Усмешка тьмы - Рэмси Кемпбелл

Едва заслышав голоса снаружи, я выхожу из Сети и выключаю компьютер. Слизываю крошки сырного крекера с пальца, закидываю тарелку и нож в раковину, и тут Уоррен говорит – громко и отчетливо:

– Мы не будем заходить.

– Может, просто попрощаемся с Саймоном, – добавляет Биб.

Марк идет по коридору первым.

– Нужно было пойти с нами, – говорит он мне. – Торт был классный. И Сэндвич-Смешнявка – тоже.

Приглашение Уоррена, переданное задним числом – и ты, конечно же, тоже можешь прийти, Саймон, — было столь очевидным, что я притворился, что у меня запланировано больше дел, чем было на самом деле. Уже само невнятное название ресторана – «Семейный Стол, Семейные Забавы» – выглядело нездоровой издевкой.

– Мне нужно готовиться, – напоминаю я Марку. – Собрать чемоданы и все такое.

Следом за ним наконец-то вошел Уоррен.

– Не возражаешь, что мы не берем тебя с собой? – скорее информирует, чем спрашивает он. – Слишком рано вставать, чтобы подвезти тебя в аэропорт.

– Я понимаю.

– Вот и хорошо. Ни пуха тебе ни пера.

Он повернулся ко мне спиной, видимо, так и не уловив иронии. Их дом в Виндзоре как минимум на час езды ближе к аэропорту.

Биб кладет веснушчатую руку мне на плечо, незаметно подкрадываясь сзади:

– Так кто этот человек, которого ты собираешься навестить, Саймон?

– Вилли Харт. Он режиссер.

– И что он снимает?

– Я уже говорила тебе, – берет огонь на себя Натали. – Эротические фильмы.

– Думаю, ты могла бы выразиться менее прямо, – Биб косится на Марка. – И ты, Саймон, останешься у этого человека дома.

– Да, буду копаться в фильмах его деда.

– Надеюсь, фильмы не того же жанра.

– Он снимал немые комедии. С тем актером, про которого я пишу.

Уоррен растягивает рот в кривой улыбке:

– Ты о том парне, чье лицо нам показывали за ужином?

– Марк разыгрывал сценки, – поясняет Натали.

– Даже после того, как его попросили прекратить, – вворачивает Биб.

– Ты сказала, что выходит забавно! – возмутился Марк. – Вы с дедушкой смеялись.

– Первые пару раз – возможно, – говорит Уоррен.

– Ладно, пусть этим занимается его мать. Похоже, кому-то пора в постель, – говорит Биб и явно жалеет, что не может сейчас выразиться резче и конкретнее.

Она обнимает и целует Натали и Марка и чмокает губами в воздухе в нескольких сантиметрах от моей левой щеки. Обняв дочь и внука, Уоррен наградил меня вялым рукопожатием.

Когда Хэллораны оказались на лестнице, Натали закрыла за ними дверь и сказала:

– Пожелай Саймону спокойной ночи, Марк.

– Я просто хочу показать ему кое-что.

– Давай не будем спорить. С меня хватит и того, что было за ужином.

Он обращает умоляющий взгляд на меня.

– Это для его книги.

– Можно его ненадолго? – спрашиваю я Натали. – Потом мы все ляжем спать.

Она пожимает плечами и машет рукой, но ее лицо вдруг ожесточается. Марк бежит к моему столу и включает компьютер.

– Ты знаешь, что Табби раньше называл себя Теккереем Лэйном, – говорит он, – но, бьюсь об заклад, ты не знаешь, кем он был.

– Комедиантом?

– До того, как стал смешить людей, – говорит Марк с еще большим энтузиазмом.

– Ну давай, просвети меня.

– Профессором!

Он, кажется, так рад своей находке, что я чувствую себя законченным невежей, когда говорю ему:

– Спасибо за старание, Марк, но, боюсь, это ложный след. Я сделал ту же ошибку, когда искал информацию про него.

– Но это Табби! Таким он был раньше. Это он, говорю тебе!

– Профессор средневековой истории в Манчестерском университете, да?

Марк сникает, но упрямое выражение не сходит с его лица.

– Я очень благодарен за все, что ты делаешь, – заверяю его я, – и, можешь поверить, я впечатлен. Но этот человек – кто-то другой, просто с таким же именем.

– Нет же! – Марк хватает клавиатуру и поднимает – как будто грозит выбросить ее в окно или разбить монитор. – Давай я покажу тебе! – почти стонет он.

– Марк, завязывай, – явно раздражается Натали. – Мы сыты по горло. Извинись и иди в кровать.

– Может, взглянем на доказательства? – робко предлагаю я. – Справедливости ради.

Натали отвечает молчанием – которое, я надеюсь, знак согласия, а не упрек.

– Будь хорошим парнем, Марк, и закрой глаза, – говорю я, вводя пароль «Фрагонета». – Ну, теперь показывай, что раскопал.