Метка Проклятого - Юрий Соломин

-Чай, кофе, что покрепче? — хозяин кабинета изо всех сил старался не показать своей нетерпеливости.

-Спасибо, я пью немного иные напитки, — улыбнулся гость, сверкнув абсолютно черными, слегка заостренными зубами.

-Вот чего нет, того нет, тогда давайте сразу к делу.

-«Норспеерамонус». — Курьер выложил на стол завернутый в фольгу сверток в форме цилиндра.

-Можно посмотреть?

-Да, если им планируете воспользоваться именно Вы. — Курьер сделал ударение на последнем слове, в его голосе чувствовалась легкая насмешка

-Что это означает?

-Достать предмет из коробки должен именно тот, кто впоследствии воспользуется им. Пока этого не произойдет, снимать обертку нельзя, она защищает его от сканирования. Стоит ее снять не тому, как о вашей находке могут узнать те, кому это знать совсем необязательно.

-А как... ну впрочем неважно. — Витольд уже полностью успокоился. Когда часто имеешь дело с мистикой, учишься прислушиваться к самым странным рекомендациям.

-Какие еще будут инструкции?

-Находите добровольца, рассказываете ему все что произойдет при успехе операции, и если он достаточно отчаян и согласится, отдаете ему коробку. Стоит предмету попасть в нужные руки, его уже никто не сможет засечь.

-Рассказать ему надо абсолютно все?

-Да, абсолютно все, что произойдет с ним, включая и то, что умирать ему крайне не рекомендуется. Он должен понимать, на что идет, и какая награда его ждет.

-А если этого не сделать?

-Тогда ничего не сработает. Вы получите совсем не то что ожидаете.

Когда курьер ушел, Витольд спустился в подвальные помещения. Металлические двери, сканеры сетчатки глаза.... Попади сюда случайный человек, он бы сильно удивился мерам безопасности в заурядном здании, арендованном под офисы. Но случайные люди сюда не попадали. Из-за позднего, а может правильнее сказать, уже раннего времени суток, тут никого не было. Только равнодушные глаза камер слежения наблюдали за одиноким посетителем. Витольд дождался пока замок мигнет зеленым и пустит его в напоминающую банковскую ячейку комнату. Тут он и оставил сверток, принесенный таинственным курьером, и уже выйдя наружу, перевел дух. Эта стадия операции закончилась успешно, пора приступать к следующему этапу. Вернувшись в кабинет Витольд набрал номер. Абонент ответил довольно быстро.

-Слушаю.

-С утречком, когда сможешь приехать?

-Привет, шеф. — Его абонент явно не придерживался субординации. — Думаю через час плюс минус пять минут.

-Жду. Пора начинать игру.

***

Домой они вернулись к двум часам. Валик уснул в машине на обратной дороге. Несколько часов в клинике, сдача анализов, еще одна консультация терапевта, осмотр неврологом. Результатов еще придется подождать, но судя по реакции врачей ничего особенного они не обнаружили. Раньше такого не было? Может его что-то напугало? Собаки? Ссора родителей? Нет?

Михаил отвечал нет на все вопросы. Он не собирался никому рассказывать про загадочную незнакомку. Сам он был практически уверен, что проблемы начались из-за нее, но этого никому не объяснишь. И даже Ирина не помнила, о ней ничего особенного. Ну, подошла, ну спросила дорогу, что тут такого? Валик поначалу нервничал и плакал, потом стал каким-то вялым и сонным. Тоже не выспался ночью. Окончательно малыш уснул уже в такси по дороге домой.

Миша положил спящего ребенка в кроватку, обнял жену.

-Все у нас будет хорошо, маленькая, — шептал он, гладя ее по волосам. Шептал, но сам в это не верил.

-Я посплю немного, уже совсем никакая. И ты тоже ложись, мало ли как ночь пройдет.

Он был уверен что уснуть не сможет, но стоило лечь с ней рядом и обнять любимую, как дикая усталость взяла свое.

Белая, гладкая, каменистая почва под ногами. Очень сильный, пронизывающий насквозь ветер. Ощущение на себе чужого взгляда, опасного, враждебного. Кажется что надо куда-то успеть, то ли догнать кого-то, то ли наоборот, сбежать от чего-то жуткого. Впереди видится силуэт. Тень? Призрак? Как это часто бывает в сновидениях, приходит понимание — надо его догнать, надо увидеть лицо этого существа.

Первый же шаг показывает — это будет сложно, почти невозможно. Кажется что каждая нога весит тонну, не меньше. Как он не пытается, фигура отдаляется, и вскоре совсем исчезает из виду. Ощущение чужого взгляда усиливается, хочется спрятаться от этого всевидящего ока, но прятаться негде.

Неожиданно равнина исчезает. Он оказывается в полупустом помещении. Вокруг голые стены, единственное украшение которых — старые, ржавые кольца. Но теперь он не одинок, к одному из колец прикована женщина. Михаил с удивлением узнает недавнюю незнакомку, и кулаки непроизвольно сжимаются от ненависти. Делает шаг вперед, и тут женщина начинает говорить:

-Ты не спасешь его! — она начинает смеяться.

Он в ярости делает шаг и замирает. Цепь, держащая ее, вдруг обрывается, и она тает словно туман. Михаил в растерянности вертит головой, и снова видит ее. Незнакомка держит его Валика.

-Оставь его!

Он бросается к ней в яростно желании разорвать на куски, и забрать сына, но не успевает. Быстрым, каким-то змеиным движением, она наклоняется и впивается зубами в горло младенца. Михаилу проснулся от крика, и несколько секунд думал что это он так кричал. Но он ошибся, это малыш снова заходился в истерике.

Глава 3. Предложение

Выйдя из аптеки, Михаил стоял некоторое время с наслаждением вдыхая предгрозовой, прохладный воздух. Домой идти не хотелось. Точнее не так. Не хотелось вообще ничего! В голове было пусто, как в огромном барабане. Недосып и непонимание — «что же делать дальше?», не давали ему ни сконцентрироваться, ни принять какое-либо решение.

-Молодой человек! — незнакомый голос вывел его из задумчивости, и он моментально напрягся.

-Мы знакомы? — мужчину, обратившегося к нему, Стариков не знал. Либо он хочет спросить дорогу, либо...

-Вы Михаил, если не ошибаюсь?

-Возможно, смотря кто спрашивает.

Вот теперь он был напряжен до предела, слишком время нехорошее, чтобы незнакомцы, знающие как тебя зовут, не вызывали тревоги.

-Я по поводу проблем вашего сына.

-Что? — Голос сорвался, вопрос прозвучал как шипение. — Что, вы знаете о моем сыне??

Миша еще раз внимательно осмотрел подошедшего. Ничего особенного, как говорится — без особых примет. На вид лет тридцать, лысоват, плотен, в светлой рубашке и таких же брюках. Встретишь второй раз, не узнаешь.

-Я знаю что с ним происходит нечто странное и страшное. А также о том,