Чистые души - Рина Эм

Карина засмеялась:

— Ты такой милый… такой смешной! Конечно поедем!

Он забрал её на машине. Карина куталась в теплый шарф, намотанный поверх куртки. Мелкие снежинки, успевшие упасть ей на воротник, на шарф и на волосы, искрились крошечными звездочками, когда она села в машину и улыбнулась ему.

— Поедем?

— Карина!

Она повернулась:

— Да? Что случилось? Ты какой-то… странный. Все хорошо?

— Все хорошо. Просто посмотри мне в глаза.

Она грустно усмехнулась:

— Ну точно случилось что-то!

Он взял её за подбородок и повернул так, что их глаза оказались друг против друга. В ее зеленовато карих плавали крохотные точки. Он будто провалился в них, утонул весь с головой. Карина протянула руку и погладила его по голове:

— Все будет хорошо. Слышишь? Все будет хорошо, Семен.

Он вынырнул на поверхность, кивнул, взялся за руль:

— Куда едем? В ГУМ?

— Там же все дорого, — удивленно округлила глаза она.

— Главное, чтобы были красивые вещи. Все остальное вовсе не проблема.

Она счастливо улыбнулась:

— Тогда в ГУМ. Но ты оставишь там очень внушительную сумму, обещаю!

Гладкие стены и полы, лампы, сияющие мягким светом, вечнозеленые растения в кадках, и кругом люди, много людей, музыка, предвкушение, радость. Семен ощутил это разом, как только за ними закрылись стеклянные двери, отрезая от заснеженной улицы. Здесь, в торговом центре будто была своя, особая реальность. Без забот и грусти, без тоски. Все потом, сейчас только удовольствие от новых вещей и никаких мыслей.

Карина повела его на второй этаж и там принялась порхать от магазина к магазину. Ему было весело смотреть как она меряет первое платье и второе и даже третье. Но потом она перепорхнула в следующий магазин и тут тоже принялась за примерку. Продавщица как заведенная носила к ней в кабинку вещи.

Может быть она ищет что-то дешевле? Она же беспокоилась о деньгах. Или ищет редкое сочетание цвета? Он не мог понять почему она меряет так много вещей, довольно похожих друг на друга. Платье и есть платье, какая разница, какого оно цвета и покроя? Если обладаешь хорошей фигурой, как у Карины, любое будет украшать.

Сто лет назад женщины скрывали недостатки корсетами и пышными юбками, теперь одежда стала откровенней и кажется, пропал смысл выбирать, бери любое!

Он вышел из магазинчика и встал у перил размышляя об этом. Внизу бурлил каток, вокруг елки, установленной прямо на льду кружили пары.

— Твоя платье ищет? Моя хочет брюки и кофточку и чтоб празднично было. Вот и ищем, бродим.

Он обернулся. Рядом стоял парень лет тридцати, рослый, уверенный в себе, немного усталый.

— Моя тоже там окопалась, — он кивнул головой назад, в сторону магазина. — Я тебя заметил еще около примерочных, они обе как не в себя меряют барахло.

— А, — кивнул Семен. — Интересно, зачем столько мерить? Неужели так трудно выбрать вещь?

— Они бы весь день тут торчали, дай им волю! Все бы перемерили и с собой унесли, чтоб каждый день менять.

— Но ведь это… — Семен покатал во рту слово. — Тщеславие!

— Еще какое! — подтвердил парень. — Тщеславие, не то слово! У тебя тоже в голову мысли разные лезут в этих магазинах? Я вообще не в себе. Третий час бродим! Уже мозги кипят.

— Третий час твоя девушка меряет платья?

— Ага. А договаривались, что в этот раз быстро. Мы спешим просто, а то я бы с ней не поехал ни за что. Достала в прошлый раз еще. Тогда весь день по магазинам мотались.

Семен прищурил глаза, обдумывая услышанное.

— Нам через два часа надо быть в гостях, так что скоро закончим. А вот если б никуда не надо, то она бы и весь день тут бродила б и я за ней, как осел на веревочке.

— Но ты ведь с ней вместе. Значит тебе всё это… — начал было Семен, но тут раздалось недовольное:

— Ваня!

Семен обернулся. У входа в магазин застыла девушка. Лицо у нее было раздраженное, не красивое. Парень, с которым они говорили, вздрогнул:

— А?!

— Я тебя зову, кричу! Ты что не идешь?! Мне нужно твое мнение!

Развернувшись, она скрылась в недрах магазина. Парень пожал плечами, усмехнулся:

— Вот так и живем, брат! А куда деваться? Ну давай, удачи!

Карина вышла через несколько минут и с пустыми руками.

— Ты тут? Я тебя потеряла. Идем, посмотрим дальше?

— Разве тебе не нравится то, что ты мерила?

Она пожала плечами:

— Нравится…

— Тогда зачем смотреть что-то еще?

По ее лицу он понял, что говорит что-то не то.

— Не обижайся, это не упрек, я правда не понимаю.

Карина ответила:

— Понимаешь… дело в том, что я хочу выбрать самое лучшее! Идеальное! Чтобы быть красивой и чувствовать себя лучше всех! Для этого нужно много пройти и много примерить.

— Ты ищешь волшебное платье? — усмехнулся он.

— Да. Волшебное. Чудесное. Единственное!

— Но его может тут не оказаться, — пожал он плечами.

Карина вздохнула:

— И все же я хочу проверить. Вдруг оно спряталось в одном из шкафов?

Когда они были уже на пороге следующего магазина, она спросила:

— Ты очень устал со мной?

Семен сказал, подумав:

— Послушай, я не знаю, как должно выглядеть идеальное платье, но вот мой совет: ты можешь выбрать парочку не идеальных платьев и примерить их дома еще раз. Вдруг одно из них окажется тем, что нужно?

— Парочку платьев? Взять домой? — остановилась она.

— Ну, или больше. Может быть нужно больше? Десять? Сто? Сколько нужно?

— Не знаю… сто платьев… лучше скажи, какую сумму я могу потратить, прежде, чем ты начнешь сердиться?

— Не представляю, после какой цифры я могу начать сердиться. Это всего лишь деньги.

— Как… моя годовая зарплата? Или больше?

Он усмехается.

— Больше? Господи… насколько больше?

Семен развел руками:

— Я же говорил, нет пределов.

Карина шагнула ближе:

— Нет, правда, скажи, Семен! Я же должна знать! Ну честно, скажи хоть сколько нолей!

— Карина, — купаясь в ее взгляде усмехнулся он, — ты можешь выкупить каждый магазин вместе со всем его содержимым и стенами, если хочешь. Пределов нет. Никаких. Не волнуйся о деньгах, получи удовольствие, ладно?

Она сглотнула, будто была очень голодна и теперь ощутила запах еды.

— Ты… серьезно?

— Серьезней некуда. Иди. Я погуляю тут, поблизости. Вот карта. Трать.

— Семен! Спасибо! — она сжала его щеки руками и расцеловала, потом подпрыгнула, выдернула карту из рук и убежала, крутясь и посылая ему воздушные поцелуи. Он усмехнулся, провожая её взглядом.

Семен остался один на втором этаже у перил. Внизу, на