Остров Веры - Эдуард Сребницкий

– Да-да, – раздался из-за двери знакомый голос.

«Как же я невнимателен к Тае», – входя, укоризненно подумал Алекс.

Тая сидела в обшитом тканью старом кресле, поджав под себя ноги, с потрёпанным томиком в руках. Её комната единственная из всех помещений лесной лаборатории обладала признаками домашнего уюта, напрочь отсутствующего в пустой спальне Алекса, или спартанском полу-кабинете Сургона. Здесь кроме кровати и кресла, в котором сидела сейчас Тая, имелся и шифоньер, и комод с потёртой крышкой, и тройное зеркало на комоде, и столик, на котором стояла чайная чашка, и этажерка с расставленными на полках минералами. Из очень простой стеклянной вазы выглядывали несколько засушенных растений. На стене висела фотография с изображением мужчины, женщины и Таи – в очень юном, почти детском возрасте.

Алекс, намеревавшийся поговорить с Таей, как только её отыщет, медлил, увлечённый осмотром комнаты и разглядыванием фотографии на стене.

– Это я с родителями, – сказала Тая.

– Они были исседонами? – повернулся к ней Алекс.

Тая не стала отводить глаз.

– Да, – произнесла она. – Для тебя это имеет значение?

– Никакого! Три дня назад я и не знал о их существовании… О вашем существовании… Я хотел сказать, что не знал о существовании вашего народа.

– О нашем существовании никто не знает. – Тая убрала книгу на столик, распрямила ноги и сложила ладони на коленях. – Так для нас безопасней.

– Я понимаю, у вас своя жизнь, от всех закрытая.

Они помолчали.

– Но Сургон сказал, что по крови ты тоже частично принадлежишь к нам, – тихо произнесла Тая.

– Оказывается, мой дед Борис был исседоном, – подтвердил Алекс, – хотя и порвал с общиной.

– Такое случается.

– Вы сами в этом виноваты, ваши строгие законы.

– Этим законам не одна тысяча лет.

– И ты им следуешь?

– Следую. Потому что я исседонка.

– Я как раз хотел поговорить об этом… Извини, что спрашиваю, но мне это очень важно. – Алекс не знал, как правильней сформулировать вопрос. – Ты в первую очередь исседонка или в первую очередь женщина, девушка?

Алекс увидел, что ответить на его вопрос Тае не так-то просто.

– Я сама часто думаю об этом, – призналась она. – И не знаю. Я женщина, принадлежащая к народу исседонов.

– Тогда я спрошу конкретней.

Алекс приблизился к Тае. Чтобы оказаться вровень с её глазами, он опустился перед ней, взявшись за подлокотники кресла.

– Скажи, если бы ты решила связать свою жизнь с другим человеком, с человеком совсем из другого мира, таким как я, например… Ты бы послушалась законов своего народа и мнения общины или… ушла с таким человеком?

Алекс пристально смотрел на Таю. Она же глядела на него испуганно, залившись краской до кончиков ушей.

– Как это, например? – произнесла Тая. – Такие вещи не говорят «например».

– Я хочу, – сказал Алекс, – чтобы ты была моей женой. Я люблю тебя. Я хочу, чтобы мы всегда были вместе. Можешь ли ты, бросив всё, уехать со мной в Соединённые Штаты?

Тёмные глаза Таи стали влажными, а щёки чуть дрогнули. Грудь её вздымалась от глубокого и частого дыхания.

– Я не готова ответить тебе прямо сейчас, – проговорила наконец Тая. – Для меня всё это очень сложно. Но если бы я решила связать свою жизнь с таким человеком… с тобой… то предпочла бы тебя, а не мнение общины.

– Спасибо, – произнёс тронутый Алекс.

Поднявшись, он твёрдым шагом направился к Сургону.

– Я пройду обряд посвящения, – сказал Алекс, входя.