Как ни крути - помрешь - Ким Харрисон

Кистен промолчал, угрюмо на меня глядя, и я задумалась, несказала ли чего лишнего. Но это же он дал мне египетскую бальзамирующуюжидкость, думая, что Пискари от нее вырубится. Он хотел, чтобы я его убила.Может, передумал?

Музыка по мере подъема становилась громче. Правильныйтанцевальный ритм, от которого мне тоже хотелось танцевать. Я прямочувствовала, как гудит кровь у меня в жилах, и покачнулась, когда мы с Кистеномостановились на верху лестницы.

Здесь было еще жарче, и я принялась обмахиваться рукой.Громадные окна, выходившие на реку Огайо, здесь заложили, вотличие от первогоэтажа. Обеденные столы убрали, оставив широкое пространство, окруженноевысокими коктейльными столиками у стен. Стульев не было. У дальней стены –длинная барная стойка, и опять никаких стульев. Все стояли.

Над баром под самым потолком пристроили темный закуток, гдесидел диджей и стояли прожекторы для цветомузыки. Немного в стороне – что-топохожее на бильярдный стол. Задерганный высокий вамп стоял посреди зала срадиомикрофоном в руке, безуспешно взывая к смешанной толпе вампиров: живых имертвых, мужчин и женщин, одетых примерно так, как собиралась поначалу вырядитьсяя. Вампирский танц-клуб, решила я, мечтая заткнуть уши от этого кошачьегоконцерта.

Тип с микрофоном разглядел Кистена, и его длинная рожапросияла от облегчения.

– Кистен! – крикнул он, и в ответ на разнесенныймикрофоном голос лица повернулись к нам, а окружавшие его скудно одетые женщинызапрыгали от восторга. – Слава богу!

Тип направился к нам, и Кистен сжал меня за плечи.

– Рэйчел? – позвал он. – Рэйчел!

Он оторвал меня от созерцания красиво пляшущих на стенахогоньков. В синих глазах светилась тревога.

– Ты как, нормально?

Я кивнула – уронила голову и снова подняла.

– Угу, – хихикнула я. Мне было так тепло и хорошо!Кистенов танцевальный клуб мне ужасно нравился. Кистен нахмурился. Он глянул наслишком разодетого типа, над которым все смеялись, и снова повернулся ко мне.

– Рэйчел, я постараюсь побыстрее. Ты подождешь?

Я опять смотрела на огоньки, и он поднял мою голову к себеза подбородок.

– Да, – сказала я, медленно двигая губами, чтобы словавыходили правильными. – Я подожду вот здесь. Открывай вечер. – Кто-то менятолкнул, и я чуть не упала на Кистена. – Мне нравится твой клуб, Кист. Онклассный!

Кистен поддержал меня, пока я не восстановила равновесие.Толпа начала скандировать его имя, и он поднял руку в знак признательности.Крики еще усилились, и я закрыла уши руками. Музыка ухала прямо во мне.

Кистен махнул кому-то внизу рукой, подзывая, и я увидела,как к нам шагами через две ступеньки мчится Стив, неся свое громадное тело,будто оно ничего не весило.

– С ней то, что мне кажется? – спросил у него Кистен,когда великан поравнялся с нами.

– Да-а-а… – протянул тот. Оба пристально меняразглядывали. – Приход от крови. Но она же ведьма? – удивленно спросил Стив,поворачиваясь к Кистену.

– Это да, – кивнул Кистен. Ему почти кричатьприходилось из-за шума: все требовали, чтобы он взял микрофон. – Ее укусили, ноона ни к кому не привязана. Может, поэтому?

– Вамп… вамп… вампирские фу… – Я облизала губы,хмурясь. – Феромоны! М-мм, как классно! Почему с Айви так никогда не бывает?

– Потому что Айви слишком зажата. – Кистен угрюмовздох-пул, и я потянулась обнять его за плечи. Плечи у него были классные,такие мускулистые, твердые, соблазнительные…

Кистен снял с себя мои руки и зажал их в ладонях.

– Стив, последи за ней.

– Конечно, шеф, – сказал великан, вставая сбоку и чутьсзади от меня.

– Спасибо. – Кистен перехватил мой взгляд, пристальновсмотрелся. – Прости, Рэйчел, – сказал он. – Это не твоя вина. Я не знал, чтотак получится. Я скоро вернусь.

Он исчез, я потянулась за ним руками и ошарашенно заморгалапри взрыве криков, встретивших его появление в центре зала.

На миг Кистен застыл, собираясь с мыслями: голову чутьсклонил, выжидая – такой секси в своем итальянском костюме! Он завладел толпой,еще слова не сказав; я поневоле впечатлилась. Рот изогнулся в лукавой улыбке,Кистен поднял голову, глядя на толпу из-под светлой челки.

– Вот блин, – шепнул он в микрофон, и толпа радостнозаржала. – Какого черта вы все здесь стоите?

– Тебя ждем! – крикнул женский голос.

Кистен ухмыльнулся, призывно качнул телом, кивая в сторону,откуда слышался голос.

– Привет, Мэнди. И ты здесь сегодня? Когда это тебявыпустили? Мэнди счастливо завизжала, и он улыбнулся.

– Вы отвя-а-занные стервочки, вы в курсе? Замучилибеднягу Майка. Чем он вас не устроил? Классный парень Майк!

Женщины заорали. Я закрыла уши руками, пошатнулась и чуть неупала. Стив вовремя поймал меня за локоть.

– А я тут на свидание выбрался, – сказал Кистен,театрально склоняя голову. – Первое за фиг знает сколько времени. Видите ее –там, на лестнице?

В меня ударил сноп прожектора, и я вздрогнула и сощурилась.От жара у меня щипало кожу, я выпрямилась, помахала всем рукой – чуть опять неповалившись. Стив придержал меня за руку, я его наградила улыбкой. Я на негоприлегла даже, но он добродушно покачал головой и нежно меня отстранил, проведяпальцем по подбородку.

– Она сегодня немного не в себе, – продолжил Кистен. –Вы тут уж слишком разошлись, и она среагировала. Кто бы подумал, чтоведьме-сыщику придется по вкусу наша вечеринка?

Шум возросло небес, а огни заскакали быстрее, завертелись постенам, полу и потолку. Ритм музыки тоже усилился, и я задышала чаще.

– Но говорят же, помните, – перекрикивал музыку Кистен,– чем тверже…

– Тем больше кайфа! – крикнул кто-то.

– Тем нужнее расслабляться! – крикнул Кистен под общийсмех. – Так что нежнее с ней, ладно? Ей просто нужно отдохнуть и получитьудовольствие. Не приставайте к ней, не заигрывайте. Я бы сказал, что ведьма,которая имела храбрость засадить Пискари в тюрьму и оставить его в живых, можетс любым помериться клыками. Ну что, все согласны?

Весь этаж взорвался криками, меня просто отбросило к Стиву.У меня глаза увлажнились от эмоций, прыгающих с пика на пик. Меня здесь вселюбят! Как это здорово!

– Так начнем наш вечер! – крикнул Кистен, крутанувшиськ диджеевой берлоге у себя за спиной. – Давай, Майки!

В зале одобрительно завизжали, и я ошеломленно увидела, кактанцпол внезапно заполнился перевозбужденными женщинами: глаза горят, движенияслишком резкие. Короткие откровенные платья, высокие каблуки и экстравагантныймакияж оказались нормой, хотя было среди них несколько дам постарше, одетых также стильно, как я. Живых чуть больше было, чем мертвых.