Осатаневшие - Джефф Стрэнд

– Туше.

Должен признать, на месте Куинн я бы не сказал Вику, что все знаю. Знаю, что он лжет. Куинн следовало бы принять сделку и искать способ обернуть это в свою пользу. Да, я бы дико разозлился, но она ведь потом могла бы заорать: «Никакой сделки, придурок!» – и отрубить Вику голову топором.

Что ж. Теперь уже поздно.

– Ничего, если я пристрелю тебя прямо сейчас? – спросил я Вика.

– Думаю, я предложу тебе ту же сделку, что и Куинн, – сказал он. – Отойди в сторону. Позволь воздать ей по заслугам. Я отпущу тебя.

– Ты буквально только что признался, что лгал ей.

– Это не значит, что я лгу тебе.

– Поцелуй меня в жопу, козлина.

– Прекрасно. Вы не согласились, а значит, не глупцы и не трусы. Согласились бы – я бы решил, что вы сказочные идиоты. Меня радует, что ты велел поцеловать тебя в жопу. – Вик хрустнул костяшками. – Ух, лачуга, конечно, раздолбанная. Кори, здесь жил твой сторчавшийся дед?

– Это убежище Куинн.

Вик удивленно поднял брови.

– Ты купила это без моего ведома? Сколько отдала-то, двадцать баксов и подрочила?

– Если хочешь знать, я не…

– Мне насрать, – сказал Вик. – Нас-рать. Удивляет, что ты попыталась объясниться.

Момент был идеальный. У меня было сильное искушение заткнуть ему пасть пулей. Но я решил подождать еще. Мы ведь до сих пор не знали, зачем он здесь.

– Твои друзья с тобой?

– Не называй их друзьями, – поправил Вик. – Они мои братья и сестры.

– Так ты поэтому так выглядишь? Что-то генетическое?

– Слабо, Кори. В конце концов, некрасиво. Сделаю тебе лучший подарок – притворюсь, что не услышал. Изюминки нет, смысла нет… в твоих слова нет ничего. Что Куинн только в тебе нашла?

– Ничего она во мне не нашла.

– И она права.

– Ответь на мой вопрос.

– Я его забыл. Отвлекся на твои потужные шутки про генетику.

– Твои братья и сестры здесь?

– А. На самом деле очень хороший вопрос. Удивлен, что ты так долго с ним промедлил. Ответ: нет, их здесь нет, но да, они могут явиться в любой момент. Священный долг все еще не отдан. Но поскольку наши с тобой дела – расчленение и прочее – довольно личные, я попросил, чтобы мне позволили разобраться по-свойски.

Я ухмыльнулся, надеясь, что на моем лице читается веселье и уверенность.

– Хочешь сказать, ты против нас один, но, если придется тяжело, можешь попросить о помощи.

– Мне не нужна ничья помощь. – Вик пристально посмотрел на меня.

– О, я уверен, что не нужна. Но голову даю на отсечение, приятно осознавать, что другие сатанисты могут спасти твою задницу. Небольшая мера предосторожности, да?

– Ты пытаешься меня разозлить?

– Да, – признался я. – Даже очень.

Я не понимал, как именно злость Вика сыграет нам на руку, но решил, что разъяренного и, может, даже взбудораженного серийного убийцу перехитрить будет легче, чем спокойного и собранного.

Я выстрелил ему в лицо. Хотел попасть прямо в зубы. Неважно, отрастут они снова или нет: никому не хочется чувствовать во рту осколки выбитых зубов. Но я плохо прицелился и попал всего лишь в переносицу.

Его лицо залила кровь. Вик вскрикнул не то от боли, не то от ярости. Я снова выстрелил ему в лицо, размозжив нос.

Третий выстрел пришелся почти точно между глаз. Настолько близко, что спорить с фразой «я выстрелил ему между глаз» стали бы только очень занудные зануды.

Еще три выстрела. Не хвастаюсь, но все шесть выстрелов пришлись в лицо – впрочем, в зубы или хотя бы в глаза не попала ни одна пуля. Но в целом голову я серьезно повредил.

Я убрал пушку в карман.

Вик на мгновение замер, ощупывая раны на лице. Я с ходу придумал несколько шуток, но озвучивать их не хотел: я был взбешен и напуган, и они прозвучали бы бледно. Не хотелось снова опозориться.

– Это… – сказал Вик. – Это… это все… это…

– Пытаешься спросить «это все, что ты можешь?» – догадалась Куинн.

Вик кивнул. Из его головы брызнула кровь.

Это не все, что я мог. В другом кармане был второй полностью заряженный пистолет, а вокруг была раскидана куча патронов. Я поднял топор, лежащий у меня в ногах.

– А вот мое предложение, – сказал я. – Убирайся отсюда на хрен.

Вик ждал продолжения. Я решил, что «…и я больше не буду тебя калечить» достаточно очевидно, и промолчал.

И Вик бросился на меня без всякого предупреждения.

Он кинулся прямо в огонь, но, к сожалению, ноги у него не загорелись.

Думаю, пока я это рассказывал, вы уже поняли, что у меня полно недостатков. Сейчас против меня сыграло высокомерие. Стрельнув в Вика шесть раз и изуродовав ему лицо, я почему-то решил, что побеждаю. К тому же в руках у меня был топор – получше того, которым его расчленял. Я был уверен, что в схватке один на один выйду победителем.

Слишком уверен.

Так что я удивился, когда Вик бросился в атаку. Не поймите неправильно: я знал, что в какой-то момент он захочет напасть на меня. Но образ «чувака с истекающим кровью лицом» так быстро сменился на «атакующего психа», что я оказался почти не готов.

О, я не стоял столбом, замахнулся. Но ожидал, что одним махом отрублю ему руку. А может, даже ногу или, если очень постараюсь, голову. Я до сих пор думал, что без головы Вик ничем нам не навредит.

И если я не ожидал, что Вик бросится на меня, то он замаха топором как раз ждал. И заблокировал его, попросту схватив рукоять прямо под лезвием. Вырвал топор из моих рук. Улыбнулся.

Я попятился как мог быстро. Куинн все еще стояла в дверях, и я в нее чуть не врезался. Она протянула мне другой топор и толкнула вперед.

Я взмахнул топором. Вик тоже. Лезвия скрестились.

Я размахнулся изо всех сил. Вик, полагаю, тоже. Он был намного крупнее меня, так что сила удара получилась убойная. Мне показалось, будто кости в руках раздробились. Я выронил топор. Вик – нет.

Он замахнулся еще раз, едва не попав мне по руке.

– Готов стать торсом с головой? – спросил он с усмешкой.

Я живо представил себя без рук, без ног, просто живым туловищем, которое висит у Вика дома в качестве мишени для игры в дартс и помогает ему выпустить пар после тяжелого дня. Конечно, это была просто фантазия: я истеку кровью задолго до того, как он отрубит мне конечности. Но мысль все равно была кошмарной и