Теневик - Дэниел Хорн

Спустя час Майкл нарезал круги на подъездной дороге к дому Гармета. Звук сирены вырвался, будто из червоточины, как та самая дверь в сарае. И через минуту он увидел три полицейские машины и один фургон команды экспертов.

Рэмси, выйдя из автомобиля, сразу направился к Майклу. Руку он протягивать не стал.

– Ну, ты умеешь выбирать людей для профессионального роста.

– Не знаю, как тебе, а я юморить сейчас не настроен! – последние слова Майкл почти прокричал.

– Успокойся. – Рэмси положил руку на плечо Майклу. – Врача позвать?

– Все нормально.

– Что ты нашел?

Майкл едва сдерживал давящий страх. Он не замечал, что пальцы на руках подрагивают.

– На втором этаже, в спальне… – Он указал пальцем на второй этаж, – там предсмертная записка. Минимум психологический анализ. Текст странный. – Он повернулся к сараю и нервно сглотнул, сдержав тем самым рвотный позыв. – А там труп. Я думаю, это Роберт.

Майкл резко отвернулся от Абрамса и выпустил из себя все оставшееся содержимое желудка. Рэмси встал рядом и положил руку ему на спину.

– Майки, я за врачом.

Майкл, оставаясь в положении человека, рассматривающего муравьев в траве, отрицательно помахал головой.

Рэмси слабо постучал его по спине.

– Хорошо, подожди меня, я сейчас.

Майкл собрал в кулак все свое терпение и силы и разогнулся. Он посмотрел вслед удаляющемуся начальнику полиции. Его тут же окружила команда из семи человек. Начальник наградил каждого указующим перстом и отправил в разные направления. Рядом с Рэмси остался стоять только коронер.

Когда полицейские разошлись, Рэмси и коронер направились к людям в белых халатах. Начальник полиции показал на дом и сарай, параллельно разъясняя, что и где можно найти. Получив приказ, двое направились в дом, трое вместе с коронером к сараю. У главы колонны мальчиков в белых халатах в руке был чемодан, судя по тому, как эксперт его волочил – тяжеленный.

Майкл медленно подошел к Рэмси, тот же в свою очередь облокотился на фургон и закурил.

– Ты по телефону такую чушь нес и смешок твой нервный. Давно трупов не видел?

Майкл повторил позу Рэмси и тоже облокотился на фургон.

– Ты еще сам не видел труп, так что не оценивай мое состояние.

– Ты сказал – предсмертная записка. Значит, пуля в лоб или бритва, или еще какое-либо изыскание.

– Дом чист. – Майкл сам не верил своим словам. Он видел больной дом и трупы в необычном сарае.

«Куда вел этот проход? Что бы было со мной, если бы я туда зашел?» – подумал Майкл, но он хотел поскорее отпустить эту мысль.

– На столе была записка. Я звал его, орал так, что соседи должны были сбежаться. Но, как видишь, никого!

– Вижу.

– Записка определенно даст тебе пинок по карьерной лестнице далеко вперед. Содерж…

– Что еще за пинок такой?

– Скажем так, весь город в нем ошибался. Думаю, после анализа почерка авторство письма будет подтверждено.

– Ничего не понял, но продолжай.

– В сарае лежит Гармет в желе из трупов и костей птиц. Может, и не только птиц. Я предполагаю, что он умер в сарае, и они его жрали.

Рэмси закашлялся.

– Что ты такое несешь? Кого сожрали?

– Гармета! А-а-а, неужели так трудно понять? – Майкл стукнул по фургону и пошел к сараю. – Идем, шеф, увидишь, о чем я говорю.

Рэмси выкинул сигарету и отправился следом за Майклом к загадочному сараю.

Адвокат, заново оказавшись на территории трупного зловония, остановился и сделал несколько шагов назад. Живот еще не успело скрутить, и рисковать спокойным желудком Майкл не хотел.

Гармет поравнялся с Майклом, но останавливаться не стал.

– Я сам посмотрю. Иди к машине.

Майкл стоял на месте и смотрел, как Рэмси зажимает нос. Подойдя к медикам, он что-то сказал, и ему протянули маску. Затем подошел ко входу в сарай и застыл. Юрист надеялся, что шеф полиции испытывает не меньше неприятных чувств, чем он сам.

«Ничего страшного, Рэмси. Вы все посмотрели, и с вас хватит, а теперь надо прогнать отсюда адвокатишку, чтобы он не видел твоего позора!»

– Что скажешь? – Майкл знал, что ничего путного не услышит.

– Коронер сказал, что его смущает состояние костей, но больше информации можно будет получить только после экспертизы.

Майкл молча кивнул в знак понимания.

– Скверно все сложилось. Я же с ним не раз разговаривал.

– Что, по-твоему, здесь вообще могло произойти? – Майкл верил в то, что это самоубийство. Но что могло повлиять на Гармета и подвести к идее, что пенсию нужно оборвать именно так? Чувство вины? Вдруг проснувшаяся совесть?