розмари. — Наверное, я бы и сама додумалась, что за всем этим стоит «бригада», будь у меня побольше времени. Я ведь поняла, кто такая Джуди, буквально за несколько минут до твоего прихода. Рада, что ФБР не канителится; не сомневаюсь, преступников скоро найдут.

Она улыбнулась, излучая честность и откровенность. А также правдивость и искренность.

Антииуды…

Получалось, что Джуди была в числе его двенадцати антиапостолов.

Сейчас их уже одиннадцать.

Близился вечер. Розмари укладывала костяшки скрэббла. Она уже приняла на ночь душ и сидела теперь за столом. Легкая свободная пижама, легкий джаз по радио, легкий снежок за окном.

"ULTRAMESSO»[18]. С намеком на комнату подростка.

Впрочем, это слово не такое уж распространенное, чтобы им пользовались пяти — и шестилетние.

Может, Джуди-Элис солгала и о «жареных мулах», чтобы цену себе набить? Может, и нет никакого слова из тех десяти букв? Может, это маскировка, наподобие ее сари и пятна на лбу?

Нет… даже параноик-атеист до такого не додумается… К тому же они с Розмари дружили. Нет, это не маскировка.

"MORTUALESS»[19].

Хатч не успел рассказать ей об истинном происхождении Романа. Он погиб от злых чар Романа и его ковена[20].

И Джуди не дали рассказать Розмари… О чем? О том, что Энди — во главе изуверской секты? О том, что Элис Розенбаум пронюхала не только о мошенничестве и уклонении от налогов, но и о колдовстве и сатанизме? За это Энди ее «сглазил»? О чем она предупреждала Розмари? О том, что в мае или апреле «Тайме» или таблоиды разоблачат происки антииуд? Да такой рассказ был бы опубликован через две секунды, приди Джуди с ним в редакцию! А может, речь шла о книге? Она побывала у издателя, и тот обещал, что книга выйдет в мае или апреле? Что еще могло толкнуть ее убийц на такое театральное действо? Должно быть, они совсем чокнутые, вроде машущих ножами душегубов из новейшей истории — правда, благодаря Энди, маньяков теперь гораздо меньше.

А что, если антииуды открыли ей Страшную Правду?

Нет. Если бы Джуди-Элис знала, кто отец Энди, она бы ни за что не стала откровенничать с его матерью. Ни крупицы правды ей не выдала бы. Напротив, попыталась бы вытянуть из Розмари побольше информации. Индийское воспитание — ха! — послужило бы ей предлогом.

Из всего этого следует, что одиннадцать остальных, возможно, еще ни о чем не догадываются. Секта делится своими тайными знаниями с неофитами — у Романа это была одна из любимых приманок, когда он пытался втянуть Розмари…

"STEALORMUS»[21]…

В последний канун Рождества — ее последний канун, полгода назад — она отпустила Энди одного к Минни и Роману, отпустила впервые в жизни и позволила остаться на ночь. Тогда ему было пять с половиной. Роман сказал, что за полгода до следующего дня рождения Энди необходимо совершить определенные обряды; инструкции она получит. Дескать, они гордятся своими обязательствами, а она должна гордиться своими. У отца Энди тоже есть права. И обряды.

На самом деле она нуждалась в ковене. Когда у вас крошечный сын с прекрасными тигриными глазами, крошечными и, увы, не столь прекрасными рожками и совсем не прекрасными некоторыми другими частями тела… Все это сегодня он, похоже, прячет (она не спрашивала) посредством той самой полусатанинской воли, что перекрашивает его глаза в светло-карий цвет… Когда у вас такой ребенок, вы утром не поведете его в детский сад. И когда вам отчаянно нужна нянька на несколько дней, вы не позвоните в агентство и не наймете девочку из соседней квартиры.

Ковен платил по счетам. Женщины стали любящими няньками, и Розмари доверяла им ребенка — правда, лишь когда у нее не оставалось другого выбора, и со строжайшими условиями, за соблюдением коих она тайком следила. Шайка Романа — и мужчины, и женщины, кроме шлюхи Лоры-Луизы, — всячески демонстрировали Розмари свое уважение и готовность помочь.

Так же, как и ныне — все окружающие.

Роман ей обещал, даже дал клятву, якобы священную для него, что Энди не причинят никакого вреда, что его не будут ни к чему принуждать, что его лишь укрепят духовно и физически, и это пригодится ему на всем жизненном пути. Он получит только радостные, вдохновляющие переживания — как на молитве в любой хорошей церкви. И хотя Розмари не может быть сторонним наблюдателем, ее участию в ритуалах будут рады всегда. Ковену пригодится молодая кровь, — тут старческий глаз мигнул, — ив нем есть два свободных места. Если Розмари согласна, она может сама присматривать за Энди.

Ну уж нет!

Половину того предрождестценского дня она просидела на скамеечке для ног в чулане, чья задняя стенка примыкала к чулану их квартиры. Розмари прижималась ухом к дну стакана, приставленного к покрашенной белым фанере; то и дело ей слышались слабые отголоски ночи — флейта, молитва, барабан. Через трещины просачивался запах таннисова корня — кислый, но не противный… А вот от запаха серы ее поташнивало. Неужели Сатана вышел, или поднялся, или просочился сюда из потустороннего мира, или где там находится ад?