Ноосферату - Дэйв Макара

Я едва удержался от того, чтобы не рассмеяться.

- Ну и ищите среди своих фашиков. – Пожал плечами Тук, с удовольствием потягивая горячий и сладкий чаек. – Они же у вас там чего только не строили! Да и после, когда вы с заокеанским партнером задружились, куда только не пихали своих дуболомов?

- Тук… - Рэл сжал кулак и погрозил своему несносному братцу, напоминая, что он не только старше, но и гораздо сильнее.

И не только физически, кстати!

- Ладно-ладно… Ну, взломали… А чего взяли-то? Там же вроде и брать нечего?

- Не «взяли». Устроили там жертвоприношение. Принесли в жертву всех представителей старых семейств, с самой молодой кровью.

- Ну и дурни. – Восхитился Тук. – Ритуал Гершона, да?

Я смотрел на братьев и искренне хотел встать и выйти вон – они явно что-то важное говорили, но все эти Пиренеи, Гершоны и прочие ритуалы для меня масло масляное…

- И вы, защитники правды и свобод потрахаться с собаками, просрали ритуал?! – Восхитился Тук. – Совсем-совсем просрали?

- Сам знаешь, что ритуал Гершона нихрена не рабочий! – Вспылил Рэл. – А раз не рабочий, то «выброса» не было! Просто «сотрясение».

- Ага, а так как кровь «молодых» изрядно выхолощена и разбавлена, то и сотрясение, соответственно, было минимальным! – Тук понятливо кивнул головой и отставил чашку на пол, под кресло. – И теперь все говносемейства ищут, на кого свалить свой конфуз?

- Да. Нет! Со всей «молодежи» сняли клановые обереги, а это, сам понимаешь…

- Фигня это, «клановые обереги»! – Тук и вовсе расхохотался. – Нас ими сколько, лет семьсот пугали, а на деле что оказалось, а, братишка?

- Не забывай, мы к прямой линии наследования отношения не имеем. – Огрызнулся Рэл. – А там – все прямой линии, второй-третьей очереди!

- Ох ты как… И Касьму в жертву принесли?! – Выпучил глаза Тук. – И Франешку?!

- И даже Ильмагуда!

- Ну, этого даже мне жаль… - Вырвалось у меня. – Редкая тварь был, а не эльф.

- Вот! Устами младенца глаголет истина! – Отсалютовал мне прихваченной с пола кружкой, Тук. – Ну и вырезали младшую ветку, с чего такая паника-то?!

- «Рубашка монаха», «волос Анги», «Шактималагана», «Миерхава», «Онимбарска» и еще четыре реликвии пропали с тел. – Рэл поставил пустую чашку на пол, совсем как его брат. – Сейчас все, наперегонки, ищут их. Вообще все, включая нашего дражайшего папочку и не менее дражайшую мамочку!

- Упс… - Тук посмотрел на меня с сожалением. – Придется, друг наш ситный, тебе впрягаться!

- Ни за что! – Я скрестил руки перед грудью. – Сами просрали, сами пусть и ищут!

- Они-то найдут… - Вздохнул Рэл. – Да только…

- Только папа с мамой их сожрут! – Расхохотался Тук, предвкушая события.

- Ага. А меня не сожрут?! – Удивился я и, со вздохом признал – Не сожрут ведь…

…В драку я с полицией я ввязался специально – нехрен на наших баллоны катить! И пусть «наши» это трое парней из Казахстана, но вопль «наших бьют» - это срабатывает во всех городах европы, объединяя нас в организм, стремящийся выжить любой ценой.

Так что, полиции не повезло – двоих я свалил в прыжке, а с остальными эти парни, тонкие и быстрые, справились и сами, в очередной раз доказав, что казахский бокс – он и в Италии – бокс!

Конечно, мы слегка погорячились и поторопились с разбивание носов и сворачиванием челюстей, но… Дело было сделано и мы единодушно чухнули вниз по брусчатой улочке, узенькой и извилистой, стараясь как можно быстрее свалить с места преступления.

Вылетели мы в аккурат под колеса карабинерам, пробежались по крыше их авто, оставляя смачные вмятины на фольге металла, нырнули в тупичок, забрались вверх по каменной стенке, поддерживая друг друга и отчаянно матерясь, пробежались по крышам, спустились по единственной пожарной лестнице, оказавшись в аккурат на изящном балкончике… Публичного дома!

Визги, вопли! Весело, блин!

Мадам, конечно, слегка зависла от нашего эффектного появления, но жажда наживы всегда впереди, так что до вечера мы и зависли там, где спустились.

Вечером, довольные и отмытые, мы распрощались у входа в дом с красными фонарями и парни поехали в гостиницу, я – блукать по ночным улочкам, под ослепительно сияющими южными звездами.

Жаль, что кроме звезд, существуют еще и люди!

В себя я пришел, когда за окном было ярко и жарко.

Голым и с тяжелой головой.

А уж судя по шишке на затылке, я явно встретил кого-то вечно голодного.

Завернувшись в простыню, сполз с кровати и переваливаясь с боку на бок, как утка, поплелся на звон кастрюль и запах жареного мяса.

Цепляясь за перила, спустился на первый этаж, прошел через коридорчик и оказался в кухне, размером с мой зал, в которой у плиты пританцовывала моложавая женщина, а высокий мужчина мрачно изучал свежую газету, время от времени с недовольным видом переворачивая простыни страниц.