Действие и противодействие. Через Дух Андрэ Луиса - Франсиско Кандидо Хавьер

контролировать её рост… Прошло несколько месяцев, они оба предавались тайным встречам, во время которых они всё больше порочили друг друга. Зильда заметила изменения в поведении молодого человека, но старалась оправдать его равнодушие к ней усталостью от работы и трудностями семейной жизни. Но за две недели до свадьбы несчастная была застигнута врасплох неожиданной и печальной для неё исповедью. Георг выложил перед ней ту рану, которая угнетала его внутренний мир. Он не отрицает ни её восхищения, ни её нежности, но уже давно признаёт, что только марина должна быть его спутницей в доме. Бывшая невеста сдерживает ужасное разочарование, охватившее её, и внешне не возмущается. Но уйдя в себя, в отчаянии, той же ночью, когда произошёл этот разговор, она ввела себе дозу инсектицида для муравьёв, приведшей её к физической смерти. Опустошённая страданием, развоплощённая Зильда была принята нашей сестрой Луизой, уже находившейся в нашем мире и вступившей в «Мансао» благодаря своим материнским заслугам. Несчастная просила защиты у наших Старцев. В положении матери, она сжалилась над обоими молодыми, поскольку в её глазах девушке-автору предательства было на что жаловаться, и более, чем отвергнутой девушке, хоть эта последняя и заработала серьёзный долг самоубийц, смягчённый в её случае ментальным безумием, к которому она пришла из-за того, что её так незаслуженно оставили… После исследования вопроса Министр Санцио, с которым мы знакомы лично, решил считать Марину должницей в ситуации, которую она сама осложнила. И немногим позже этого решения он предпринял всё необходимое, чтобы Зильду отвели в дом, чтобы там получить заслуженное ей внимание. Марина не прошла испытание самоотречением в пользу своей сестры, которая была её щедрым кредитором. Но в противостоянии Закону она сама себя приговорила к посвящению себя ей, теперь навязанной ей в качестве ужасно страдающей и горячо любимой дочери. Таким образом, свободные, Георг и Марина поженились, приняв на Земле любовный союз, о котором они мечтали. Спустя два года после свадьбы они уже качали в колыбели, украшенной кружевами, Зильду в качестве любимой дочери. Но… с первых месяцев жизни обожаемого ребёнка им пришлось пережить мучительное испытание. Зильда, которую теперь звали Нильда, родилась глухонемой и умственно отсталой, как последствие периспритной травмы, полученной в смерти через добровольное отравление. Несознательная и мучимая в глубине своего существа удушающими воспоминаниями недалёкого прошлого, она плачет практически днём и ночью. Но чем больше она страдает, тем больше нежности, сочувствия и любви получает от своих родителей. Их жизнь протекала спокойно, тревожимая лишь естественными испытаниями пути, когда несколько месяцев назад Георг был помещён в лепрозорий, где теперь лечится. Отныне, разрываясь между больным супругом и маленькой несчастной дочерью, Марина, в своём отягчённом долгу, страдает от депрессии, в которой мы её и нашли, также подталкиваемая искушением к самоубийству.

Помощник умолк.

Мы с Хиларио были ошеломлены и взволнованы. Проблема, мучительная с человеческой точки зрения, содержала ценные выводы о Божественной Справедливости.

Силас коснулся лежащей в прострации женщины и уверенно сказал:

— Господь поможет нам в том, чтобы она восстановилась и обрела мужество.

В этот момент в комнату вошла сестра Луиза, смятенная и взволнованная.

Она осведомилась обо всех фактах и поблагодарила, вытирая слёзы.

Затем, желая довести помощь до конца, Силас снова применил магнетические пассы к ослабленной женщине, и мы оказались свидетелями незабываемой сцены.

Марина в Духе отделилась от своего соматического тела и посмотрела на нас своим мутным и ничего не выражающим взглядом.

Но словно пробуждая её ощущения разума, наш руководитель приложил свои руки, теперь обрамлённые ореолом светящихся флюидов, к её векам, и вдруг, словно слепой, вновь обретший зрение, бедняжка увидела свою мать, протягивающую ей любящие и нежные руки. Слёзы брызнули у той из глаз, и она радостно вскричала:

— Мама! Мама!.. Это ты?

Луиза нежно прижала её к себе, как больного ребёнка, и, с трудом сдерживая волнение, грустно сказала:

— Да, дорогая моя доченька, это я, твоя мать!.. Возблагодарим Бога за эти несколько мгновений разговора.

И нежно обняв её, несмотря на свою печаль, продолжила:

— Зачем отчаиваться, если борьба только начинается? Или ты не знаешь, что боль — это наш небесный хранитель? Марина, что стало бы с нами, если бы страдание не помогало нам чувствовать добро и думать о нём? Возрадуйся в сражении, которое очищает и спасает нас в творении Божьем. Не обращай любовь в свой ад и не считай, что сможешь облегчить боль супругу и дочери через иллюзию необдуманного бегства. Вспомни, что Господь обращает яд наших ошибок в спасительное лекарство через искупление нашей вины. Болезнь Георга и испытание нашей Нильды представляет собой не только их благословенный путь восхождения, но и твой путь, для твоего духа, который приобщается к опыту в полотне искупления!.. Научись страдать со смирением, чтобы твоя боль не была просто задетой гордыней. Что ты делаешь с гордостью женщины и преданностью матери? Ты забыла практику молитвы, которой научилась дома? Будешь ли ты ошибаться, если придётся выбирать трусость, как если бы она представляла собой нравственную славу? Ещё есть время!.. Вставай, пробуждайся, борись и живи!.. Живи, чтобы обрести вновь своё женское достоинство, которое ты замарала предательством. Вспомни о своей маленькой сестре, которая ушла, раздавленная грузом печали, которую ты ей навязала, и оплати преданностью и жертвой к своей больной дочери всё то, что ты должна Вечной Справедливости!.. Смирись и спаси своё сознание ценой мучительного, но справедливого искупления… Трудись и служи, надеясь на Иисуса, поскольку Божественный Врач восстановит здоровье твоего супруга, чтобы вместе мы могли привести маленькую больную к вратам необходимого восстановления. Не думай, что ты одинока в долгих и пустынных ночах, когда ты разделяешь своё время на бодрствование и скорбь!.. Давай же разделим одни и те же сражения!.. Каким является рай, который плачущие сердца материнские найдут по ту сторону могилы, если не присутствием их благословенных детей, даже если те проживали долгие дни тревог? Сжалься надо мной, своей матерью, поражённой страданием, которое приносит мне любовь к тебе!..

Луиза умолкла, так как нескончаемые рыдания заглушали её голос.

Стоя на коленях, в слезах, Марина гладила её руки, взывая в мольбе:

— Дорогая мамочка, прости меня! Прости меня!..

Одним усилием Луиза подняла ей и, словно напоминая нам о материнских страданиях, которые обычно осаждают великих женщин после смерти, она подвела её, неуверенным шагом, к больному ребёнку и, гладя вспотевший лоб малышки, смиренно взмолилась:

— Любимая моя доченька, не ищи иллюзорной двери бегства… Живи ради своей малышки, как Господь позволяет мне жить ради тебя!..

Уже восстановленная молодая женщина простёрлась