Анамнез - Мария Карташева

Кирилл вдруг на секунду провалился в воспоминания. Когда-то они с матерью так прятались от отца: стояли в кустах по колено в снегу, а тот бегал вокруг дома, размахивая топором, и маленький мальчик с женщиной боялись даже пошевелиться, пока едкий холод пробирался по ногам вверх, студил кровоток, а злой ветер мазал по лицу колючими ветвями шиповника, который богато рос у дома и между шипастыми рядами было удобно прятаться. Это было надёжное укрытие для них с матерью, вот только однажды мама Кирилла нашла там свою смерть.

Судя по звуку и загоревшимся сигнальным лампочкам ворота открылись, в расчищенный сугробами снег воткнулись огни фар и из-за забора выползла большая гружёная машина. С пассажирского сиденья неторопливо выпрыгнул мужчина, спокойно закрыл железные створки и, справив нужду прямо на месте, вскочил в кабину с криком:

– Поехали! Может, потемну ещё вторую ходку успеем сделать.

В ответ раздался приглушённый голос водителя, но дальше диалог было уже не разобрать. Машина тяжело развернулась, выехала на дорогу и пошла прямо по направлению к тому месту, где в ельнике прятался УАЗик.

– Всем пригнуться и даже не дышать. – сдавленно сказал Кирилл.

Сам он чуть высунулся из-за руля, чтобы иметь возможность рассмотреть проезжающих и быть готовым, если они всё-таки заметят их машину. Но удача на этот раз улыбнулась, и тентованный грузовичок с громко ржущими мужиками внутри промчался мимо, к счастью, они не заметили, что за обочину скатился след от автомобиля.

Когда вдали затих рокот двигателя, Кирилл быстро завёл машину и сделав резкий рывок удачно выскочил из проваливающейся под колёсами снежной ловушки. Он направил машину прямо к воротам колонии.

Алтайский край, 20 июня 2020 года

Солнце нещадно палило, Эмма сошла с трапа самолёта, вдохнула раскалённый воздух, раздражённо оглядела унылое здание аэропорта и потопала в сторону стоянки такси.

– Мне в Дивнопольское. – наклонилась к одному из приоткрытых окошек женщина.

– Далековато. – повернув голову и, уперев взгляд в свободный вырез декольте Эммы, сказал мужчина.

– Едем или что? – гаркнула женщина, зло запахивая пиджак и выпрямляясь в полный рост.

– Ну, не знаю. – протянул мужчина и усмехнувшись выпустил густую струю дыма в окошко.

– Не знаешь, тогда сиди, жопу дальше отсиживай! – Эмма дёрнула поставленную на асфальт сумку за ручку и пошла по стоянке к автомобилям, где также сидели водители.

– Куда вам девушка? – вдруг пронеслось сбоку. – Я услышал Дивнопольское.

Эмма повернула голову и увидела, что к ней обращается рослый мужчина, закрепляющий рыболовные снасти на внедорожнике.

– Да. А вы таксист? – покосилась на него девушка.

– Нет. В данный конкретный отрезок времени я рыбак и праздношатающийся отдыхающий. Я с вами одним рейсом из столицы прилетел. – приладив к багажнику на крыше длинный чехол, он продолжил. – Я дальше еду, но буду мимо проезжать и могу подбросить.

– А вы не маньяк? – без обиняков спросила Эмма.

Мужчина задумался, пожал плечами и проговорил:

– Слушайте, вроде как нет, – он помолчал, – но если сейчас не съем что-то приличное, то вполне могу сойти за опасный преступный элемент. Так что если не против остановиться пообедать, то могу подбросить.

– Надеюсь, только пообедать?! – проговорила Эмма. – Сразу предупреждаю, что допуслуги за то, что вы меня подвезёте, я не оказываю.

Мужчина покачал головой и открыл водительскую дверь.

– Да я бы и не согласился. Садитесь быстрее. Нужно перекусить и в путь, а то ночью кататься не особенно люблю.

Эмма вздохнула, огляделась в поисках лучшего варианта, но в железных корпусах машин под вяло работающими кондиционерами лениво раскинулись тела водителей и никто не спешил открывать ей двери или выражать хоть малейшее желание везти её к месту назначения.

– Спасибо. – сухо бросила Эмма водителю, когда села на пассажирское сиденье внедорожника.

Мужчина не стал вступать с ней в разговоры и лишь покивал в ответ, направив машину к выезду с парковки. Ловко встроив машину в городской, лениво двигающийся поток, водитель без помощи навигатора стал продвигаться в нужную сторону. Вскоре он припарковался возле отдельно стоя́щего двухэтажного здания, вывеска которого гласила, что здесь есть общепит.

– Мясо едите? – спросил мужчина, поворачиваясь к ней.

– Редко. Не очень люблю.

– Рыбу?

– Случается. – пожала плечами Эмма.

– Тогда заказываю я.

– За себя я заплачу сама. – вдруг проговорила девушка.

– Тогда садитесь за отдельный столик. – спокойно проговорил мужчина, вышел наружу и, захлопнув дверцу, обошёл автомобиль и проговорил в приоткрытое окно. – Я старомоден. – он вздохнул и улыбнулся. – Могу открыть вам дверь и пода́ть руку, если это не будет расценено как домогательство.

– Нет. Не будет. – Эмма устала злиться и сейчас позволила себе ненадолго расслабиться. В конце концов, перед завтрашним мероприятием у неё было время снова надеть маску стервы и накрутить себя.

Еда, приглушённая музыка, неизбитый интерьер ресторана и неожиданно эрудированный и интересный собеседник вывели Эмму из цейтнота последних суетных дней, и она даже смогла оглянуться вокруг и заметить жизнь. Люди неспешно ковырялись в своих тарелках, рассматривали друг друга, общались и было в этом что-то ценное, потому что никто никуда не спешил. Здесь, в отличие от столичных скоростей, жизнь текла намного медленнее.

– Время вроде одно, планета тоже, а вот жизнь идёт здесь по-другому! – заметила Эмма.

– Согласен! Поэтому и приезжаю сюда отдохнуть и душой, и головой, и всеми остальными частями бренной плоти. – ухмыльнулся мужчина. – Я на минуту отлучусь и можем ехать. – Он сыто откинулся в кресле. – Или кофе выпьем перед доро́гой?

– Да! Кофе, да.

Когда мужчина отошёл, то Эмма рассеянно прошлась взглядом по залу и прислушалась к разговорам. Ей всегда было интересно подслушивать, о чём говорят люди. Так ты становился невольным участником реалити-шоу под названием настоящая жизнь.

– Я тебе говорю, он будто сбрендил. – жарко доказывал один собеседник другому. – Мы с Алексеичем поехали договариваться на спецобслуживание, чтобы точилы загонять. Там на много километров никого и всё бы было замазано. У него же за Армейским селом свой автоцех и ценник хороший и всё по чесноку. Там в селе два старпёра осталось, когда бы они того, то Олежек хотел всё довыкупить и большую разборку сделать. А мы ещё в ночи припёрлись. Ходим, фонариками светим, потому что хоть глаз коли, ни хрена не видно! – паренёк оскалился. – Я чуть не обосрался, когда фонариком наткнулся на бледнющее лицо деда. Мы по улице пёхали, а он за забором стоял и качался. Я аж закричал! Правда, от Алексеича леща получил! – он остановился и тише добавил. – Он сказал потом, что в воспитательных целях, но я думаю тоже забздел от неожиданности и