Тёмная лощина - Брайан Кин

— С утра, как проснусь. Вы со мной?

— Да, — сказал Дейл, берясь за другую ручку. — Я сварю кофе.

— Ну нет, — усмехнулся Мерл, вновь становясь самим-собой. — Твоя задница готовит завтрак. Я люблю яйца с жидким желтком.

Дейл улыбнулся.

— Хочешь, чтобы я принес тебе завтрак в постель?

Гром разорвал небо над нами и дождь полил всерьез. Уже через несколько секунд мы промокли до нитки.

— Вот дерьмо! — Мерл поскакал через двор и махнул рукой через плечо. — Увидимся утром.

Я помог Дейлу занести холодильник в дом.

— Спокойной ночи.

— Не думаю, Адам. На самом деле я не собираюсь спать сегодня.

Я замер.

— Думаешь, сатир снова придет за Клодин?

Он кивнул, вытирая очки рубашкой.

— Вполне возможно.

Я задумался, прав мой сосед, или за него говорят тревога и страх? Дейл и так переживал, что Клодин может уйти от него. Теперь к опасениям добавился разгуливающий по округе похотливый монстр.

— Будь начеку, — сказал он. — Если услышишь что-нибудь подозрительное, сразу звони мне. По рукам?

— Договорились. Будь осторожен.

Мы обменялись мокрым рукопожатием, и я побежал домой. Захлопнув дверь, я прокрался на кухню, оставляя на ковре мокрые следы. В доме было тихо. Взяв бумажные полотенца, я кое-как промокнул волосы и вытер лицо. Дождь бился в окна и барабанил по крыше. Снаружи полыхнула молния и на секунду кухня осветилась зловещей синевой. Первая большая гроза сезона. Электричество, скорее всего, скоро вырубят, а завтра утром тут и там будут валяться сломанные ветки. Сточные канавы забьет листвой.

Я задался вопросом: какое еще дерьмо притащит на своем хвосте буря?

Прихватив несколько свечей с кухни, я поднялся наверх. Тара крепко спала, а Большой Стив лежал у подножия кровати мордой к двери. Он взглянул на меня, когда я вошел. Уши прижаты, тело сотрясает дрожь, а глаза огромные, словно блюдца.

Я подошел к нему на цыпочках и поцеловал в макушку.

— Всё в порядке, дружище, — тихо прошептал я, чтобы не разбудить Тару. — Это всего лишь гром.

Он прижался холодным носом к моей щеке, а потом лизнул лицо.

Я снял мокрую одежду, надел пижаму, почистил зубы. Когда я вернулся в спальню, Большой Стив уже забрался под одеяло, только нос торчит наружу. Он дрожал и одеяла двигались в такт с ним.

Я лег в постель, поднял одеяло и потрепал его по голове, когда очередной громовой раскат сотряс дом. Большой Стив заскулил, задрожав еще сильнее. Тара забормотала во сне, повернулась к нам лицом. Она порывисто дышала, будто видела во сне что-то нехорошее. Я попытался успокоить их одновременно: одной рукой гладил собаку, а другой — волосы жены. Не знаю, помогло ли это им, но мне стало лучше.

Большой Стив вылез из-под одеяла и осторожно втиснулся между Тарой и мной. Она не проснулась. Я потянулся за сигаретой, но вспомнил, что они закончились. Я лежал в темноте, перебирал волосы на загривке собаки и слушал, как дождь танцует на черепице.

В конце концов гром и молния прекратились, а буря закончилась так же быстро, как и началась. Большой Стив приподнялся, покрутился и снова улегся. Мордой к двери. Я заметил, что он всё еще дрожит.

На миг меня осенило: что, если он боится вовсе не грома и молний? Может, он напуган кем-то, стоящим в темноте под окном нашей спальни? Кем-то с раздвоенными копытами, рогами и огромным членом?

Я сел и прислушался, ожидая услышать знакомый голосок пастушьей флейты, но слышно было только хриплое дыхание Тары, да пыхтение Большого Стива. Я снова откинулся на подушки и только тут вспомнил, что мне нельзя спать. Не сегодня. Я обещал Дейлу, и он рассчитывал на меня. Так же, как Тара и Клодин, если уж на то пошло. Мне нельзя спать.

Я решил выпить кофе. Возможно, что-то написать. И это было последнее, о чем я успел подумать.

Когда я проснулся, всё уже летело к чертям.