Миссия Девы - Сергей Пономаренко

По продиктованному адресу оказалось большое казино, каких много в городе. Она даже не обратила внимания на его название. В зале на восемь бильярдных столов Павла не оказалось. Тогда Ирина прошлась по всем его залам, наблюдая за игрой в покер, рулетку, и даже заглянула в зал «одноруких бандитов», переливающихся разноцветными огнями, — но нигде Павла не нашла. И тут вспомнила, что он посоветовал ей обратиться к охране, и уже через пару минут оказалась в ярко освещенном просторном подвальном помещении, где находился всего один бильярдный стол. Ее сразу усадили на один из диванчиков, стоявших вдоль стены, на которых расположились с десяток зрителей. Перед ними были маленькие столики, на которых стояли высокие фужеры с шампанским, низкие, сужающиеся кверху бокалы с коньяком, массивные стаканы с виски.

— Что желаете выпить? Что-нибудь покрепче или вино, коктейль? — Перед ней склонился официант с сильно набриолиненными волосами. Спрашивал он полушепотом, чтобы не помешать игрокам, которые, отрешившись от всего, священнодействовали около стола.

— Чтобы не попасть впросак, я предпочитаю вначале ознакомиться с ценами, а лишь затем…

— Павел предупредил, что ваш заказ следует внести в его счет. Можете не стесняться — он вчера очень хорошо «поднялся».

— Это как — хорошо? — заинтересовалась Ира.

Официант молча поднял глаза к потолку и вновь спросил:

— Так что пожелаете?

— Мартини… 200 грамм! Бьянко.

— Бутербродик с черной икоркой не помешает?

— Не помешает, но лучше два бутербродика. Я когда волнуюсь, очень хочу есть.

— Располагайтесь, я сейчас принесу заказ. Такие мастерские партии играют здесь не часто: раз в месяц, а то и реже.

Партнером Павла был худощавый седоватый мужчина лет пятидесяти, кавказской наружности, но, несмотря на явную принадлежность к горячему, импульсивному народу, показывал чудеса спокойствия. Проиграв подряд две партии, он не запаниковал, а сосредоточился и вскоре сравнял счет. Когда Ира доедала третий бутерброд с черной икрой, запивая его новой порцией мартини, Павел выиграл три партии из семи запланированных, а его противник только две. Павел явно выигрывал четвертую партию — в этом ни у кого сомнений не было, и это означало досрочное окончание матча. Когда он собирался произвести решающий удар, не особенно сложный — надо было по касательной загнать «чужака» в лузу, — Ирка подавилась, закашлялась до слез, пытаясь освободить дыхательные пути, и стала толкать локтем сидящего рядом полного пожилого мужчину в дорогом костюме.

— Тумбо-юмбо! — прохрипела она, пытаясь знаками показать, чтобы тот хлопнул ее по спине, но вместо этого сбросила со стола фужер с остатками мартини, и он разбился.

Мужчина неожиданно закричал фальцетом:

— Официант!

Павел на мгновение скосил глаза в их сторону и, нанеся удар, сразу понял, что неправильно рассчитал его силу. «Чужак», ударившись о край лузы, медленно откатился в сторону.

«Это конец!» — пронеслось у него в голове, и он почувствовал, как обмякли ноги. «Кавказец» не упустил шанс и выиграл партию. Следующую партию начинал он и провел ее блестяще, не оставив надежды Павлу. Четыре — три: матч закончился победой кавказца, и сразу все вокруг изменилось: все начали говорить, вспоминать наиболее удачные удары, официант бегал как заводной, разливая всем напитки, но при этом не замечал Ирину. Она поняла — случилось что-то ужасное. Павел уже стоял не возле стола, а, бледный и напряженный, о чем-то беседовал с тремя кавказцами, возникшими словно из-под земли. Его противник не обращал на него внимания, он пил шампанское в кругу восторженных болельщиков. Павел что-то написал на бумаге, подойдя к бильярдному столу, и направился к Ире.

— Много проиграл? — спросила девушка.

Павел лишь вздохнул и пошел к выходу, Ира последовала за ним.

— Извини, удачи я тебе не принесла, — нарушила молчание девушка, когда они устроились в автомобиле. Она вспомнила о черной икре и мартини и добавила: — Только ввергла в дополнительные расходы. Чего ты молчишь? Плюнь и разотри это поражение. Сегодня проиграл, а завтра выиграешь! Знаешь, у меня такое сегодня было… — И она рассказала о потопе. В заключение оптимистично добавила: — Ну и что такого? Со временем все перемелется, забудется, а вот нервные клетки не восстановятся.

— Я проиграл все — деньги, этот автомобиль и все равно остался должен.

— Ну и насрать! Извини, что так грубо, но в некоторых случаях крепкие словечки просто необходимы. Со временем рассчитаешься… Они что, на «счетчик» поставили?

— Нет, но если по истечении двух дней я не погашу задолженность, то обязан буду продать почку. Бумаги я уже подписал.

— Ты что — дурной? Думаешь, у тебя вырастет новая?

— Проехали… Куда тебя отвезти? Извини, но сегодня мне надо побыть одному.

— Это… жесть! В милицию можно обратиться, на худой конец.

— Ты сама понимаешь, что говоришь глупости. Обращусь в милицию — мне конец. И неважно, как это произойдет: распотрошат мое тело или меня закопают живьем.

— Какой же выход? Как я понимаю, деньги ты вряд ли достанешь?

— Я скроюсь… Выжду время — может, мне удастся сорвать куш, и тогда я рассчитаюсь с долгом. Ведь я сегодня был так близок к победе…