Вампиры - Джон Стикли

К тому моменту, когда они снова приготовились идти внутрь, до заката оставалось полтора часа.

Джек подумал, что это не очень хорошо, но держал мысль при себе вместе с многим прочим и подгонял Команду.

Проблема была в том, что слишком много работы.

Нужен портативный генератор для фонарей и два фонаря, чтобы заменить разбитые, и новый трос. Пришлось удалить остатки обеих дверей лифта и отремонтировать входную дверь. И, конечно же, пришлось отремонтировать раненых.

У Кота сломан нос. Джеку пришлось зашивать щеку, Феликсу – лепить пластырь на край лба. А Карл Джоплин чуть не лишился всех зубов.

Зато ни один пока так и не ускользнул. Но точно мог бы. Когда Карл тянул трос в первый раз, чертова тварь целиком выдрала задний бампер «блейзера». Во второй раз он использовал полицейскую машину, обернул трос вокруг мотора и резко тронул с места, так что, когда трос натянулся, машина шла уж двадцать миль в час.

Но тварь остановила и полицейскую машину. Карл вышиб головой стекло, располосовал лицо в сотне мест, рассек губы, передние зубы шатались под пальцами. Но Карл чудом удержал ногу на педали газа и сохранил жизни всем.

Или, по крайней мере, прикончил тварь, а это главное.

Но Кот все равно пожаловался на промедление. Карл сердито огрызнулся. Мол, он за чертовых тридцать секунд поменял машины и еще надо посмотреть, успел бы Кот так спроворить, а тот спросил, знает ли Карл, как далеко может улететь вампир за тридцать секунд?

– Ну и как же? – фыркнул тот.

– Джоплин, никто не знает, потому что на пути так много океанов!

Забавно, право слово, но никто не рассмеялся, потому что всем снова предстояло идти внутрь и сделать то же самое еще два раза, а осталось всего полтора часа…

И никто не верил в то, что оно сработает.

Джек знал это, видел в лицах, но ему было наплевать, потому что другого выбора нет!

– Так что – рок-н-ролл! – гаркнул он и повел Команду внутрь, к пыльному свету фонарей и сухой прохладе кондиционированного воздуха. Как ни странно, кондиционеры все еще оставались включенными и работали. Когда остальные заняли свои места, Джек подошел к лифту.

По стенам и потолку – свиная кровь и битое стекло, на полу большая лужа крови. А заменить приманку нечем. Крови больше нет. И аквариума нет. Но, судя по голодной ярости той твари, завлечь может хватить и лужи.

А может, и нет.

Он закурил. Ну, если поразмыслить спокойно, какая разница?

– Так или иначе, мы все умрем, – пробормотал он и спохватился.

Что, и в самом деле сказал такое вслух? В самом деле? Вот же дерьмо.

Он посмотрел на остальных – Кота, карабкающегося на лифт, священника с арбалетом, помощника с игрушечной пикой, стрелка с его мрачными мыслями и мрачным мастерством – и подумал:

«А какого черта мы вообще это делаем? Это же чистое безумие!»

И от этой мысли он испугался больше всего, потому что никогда раньше, при стольких истребленных монстрах и погибших друзьях, он не думал о таком. Он подумал, что слабеет, но тут другая часть его «я» твердо шагнула вперед и спокойно прошептала о том, что достать можно кого угодно. На мгновение желание все бросить и убежать усилилось так, что Джек готов был заплакать.

Но не заплакал.

Но и понятие о том, как работать дальше, не пришло. Он всего лишь постоял несколько секунд, удостоверился в том, что по щекам не текут слезы, и заставил себя двигаться, изображать уверенность перед глазами своих людей и ощущать себя притом фальшивкой и мошенником, потому что они не станут проделывать все это снова, если не будут верить в дело и его, Джека…

Хм, а вправду, станут или нет?

– Рок-н-ролл! – сердито пробормотал он, потому что сомнения – дерьмо и слабость, и наплевать на них, потому что попытаться все равно нужно, потому что…

Потому что рок-н-ролл, черт возьми!

Он осмотрелся, удостоверился в том, что все и всё на местах и готово к работе, и приступил.

На экранах следящих за тюрьмой камер не было видно никакого призрачного струения, никакого движения, что значило, конечно, лишь что монстры там, под ними, не шевелились, так что Джек щелкнул тумблером и послал лифт вниз. Вот вам и повод подвигаться.

Лифт заскрежетал, застонал – но кабина все же двинулась вниз. Без дверей все увидели, как она ползет, скрывается за полом, увидели тросы и провода наверху, увидели, как она застряла в шести дюймах от пола, издав жуткий звук мнущегося, раздираемого металла.

Джек выругался сквозь зубы и щелкнул тумблером. Кабина будто захотела показать, что хочет идти дальше, задрожала, но не продвинулась. Джек вздохнул и отключил лифт.

– Хотите, я позову Карла, – предложил Адам.

– Не знаю. Подожди-ка секунду, – оторвав взгляд от экрана, заметил Джек.

– Я думаю, он просто за что-то зацепился, – предложил Кот из своего гнезда наверху шахты лифта.

– Ладно, – согласился Джек. – Всем быть начеку!

Не выпуская арбалета из рук, он обошел мониторы, в свободную руку взял фонарь и отправился смотреть. Шнур от фонаря шурша вился следом.

Ему навстречу спрыгнул Кот и указал на угол шахты.

– Похоже, вон там что-то заклинивает.

Джек кивнул, опустил арбалет и закурил.

– Да он никогда толком не работал, – заметил из-за спины помощник.

Джек обернулся и увидел, что все, даже Феликс, столпились у него за спиной. Это что, моментальный кризис дисциплины? Или мы боимся оставаться одни?

Но он молчал и только тянул сигарету. Хм, всё вокруг будто кричит: не надо этого делать, уходите!

Мать его. К черту!

– Ладно, подержи-ка, – сказал он Коту и вручил фонарь.

– И что ты собираешься делать? – взяв фонарь, хмуро осведомился Кот.

– Сдвину с места этого сукиного сына, – проворчал Джек и ступил к шахте.

Он хотел спрыгнуть на крышу, на указанный Котом угол, затем скакать, пока не сдвинется кабина, а потом вернуться к сооруженному Карлом пульту и попробовать еще раз.

С тем Джек и в самом деле спрыгнул на крышу, уцепился сперва за край двери, затем за стены шахты. Конструкция скрежетала и стонала под ногами и вроде немного подалась. Он подумал о том, чтобы выскочить, когда кабина провалится вниз, но, похоже, дальше она не собиралась, и Джек решил остаться на месте. Но он быстро осмотрелся по сторонам, чтобы в случае чего ухватиться. Его взгляд упал на прорезанную в крыше дыру, сделанную, чтобы Кот мог бросать свои шарики с бензином, и Джек вдруг заметил на полу кабины новую дырку, которой уж точно не было пять минут назад.