Ночар - Магдалена Козак

Веспер вбежал через большую дверь главного входа в больницу МВДиА. Минуту поколебался. Он помнил приказ Нидора, но… Может, все-таки сначала проверить остальных антитеррористов, которые лежат в хирургии, а потом идти к Крошке и остаться с ним? Он достал из кармана мобильник и ввел номер приятеля.

— Вы дозвонились на номер… — объявил сухой женский голос, — оставьте сообщение.

Ночар растерянно посмотрел на мобильник и повторил звонок. Это совершенно точно был правильный номер. Записанный в контактах как Крошка. Что там, черт подери, делает эта баба?

Ну что ж, может быть, на ретрансляторах что-нибудь плохо состыковалось. Давайте попробуем еще раз.

— Вы дозвонились на номер… — Снова та же самая женщина.

Веспер сглотнул, отключился и побежал дальше по коридору.

Неужели Ренегаты взломали соединение и перенаправили в другое место? В таком случае и разговора быть не может, чтобы что-либо записывать. У нас проблемы, но это не новость.

Он двинулся по лестнице, не желая рисковать в ловушке лифта. Вбежал на четвертый этаж блока Э, где находился отдел ортопедии. Пробежал коридором, добрался до комнаты антитеррориста… Пусто.

Сердце забилось в ускоренном, неспокойном ритме. На сегодня он уже перевыполнил норму по предчувствиям. И этому паршивому чувству, что все не так. Но он ничего не мог с этим поделать.

Веспер подошел к дежурной медсестре.

— Извините, где лежит… — Он смутился и оборвал.

Блин, как же зовут Крошку на самом деле? Кажется, Петр… Или Мартин? Не, скорее Петр. Черт, а может, Лукаш?

— Я не знаю, — кисло ответила медсестра, даже не дождавшись, пока прозвучит фамилия пациента. — Я здесь только в заместительстве, ненадолго. — Ее вид отчетливо указывал, что она не желает, чтобы в эту минуту кто-либо морочил ей голову.

Веспер решил не сдаваться так легко.

— Тогда узнайте, пожалуйста, — спокойно сказал он. — Пациент Петр Язьвиньский, — в конце концов сработала память. — Я был в его комнате, кровать пустая, карты нет. То есть его перенесли. А мне нужно знать, куда.

— Если подождете, то узнаете, — буркнула она. — Придет подруга, она пошла с ребенком к врачу, вернется через два, может, три часа. Я на это короткое время не буду разбираться во всех пациентах. Тем более, что я здесь одна, и мне просто не у кого узнать. Нас все время переставляют, если нужно, то бросают из отделения в отделение… Грипп пришел. Знаете, мы тоже иногда болеем. — Она взглянула на него совсем враждебно.

Веспер отступил, понимая, что ничто от нее не добьется. Он сжал зубы и обуздал гнев, прошел несколько шагов и постучал во врачебную дежурную, а затем вошел, не дожидаясь приглашения.

— Я ищу пациента Язьвиньского, — объявил он с порога. — Его перенесли?

— Он на ЯМР поехал, — ответил врач, не отрываясь от телевизора. — Стажерка взяла. Вернутся минимум через час.

— Где резонанс? — быстро спросил Веспер с некоторым облегчением.

Врач наконец повернулся, с видимым огорчением пропуская ценные минуты матча.

— Зачем вы все куда-то торопитесь? — бросил он нехотя. — Вернутся, вернутся. Не волнуйтесь вы так, не пропадут.

Веспер вынул черное удостоверение личности с серебряным орлом в короне и тиснеными надписями Республики Польша и Агентства Внутренней Безопасности, махнул им перед глазами врача.

— Мне нужно знать, где этот человек, — сказал он. — Немедленно.

Тот тотчас же посерьезнел.

— Отделение радиологической диагностики. Центральное здание, первый этаж, — быстро ответил он. — Сразу же рядом с приемным покоем и отделением медицинской спасательной службы. Возле поликлиники.

— Спасибо. Пожалуйста, никому больше об этом не говорите, хорошо? — Веспер вылетел из комнаты, даже не закрыв за собой дверь.

Он бросился вниз по лестнице. ЯМР — ядерно-магнитный резонанс. Если Крошка уже на обследовании, это понятно, почему выключен мобильник. Магнитное поле вызывает слишком сильные нарушения.

Он добежал до отделения и осмотрелся по коридорчику. В приемной сидела та же очкастая девушка с мышастыми волосами, у которой было дежурство ночью.

— Язьвиньский внутри? — спросил он без вступления.

Стажерка кивнула головой, а затем зевнула, прикрывая рот рукой. Она выглядела очень усталой.

— Вы поменяли ему комнаты? — на всякий случай убедился он.

— Он очень требовал, — подтвердила девушка. — В прошлой он не чувствовал себя в безопасности.

Веспер легко вздохнул с чувством несказанного облегчения.

— Давно он вошел? — спросил он, уже значительно спокойнее.

— Пять минут, — ответила она. — Процедура займет какое-то время. Ему делают весь позвоночник, и мозг в придачу.

Ночар мгновение колебался. Он должен был сесть здесь вместе с ней охранять Крошку, как ему и велели. Но, с другой стороны… Риск, что ренегаты нападут именно сейчас, узнают о том, что Крошка тут, не слишком велик. Зато те антитеррористы там, наверху… Он только на секунду заскочит к ним, просто на всякий случай.

«Прекрати, не делай из себя идиота, — подумал он. — Все равно один ты им ничем не поможешь. А в случае чего еще провалишь дело здесь».

Он тяжело вздохнул, подошел к стажерке и сел рядом с нею на скамейку. Безразлично вгляделся в стену напротив, не желая начинать любезный разговор о погоде. К счастью, девушка устала настолько, что ей тоже не хотелось говорить. Так они и сидели в полном молчании.

Внезапно Веспер поднял голову и вгляделся прямо перед собой невидящими глазами.

Снова это проклятое, всеобъемлющее предчувствие. Что-то плохо. Что-то очень, очень плохо. У ребят, там, наверху. Действительно исключительно плохо.

Причем до такой степени, что он не может этим пренебречь. Просто не может.

— Извините, — сказал он, поднимаясь со скамейки.

А потом перешел на бег.