Мир без хозяина - Дэми Хьюман

Апрель 14, четверг

Летим.

Ничто на свете не способно сравниться с этим чувством. Даже когда штурвал в руках держит кто-то другой. Полет – вот настоящая эйфория!

Прикинул сейчас, сколько же я не поднимался в небо. Восемь лет. Подумать только! Если бы на посвящении в летчики в 2025-м кто-то сказал, что меня ждет, я бы запихал свой диплом в глотку полковнику Дворжеку. Или проиграл бы эту бесполезную бумажку в покер. Восемь лет без полета. Да что там! У меня не было времени даже на то, чтобы голову вверх поднять. Суета, это бесконечное копошение… Всегда в работе, в поисках, в ожидании лучшего будущего, которое никак не наступало. Не наступало до сегодняшнего дня.

Эти строки я пишу в своем старом блокноте, большая половина страниц которого уже исписана различными расчётами. Записная книжка бухгалтера – можно подумать на первый взгляд. Но это не совсем так. Несколько прошлых лет, месяц за месяцем, я планировал здесь свои расходы, чтобы как-то дотянуть до следующей зарплаты. Оплата жилья, еда, электричество, газ. Выплата по карточкам. Снова еда, новые кредиты. Выплата одного и еще пара новых сверху. Жутко.

Но это прошлое. Прошлое, из которого я вырвался. Могу писать эти два слова бесконечно. Я ВЫРВАЛСЯ!

Мне повезло? Стрелка фортуны, миновав сотни тысяч других претендентов, остановилась на мне? Может быть. Неважно. Главное, что теперь мне не придется задумываться, сколько хлеба (о, а может даже дешевых консервов!) я могу себе позволить на текущей неделе. Я больше не буду голодать. Я вырвался.

Частный самолет, принадлежащий, как и все здесь, моему вновь обретенному старому другу, девочки-стюардессы, готовые по первому требованию оказать услугу любого плана (одной из которых, к слову, я уже успел воспользоваться дважды), смех, музыка, дорогие виски. Полдюжины сортов этого пойла, черт бы его побрал, и бутылка каждого стоит как моя месячная квартплата!

Да плевать я хотел! За все уплачено, какая мне хрен разница? Пускай это все не мое. Но теперь я часть этого. Я вернулся в жизнь. И я лечу!

Ха, я счастлив! Пропади все пропадом, если это не счастье! После того дерьма, из которого я выбрался, любая жизнь сойдет за счастливую. Прощай, дерьмо, мы больше не увидимся, и… боже, что за чушь я пишу?! Это всё виски. Виски, водка, пиво, шампанское, что-еще-у-нас-там-в-меню? Я пьян! Пьян в доску. В дрова. Вдрызг. И это здорово!

Разумеется, всем этим я обязан Йозефу. Он сейчас передо мной, за соседним столиком, окруженный друзьями и бизнес-партнёрами. С большинством из них я даже не знаком, да и вообще мы с ними схожи только в одном – сейчас мы веселы и пьяны. И я знаю, что мне сейчас нужно сделать. Нужно пойти и выпить еще!

С днем рождения, Йоз, растолстевший ты засранец!

Апрель 15, пятница

Вот и новая страница.

Самолет приземлился на дозаправку, и я вышел подышать свежим воздухом. За моей спиной чудесный (итальянский?) городок, впереди теплое море. Всё бы отдал, чтоб остаться здесь на недельку-другую, но Йозеф сказал, что мы еще не прибыли на место, и уверил, что там, куда мы прилетим, мне понравится не меньше.

Я тут что подумал. Дневник. Пусть этот блокнот будет моим дневником. Ведь я веду его уже несколько лет. Чем история моих расходов не летопись? Тем более, что сейчас у меня появилась прекрасная возможность наполнить эти страницы светлыми моментами моей жизни. Но, пожалуй, прежде я должен начеркать пару строк о своем прошлом.

* * *

Удивительно, как могут меняться судьбы, когда сильные мира тянут за нужные нити. Восемь лет назад выпускник летного училища в Рокицанах Станислав Дробник об этом не знал. Тогда будущее казалось мне более чем радужным: кроме всего прочего, элитная профессия сулила мне немалый доход. Что значит финансовая независимость для человека в стране центральной Европы, объяснять, думаю, не стоит. Следует лишь заметить, что полетами я грезил с самого детства, и по окончании школы предо мной не возникло вопроса “куда пойти учиться дальше?”

Первая череда неудач началась, когда я получил долгожданный диплом и занялся поиском работы. В 2026-м разом обанкротилось несколько авиакомпаний – две североамериканских и целый ряд европейских. Говорили, что это связано с выходом в свет единой азиатской валюты. Теперь, не считая меня, места у штурвала искали сотни опытных пилотов. Несложно догадаться, кому из нас отдали предпочтение работодатели.