Правда или желание - Наталья Тимошенко

— Сгорел сарай — гори и хата, — хмыкнула Лера вместо ответа.

Яна больше ничего не стала спрашивать, но поймала себя на том, что все время думает о сказанном Лерой и это вызывает в ней странные эмоции, которые никак не удавалось распознать в такой поздний час после пары бокалов вина. Если бы перед ней встал такой выбор: недолгий роман или многолетняя дружба — что бы она выбрала? Смогла бы спокойно смотреть, как любимый человек встречается с другими? Ответа у нее не было.

Наконец с травами было покончено, девушки по очереди сходили в душ, пожелали друг другу спокойной ночи и улеглись в постели. Яна погасила настольную лампу, которую Лера ей выделила вместо ночника, если вдруг станет страшно, и уставилась в темное окно, по которому опять барабанил мелкий дождь.

Интересно, неужели Никита на самом деле за столько лет не догадался о чувствах соседки к нему? Ладно бы ее влечение к нему было давно и закончилось через некоторое время, но десять лет! Или же все-таки догадался и тоже решил оставить все как есть? Не испытывает к Лере того, что чувствует к нему она, или тоже боится испортить дружбу непродолжительными отношениями? Но не слишком ли это жестоко: десять лет тесно общаться с девушкой, зная, что она к тебе неравнодушна, и ничего не делать? И ни разу не сорваться, не пойти на поводу пусть не у своих, но у ее чувств. Если это так, то выдержке Никиты можно только позавидовать. Хотя Яна почти не сомневалась в том, что к такой выдержке способности у него есть.

Размышляя подобным образом, Яна незаметно провалилась в сон. Сколько проспала, она не знала, но, по ощущениям, совсем недолго. Когда что-то выдернуло ее из дремы, по стеклу с такой же частотой продолжал стучать дождь, было все так же темно на улице и тихо в квартире.

Яна медленно приподнялась на локте, оглядываясь вокруг и с трудом подавляя в себе желание включить лампу. Если она это сделает, то увидит комнату, но перестанет различать происходящее за окном, зато ее станет прекрасно видно снаружи. Не то чтобы она подозревала, что кто-то, кому нужен свет, способен забраться на седьмой этаж по отвесной стене дома. А тот, кто способен, прекрасно видит ее и в темноте. Но все равно не рискнула. Как минимум для того, чтобы видеть самой.

Сердце от ужаса билось так быстро, что отдавалось болью в висках. Если в ближайшее время она не найдет этот чертов браслет и бабка Эвелины не освободит ее, она свихнется. Потому что нельзя каждую ночь просыпаться от такого ужаса. И куда он только запропастился? Яна перевернула всю комнату, заглянула в каждый уголок, нашла даже потерянную сто лет назад флешку, но браслета и след простыл. Все больше она склонялась к тому, что Олька заходила в комнату, увидела красивую вещицу и прихватила. Она порой брала Янины вещи без спроса. Не крала, вечером возвращала обратно, просто попользовавшись. Вот и браслет могла взять. Но трубку Олька не поднимала, и выяснить это наверняка не удалось.

За окном что-то легонько заскрежетало, и Яна повернулась к нему. Дождь бил прямо в стекло, из-за мелких капель ничего не было видно. Яна осторожно откинула в сторону одеяло, спустила ноги на пол. Стараясь не издавать никаких звуков, подошла к окну чуть со стороны, наивно надеясь, что таким образом спрячется от того, кто за ним. Дождевые капли стекали по стеклу, и в этих следах ей чудились и следы от пальцев.

Прошла долгая томительная минута, но ничего не произошло. Яна медленно приблизилась к окну, приложила к нему ладони и почти уткнулась в стекло носом, пытаясь разглядеть, что происходит снаружи.

— Яна, отойди!

Яна подпрыгнула и отскочила от окна.

— Фу ты, Лера! — выдохнула она, понимая, что это всего лишь Лера вышла из своей комнаты.

— Отойди, — вкрадчиво повторила та, не сводя взгляда с окна, и только тогда Яна тоже это увидела: с обратной стороны окна, там, где она только что стояла, что-то смотрело на них. Длинные черные пальцы касались стекла, страшная морда, лишь отдаленно напоминающая человеческое лицо, была на одном уровне с Яной. Несколько секунд назад их разделяло крошечное расстояние в несколько миллиметров, а Яна ничего не видела.

— Ох! — только и смогла выдохнуть она, изо всех сил стараясь не закричать.

Лера подошла к ней, взяла ее за руку и потянула назад, заставляя сделать шаг по направлению к выходу. Существо за окном оскалилось, обнажило несколько десятков мелких, растущих в несколько рядов, как у акулы, желтых зубов. Вытянуло руки, будто хотело пройти сквозь стекло, но затем оттолкнулось и исчезло в темноте.

Ни Яна, ни Лера не успели облегченно выдохнуть: что-то сильно ударило в стекло снаружи. То зазвенело, затрепетало в раме, как последний осенний листок на ветке, но выдержало, не разбилось. Обе девушки шарахнулись в сторону, едва не упав.

— Ломится, тварь, — прошептала Лера. — Кажется, пора наконец менять окна на пластиковые.

Яна ничего не сказала: от страха свело судорогой голосовые связки. За окном по-прежнему было темно, но вот травы на подоконнике едва заметно пришли в движение, будто кто-то невидимый дул на них. Это продолжалось около десяти бесконечных секунд, а затем по стене от подоконника к двери поползла тень, будто за окном фонарь заслонила толстая ветка дерева.

— Опять! — выдохнула Яна.

— Тихо! — шикнула на нее Лера. — Оно нас просто пугает, оно не войдет.

— Откуда ты знаешь?

— Так ведь травы.

Яна уже не была уверена в том, что они помогут, и не сомневалась, что не верит Лера, просто пытается успокоить ее.

Снаружи что-то снова заскрежетало, но уже не за окном, а чуть сбоку, будто кто-то карабкался по кирпичной стене между окнами Лериных спальни и гостиной. Очень хотелось выглянуть наружу, проверить, там ли черное существо, но ни Яна, ни Лера не рискнули даже подойти к окну. Этот звук еще не стих, когда раздался легкий стук во входную дверь: тук-тук-тук. Обе как по команде повернулись к выходу, но не сделали и шагу.

— Надо проверить, — шепнула Яна.

— Что ты хочешь там увидеть? — удивилась Лера.

— Вдруг это Никита?

— С чего бы ему стучать? Позвонил бы на мобильный.

— Вечером же не звонил. И стучать может, чтобы не разбудить нас, если вдруг спим.

Яна и сама видела несодержательность своих аргументов, но ей до смерти хотелось посмотреть в глазок, будто что-то толкало ее в спину, звало. Если бы не было рядом Леры, она, наверное, и дверь открыла бы, но понимала, что Лера не позволит. Так хоть одним глазком посмотреть…

— Стой здесь! — велела Лера, дернув ее за руку, и только тогда Яна поняла, что уже шла по направлению к выходу.

Она остановилась, а вместо нее к двери подошла Лера, осторожно приблизилась к глазку и выглянула на лестничную площадку.

— Ну что там? — шепотом спросила Яна, выйдя в прихожую вопреки Лериной просьбе.

— Ничего. Пусто.

Стук раздался снова, заставив Леру отпрянуть.