Интервью с вампиром - Энн Райс

Я покачал головой, но она сильней прижалась ко мне иопустила веки, ее длинные ресницы почти легли на круглые щечки.

«Дело в том, Луи, что я хочу убить его. Я жажду его смерти!»

Я безмолвно опустился на колени подле нее. Она изучающесмотрела на меня в упор, как часто бывало прежде. Помедлив, она продолжала:

«Я убиваю людей каждую ночь. Я завлекаю их в сети,притягиваю к себе в ненасытной жажде, в бесконечном поиске чего-то… не знаючего… – она прижала пальцы к губам, приоткрыла рот, ее зубы ослепительносверкали. – Но мне на них наплевать. Мне все равно, откуда они пришли икуда направляются, если только наши пути не пересекутся. Иное дело – Лестат: яне люблю его! Я хочу, чтобы он был мертв, и он умрет. Вот тогда я получунастоящее удовольствие».

«Клодия, опомнись, он бессмертен. Бессмертен. Ему не страшныболезни. Время не властно над ним. Ты посягаешь на жизнь, которой сужденодлиться, пока существует мир!»

«Именно так! – В ее голосе мне почудился благоговейныйстрах. – Жизнь, длящаяся столетия. Сколько сил должно быть накоплено вней. Ты думаешь, она перейдет в меня, когда я напьюсь его крови?»

Я потерял терпение. Вскочил на ноги и отвернулся, чтобы невидеть ее. Я услышал, как кто-то шепчет, что эти отец и дочь, должно быть,сильно привязаны друг к другу… И вдруг понял, что люди нас заметили, что этоговорят про нас.

«Но зачем, Клодия? – сказал я. – В этом сейчас нетнужды. Это бессмысленно, это…»

«Что? Это жестоко? Он – убийца, – прошипела она. –Одинокий хищник! – Она с издевкой повторила слова Лестата. – Непытайся помешать мне или узнать день, который я намечу. Не вздумай вставатьмежду нами… – Она подняла руку, приказывая мне молчать, маленькие пальцыстальной хваткой вцепились в мою ладонь. – Если ты вмешаешься – я погибну.Меня ничто не остановит».

Она повернулась, взметнув ленты шляпки, и быстро зашагалапрочь. Скоро стук ее каблучков затих. Я пошел куда глаза глядят, не разбираядороги; хотел раствориться в ночном городе. Голод уже начал заглушать во мнеголос разума, мучительный голод; но я не хотел прекращать эту пытку. Я хотел,чтобы она длилась, чтобы жажда крови захватила меня целиком и чтобы я уже ни очем не мог думать, кроме убийства; я медленно шел по улицам навстречубудущей жертве – жажда вела меня – и говорил себе: эта ниточка тянет меня полабиринту, но я разматываю клубок, и она тянет меня… На Рю-Конти я остановился:из окон дома доносился глухой шум. Я прислушался и узнал его. В гостинойнаверху шла дуэль – слышался топот ног по голому дощатому полу и серебряныйперезвон шпаг. Я перешел улицу и поглядел в незанавешенное окно. Двое юношейфехтовали: изящно, точно в танце, они приближались к смерти – одна рукаоткинута назад, другая метит шпагой в сердце соперника. Я вспомнил молодогоФреньера, как он сделал свой последний выпад… Я надолго задумался и очнулся,только когда кто-то вышел из дома и спустился по узкой деревянной лестнице натротуар. Это был юноша, почти мальчик, на гладкой коже его щек едва началпробиваться первый пушок. Его лицо раскраснелось после поединка, на нем былищегольский серый плащ и рубашка с кружевными манжетами. Я почувствовал запаходеколона и жар молодого тела: он вышел из круга света у входа в дом иприблизился ко мне. Он смеялся и шепотом разговаривал сам с собой;с досадой потряс головой, пытаясь откинуть темные волосы, липнущие наглаза. Вдруг он замер – заметил мою неподвижную фигуру. Он сощурился ипосмотрел на меня, потом нервно рассмеялся.

«Извините, – сказал он по-французски. – Вы менянапугали!» – Он собрался было отвесить галантный поклон и следовать дальшесвоею дорогой, но вдруг ужас отразился на его лице. Я услышал, как громко ичасто заколотилось его сердце, и почувствовал резкий запах пота – признаквнезапного напряжения мышц.

«Вы увидели мое лицо в свете фонаря, – обратился я кнему, – и оно напомнило вам маску смерти».

Он с трудом разлепил губы, но не сумел выдавить ни звука,только кивнул, оцепенело глядя на меня.

«Уходите отсюда! – приказал я ему. – Быстро!»

Вампир замолчал ненадолго, потом вдруг шевельнулся, словнособираясь продолжить рассказ, но вместо этого откинулся в кресле, вытянул подстолом длинные ноги и сжал виски, точно хотел унять боль.

Юноша медленно распрямился, расправил плечи. Проверилкассету и взглянул на собеседника.

– Но вы все же убили кого-то в ту ночь? – спросилон.

– Да, как и во все другие ночи.

– Почему же вы позволили ему уйти?

– Не знаю, – отозвался вампир, но его ответпрозвучал как «оставим это». Он добавил: – Я вижу, вы замерзли и устали.

– Это не важно, – поспешно сказал парень. –Здесь и правда немного холодно, но мне все равно. Вы ведь не мерзнете?

– Нет, – вампир улыбнулся. Его плечи вздрогнули отбеззвучного смеха.

На минуту он, казалось, погрузился в свои мысли, а юношавнимательно изучал его лицо. Затем вампир посмотрел на часы на рукесобеседника.

– Ей не удалось осуществить задуманное? – тихоспросил тот.

– А вы как думаете? – Луи выпрямился в кресле ипытливо глядел на него.

– Я думаю, что он ее… как вы сказали сами,уничтожил, – ответил молодой человек и судорожно глотнул воздух. – Яправ?

– Вы думаете, она не смогла справиться с Лестатом?

– Но он был так силен… вы говорили, что не знаете, чтов его власти, какие тайны он хранит.

Вампир ответил ему долгим, загадочным взглядом. Молодойчеловек не выдержал и отвернулся – так горели глаза напротив.

– Почему бы вам не выпить, ведь у вас в карманебутылка, – сказал вампир. – Это поможет согреться.

– Я как раз собирался… Просто подумал… – юношазамялся.

– Что это невежливо? – рассмеялся Луи и вдругхлопнул себя ладонью по колену.

– Да, – пожал плечами тот, смущенно улыбаясь. Онвытащил из кармана плоскую бутылку, открутил желтую крышку и сделал глоток,после чего вопросительно посмотрел на вампира.

– Нет, спасибо, – отмахнулся тот.

Его лицо посерьезнело, он глубоко вздохнул и продолжилрассказ.