Тварь внутри тебя - Брайан Ламли

Поднялся ветер.

Пока Шайтис и Аркис, по прозвищу Мордоворот, сидели в пещере, которую Вольш и Фесс вырезали в брюхе Шайтисова летуна, и высасывали едва пульсирующую жидкость из теперь уже бесчувственного зверя, летящие по небу темные тучи скрыли блеск звезд. Налетел короткий буран, и на сверкающий лед легло тонкое пушистое снежное одеяло.

Когда улегся ветер, полусъеденный зверь был уже мертв, артерии и вены смерзлись.

— Горячей еды больше не будет, — заметил Шайтис и высунул голову наружу, чтобы оглядеться. Он посмотрел на цепочку вулканов. Глянул на них еще раз. Потом озабоченно нахмурился. — Аркис, что ты скажешь об этом?

Аркис выпрямился, сыто рыгнул, посмотрел туда, куда показал Шайтис.

— Что? Это? Похоже на вихрь или смерч — наверное, след прошедшего бурана. А с чего это ты увлекся природой, Шайтис?

— Ничего увлекательного я в ней не нахожу. Пока все нормально, во всяком случае. А вот когда я вижу такие ненормальные штуки, тогда очень увлекаюсь. Особенно здесь, в этих краях.

— А что тут ненормального?

— Такого в природе не бывает. Тут без Вамфири не обошлось.

Он продолжал наблюдать заинтересовавшее явление. Крутящийся снежный вихрь свился в приземистый цилиндр высотой двадцать футов и такого же диаметра. Похоже, что-то шевелилось внутри него, как жгутик зародыша в сыром яйце, и все это сооружение двигалось прямо к ним. Оно выплевывало струи снега, которые опадали вниз, не уменьшая основной массы.

Шайтис кивнул; он понял, что это такое.

— Фесс Ференц, — мрачно шепнул он.

— Как Фесс? — Аркис уставился на эту штуку, ее отделяло от них не более ста ярдов снежной равнины. Она замедлила скорость и понемногу начала истончаться. — При чем тут Фесс?

— Это туман вампира, — ответил Шайтис, натягивая боевую рукавицу. — На Темной стороне он бы клубился, вился вокруг него, полз следом. Здесь он смерзается в снег! От Фесса всегда шло много тумана, у него большая масса. Я видел, как однажды на охоте его шлейф окутал целый склон холма.

Они потянулись осязанием к странной туче, прикованной к земле. Да, внутри нее есть нечто живое. Ференц? Это, несомненно, он, только измученный до предела. У него не оставалось сил, чтобы скрыться от них.

— Охо-хо! — завопил Аркис. — Он от нас не уйдет!

— Погоди, надо понять, что с ним случилось, — возразил Шайтис.

— Тут и понимать нечего, разве не ясно? Наверняка он расковырял этот гнойный нарост, вонючку Вольша, ну и сам, конечно, выдохся в битве. Он попался к нам в лапы, и мои лапы не станут церемониться.

В двадцати шагах от них туча притормозила и опала наземь. Перед ними стоял обнаженный Ференц. Не в том смысле, что лишился своего снежного одеяния. Он в самом деле был голый. Аркис глядел на него очумело, а Шайтис воскликнул:

— Что, Фесс, удача порой изменяет, а?

— Похоже на то, — пробасил тот в ответ, и гулкое эхо разнеслось по равнине. Но в голосе его была дрожь, он продрог до костей. Под мышкой у Фесса был сверток с его одеждой. Непонятно. Что-то за этим крылось, и Шайтис должен был узнать, что.

Аркис заметил любопытство Шайтиса.

— Меня это не волнует, — проворчал он. — Я сказал тебе, его надо убить.

— Ты слишком много говоришь, — прошипел Шайтис. — Ты только и думаешь, чем сегодня набить брюхо, а что будет завтра? Я собираюсь прожить как можно дольше и должен все выяснить. Так что уймись, или мы больше не партнеры.

— Вы решили меня прикончить? — Ференц выпрямился и посмотрел на Шайтиса. — Ну что ж, давайте, только не будем тянуть, а то я превращусь в кусок льда.

И он пригнулся, бросив сверток с одеждой. Когти на его лапищах были острые, как бритвы.

— Похоже, перевес на моей стороне. Надо бы сравнять счет, ты тогда изрядно отделал меня. — Фесс ничего не ответил. — Но все же, — продолжал Шайтис, — мы могли бы договориться. Как видишь, у нас с Аркисом теперь команда. Вместе легче уцелеть. Тем не менее, двое против Ледников — это маловато. У троих шансов побольше.

— Очередной фокус? — Ференц не верил своим ушам. На месте Шайтиса он бы убил не задумываясь.

— Никаких фокусов. — Шайтис покачал головой. — Ты не хуже Мордоворота успел узнать эти места. Кровь — это жизнь, и знание — тоже. Я всегда был в этом убежден. Драться друг с другом значит всем погибнуть. А вместе, объединив наши знания и силы, мы имеем шанс уцелеть.

— Продолжай, — сказал Фесс окончательно продрогшим голосом.

— Это все, — пожал плечами Шайтис. — Тебе надо согреться и набить брюхо, а потом расскажешь, почему ты очутился на этом морозе голый, как младенец, и весь в мерзлом тумане. Да, и о том, что случилось с этим мерзким Вольшом, твоим бывшим напарником.

У Ференца не было выбора. Убежать и думать было нечего — они были сыты и легко догнали бы его. Стоять и дальше на морозе значит замерзнуть. Они растопят и съедят его. Оставалось идти вперед и все рассказать. Возможно, с Шайтисом удастся поладить. А вот Аркис — вопрос особый.

Он подошел к телу летуна и, опустившись на колени у разодранного брюха, схватил зубами обрывок артерии. Кровь не шла — или ее всю высосали, или она замерзла ближе к поверхности туши. Тогда Фесс стал рвать мерзлую плоть зубами и торопливо глотать. Лучше это, чем ничего. С набитым ртом он пробурчал:

— Лучше уж было остаться на Темной стороне. По крайней мере, не мучились бы зря — Обитатель быстро покончил бы с нами.

— Все ищешь виноватого? — Шайтис стоял рядом, глядя, как он восстанавливает силы. Аркис присел неподалеку, мрачный, как всегда.

— Мы все виноваты, — с горечью ответил Ференц. — Уж больно мы были самонадеянны, вот и вляпались, как слепцы в болото. Как дураки — думали, что идем убивать, а это было самоубийство. Да, это был твой план, но все с радостью за него ухватились.

Он поднялся с колен и подошел к одежде, лежавшей на льду, развернул ее и стал тщательно счищать снегом грязь. Этого у гиганта было не отнять — он все делал добросовестно. Потом вернулся к туше и разложил одежду на ней — то ли просушить, то ли выморозить.

— Что, какая-нибудь зараза? — удивился Шайтис.

— Вроде того. — Он сморщил и без того кривой хоботок носа. — Эта слизь была когда-то Вольшом! — Он снова набил рот мерзлым мясом и продолжал рассказывать. — Мы с Вольшом заметили, что над центральным вулканом курится дымок. Приглядевшись, увидели, что там на склоне есть большая пещера и в ней что-то такое происходит. Мы рассудили: если там в кратере есть огонь, тепло, нет ничего странного, что там кто-то обосновался. Но кто? Люди? Или, может, изгнанные Вамфири? Мы решили пойти туда, чтобы узнать все. Конечно, мы провели сначала телепатическое обследование, но тот, или то, что обитало в вулкане, держало свои мысли на запоре.

Он оказался дальше, чем мы думали: миль пять до подножья горы, потом еще две мили по склону к вершине. Ближе к кратеру, где скалы становятся обрывистыми, мы и нашли эту пещеру. Из нее-то и шли эти странные посверкивания, которые мы видели издали: словно какие-то зеркала отражают свет звезд. Здешние жители, решили мы. Снежные тролли или что-то в этом роде. В любом случае — мясо.