Демон отверженный - Ким Харрисон

Вампир поднял голову — и снова меня охватил страх. Его присутствие в кухне ощущалось во всем, его аромат заполнял меня изнутри. Старый демонский шрам закололо, и я увидела, что вампир сглотнул слюну.

— Я открою окно? — спросила я, и когда он кивнул, очень медленно встала.

Ал бросился на барьер, и я дернулась, покрываясь потом, но круг устоял.

— Я тебя убью, ведьма, — тяжело дыша, сказал демон, стоя в усыпанном обломками круге. — Я тебя убью и оживлю снова. Ты ума лишишься, ты будешь умолять меня о смерти. Я тебя выпотрошу, вскрою, вложу в тебя ползучих тварей, которые сожгут тебе череп…

— Заткнулся бы ты, — перебила я, и он завыл, багровея.

— А вы, — сказала я Ринну, — вы там постойте, хорошо? Я все сама сделаю.

Его безмолвная фигура внушала мне опасения, но вряд ли правителю свободного мира может отказать самообладание.

— Мо-о-орган, — протянул Ал тихо и проникновенно. Я повернулась, оторвавшись от поисков вещего зеркала. И тут же мое лицо потеряло всякое выражение — одна из моих книг заклинаний была в руках у Ала.

— Положи на место! — велела я.

Он прищурился:

— Пусть сейчас у меня нет всех проклятий, которые во мне хранились, — сказал он с угрозой, — но кое-что я помню наизусть.

— Прекрати! — потребовала я, когда он махнул рукой по столу, сбросив оттуда все на пол.

Дженкс, испуская запах растертых зеленых листьев, сел ко мне на плечо.

— Не нравится мне это, Рэйчел, — шепнул он.

— Прекрати я сказала! — крикнула я, когда Ал небрежно намалевал пентаграмму и положил мою книгу в середину ее.

— Celero inanio, — произнес он, и я вздрогнула: мою книгу заклинаний охватило пламя.

— Ну, ты! — вдруг разозлившись, крикнула я. — Кончай дурить!

Козлиные глаза Ала прищурились. Подчеркивая движение, он бросил в пентаграмму еще одну книгу, и тупой стук отдался у меня в голове. Из-за слоя окрашенного черным безвременья на меня смотрели полные ненависти глаза. Я его снова одолела — я, «мерзкая вонючая ведьма».

Я смотрела на него и думала, вопреки своему первому побуждению вызвать Миниаса. Можно оставить Ала здесь — пусть пожжет все мои книги, но пока он в моем круге, я знаю, где он, и мне ничего ночью не грозит. Или можно вызвать Миниаса, и пусть вытащит Ала отсюда за шиворот — тогда придется надеяться, что никто его не вызовет до восхода солнца. Но что-то в рассерженной физиономии Ала меня остановило.

За этой яростью проглядывала усталость. Он устал, что его таскают за шиворот и бросают в камеру. Устал на меня нападать и терпеть поражение. И чтобы об этом узнал Миниас и вытащил его на поводке… это было бы просто оскорбление. Может быть, если дать Алу одну мирную ночь зализывать раны и лечить уязвленную гордость, он окажет и мне такую же любезность?

Момент колебаний. В кухне наступила жуткая тишина — не стучали даже разбитые часы, валяющиеся на полу. Ал медленно выпрямился, поняв, что именно я сейчас обдумываю: а не отпустить ли его?

— Довольна, ведьма? — проворчал демон, обнажая зубы в оскале-улыбке. Эта опасная улыбка проникала мне прямо в душу, но вот в чем дело: пусть он может меня убить, я его больше не боюсь. Как он сам сказал, слишком часто мне случалось запихнуть его в круг. Он устал. И, опять же, мог изголодаться по доверию.

Глаза Ала скользнули к вещему зеркалу, которое я держала в руке, и взгляд его стал проницательным, когда он понял, какие я разбираю варианты.

— Перемирие на эту ночь? — предложил он.

Я закусила губу, прислушалась, как бьется в ушах пульс.

— Проваливай отсюда, Ал, — ответила я, не дав себе труда указать какое-либо направление.

Он медленно моргнул. Лицо его разгладилось, и на нем изогнулась настоящая улыбка.

— Ты либо умна по-настоящему, либо еще глупее, чем я думал, — сказал Ал и исчез в театральном клубе красного дыма.

— Рэйчел! — завопил Дженкс, отчаянно жужжа мне прямо в лицо и рассыпая пыльцу. — Ты что делаешь, черт тебя побери? Он же вернется немедленно!

Я медленно перевела дыхание и выпрямилась. Держа вещее зеркало в руке, я внимательно прислушалась к тишине церкви — нет ли каких-либо признаков демона. Рука заныла, и я размяла пальцы, с отвращением вычистив из-под ногтей волосы Ала.

— Оставь, Дженкс.

Что-то менялось между мной и Алом — уже изменилось. Я не могла понять, что именно, но разницу ощущала. Может быть, дело в том, что я не побежала ябедничать Миниасу. Может быть, мое уважительное отношение к нему завоевало некоторое уважение с его стороны. Все может быть.

— Дура ты, ведьма! — орал Дженкс. — Тащи свою лилейную задницу на освященную землю! Он же вернется!

— Сегодня — нет.

Прилив адреналина схлынул, у меня дрожали колени. Я глянула на Ринна Кормеля, который стоял в углу, стараясь взять себя в руки, и еще раз сделала медленный вдох и выдох, успокаивая пульс, чтобы не пахнуть так соблазнительно. Вампир пока не сходил с места, но вид у него стал более человеческий. Усталым движением я сунула вещее зеркало на место, среди трех нетронутых демонских книг. Ал сжег обычную книгу заклинаний земной магии.

Ринн шагнул вперед и резко остановился, когда между нами возник Дженкс и угрожающе загудел.

— Вы его отпустили, — сказал вампир с отвращением. — По собственной воле. Значит, вы ведете дела с демонами.

Кофе уже сварился, и я пошла к кофеварке, по дороге дрожащими пальцами убрав пленку пузыря; прислонилась к столу, откуда был виден и Кормель, и выход в коридор. Вздохнув еще раз и жестом спросив вампира, налить ли ему, я отпила глоток.

— С демонами я дел не имею, — ответила я, чувствуя, как первое тепло уходит вниз по горлу. — Они имеют дело со мной. Спасибо за попытку помочь, но у нас с Дженксом все было под контролем.

Пусть не думает, что мне нужна была его защита. У вампирской защиты есть своя цена, и я не готова ее платить.

Ринн Кормель приподнял брови:

— Все под контролем? Я вам спас жизнь.

— Нам спас жизнь? — возмущенно фыркнул Дженкс. — Задница ты волосатая! Это Рэйчел спасла тебе жизнь, посадив его в круг! — Пикси повернулся ко мне, не обращая внимания на мрачное лицо Ринна. — Рэйчел, давай на освященную землю. Он может вернуться.

Я нахмурилась в его сторону, ощупывая свободной рукой ребра — нет ли синяков.

— Все в порядке, не волнуйся. Прими что-нибудь остужающее, пока у тебя пыльца не вспыхнула. — Пикси злобно сплюнул, а я обратилась к мастеру-вампиру: — Не хотите ли присесть?

Дженкс разразился каскадом недовольных звуков, буркнул: «Посмотрю, как там дети», — и улетел прочь.

Ринн Кормель посмотрел ему вслед, оценил, насколько я устала, потом легким шагами подошел к креслу Айви и сел перед ее разбитым монитором. У него на щеке выделялась длинная бескровная царапина, волосы перепутались.