Игра с огнем - Наталья Тимошенко

* * *

Виктория Архипова фотографию не узнала. Точнее, она подтвердила следователю Первушину, что это определенно детский снимок Инги и Марины, но вот когда он был сделан, где, при каких обстоятельствах, кто еще на нем запечатлен, она не знала.

– Послушайте, Александр Семенович, мне тогда было лет шесть или семь! – возмущенно сказала она, когда он попытался ей не поверить. – Я всю младшую школу помню с трудом, а вы хотите, чтобы я вспомнила какую-то фотографию!

Также Виктория не смогла предположить, кому насолили Инга и Марина ни сейчас, ни двадцать лет назад, когда предположительно и был сделан снимок. А ведь обе определенно знали своего убийцу и его планы, не зря же собирались сбежать, просто не успели. Возможно, конечно, для побега у них была другая причина, но следователю казалось это маловероятным. Он вообще не верил в совпадения.

В Алексеевске жила двоюродная тетка Инги, и именно к ней Семенович отправил Максима. Родители обеих женщин давно скончались, других родственников, живущих поблизости, у них не было, и тетка оставалась единственной ниточкой, которая могла пролить свет на фотографию. Ниточка эта была еще тоньше, чем с Викторией, и предсказуемо оборвалась.

Расправившись со всеми делами в Алексеевске, Максим заехал в магазин, чтобы купить свежую рыбу и вино. Если более или менее приличное вино в их городке еще можно было отыскать, то вот с рыбой дела обстояли совсем плохо. Привозить охлажденную считалось моветоном: либо покупай мороженную, либо жди момента, когда в огромной бочке привезут еще живую, а такое случалось только летом или ранней осенью. Да и привозили в этих бочках обычно речную рыбу, которую ни он, ни Яна не ели.

Готовить Максим не то чтобы любил, но жизнь отца-одиночки заставила научиться приготовлению простейшей еды, а иногда баловать себя и дочь чем-нибудь изысканным. Не все получалось с первого раза, некоторые блюда он так и не смог освоить. Например, борщ у него всегда выходил либо пресным, либо таким, что в рот не взять, поэтому он с радостью спихнул его приготовление на подросшую Яну, но рыба обычно удавалась, особенно по проверенным рецептам.

В глубине души Максим мог себе признаться, что с удовольствием исключил бы из сегодняшнего вечера Яну и предпочел бы поужинать с Элизой вдвоем, но внутри на это словно стоял своеобразный блок. Она учительница его дочери, младше на десять лет, и ему не стоит доводить их отношения до ужина наедине. Обед – это как-то проще, а вот ужин – дело уже достаточно интимное. Даже если кажется, что она не отказалась бы, не стоит. Именно поэтому он и позвал ее к себе домой, а не в ресторан, прикрывшись необходимостью принести Яне учебные материалы.

Лесной пожар, с которым пока не удавалось справиться, уже почти захватил город в кольцо. На въезде на Главную дорогу стояли пожарные машины, и один из бравых ребят предупредил его, что отвоевывают дорогу с трудом. Если ситуация не изменится, через пару дней из города будет не выехать. Почти до самой середины дороги Максим видел сквозь деревья и огонь, и отважно сражающихся с ним пожарных, и только на подъезде к городу пожар поутих. Лесной словно и в самом деле находился в аномальной зоне. Если бы Максим верил в нечто сверхъестественное, он думал бы, что кто-то специально пытается отрезать все выходы жителям этого про́клятого места.

Максим мотнул головой, отгоняя мрачные мысли, и переключил автомагнитолу на веселенькую музыку. Радио здесь все равно тянуло плохо, да и не передавали по нему ничего, кроме плохих новостей. Портить себе настроение перед предстоящим ужином не хотелось.

До заявленных Элизой шести часов оставалось еще почти два, а это значило, что он без проблем успевает и с ужином, и с небольшой уборкой. Если, конечно, Яна ему поможет. Главное, чтобы она уже проснулась. Когда Максим уезжал, в ее спальне еще было тихо.

Однако дома его ждал сюрприз. Дочь не только проснулась и пришла в себя после ночных приключений, но и успела принять гостя. Войдя в маленькую прихожую и увидев, с кем именно Яна на кухне мило пьет чай, Максим нахмурился. Не испортило настроение радио, так постаралась дочь. Только Шурки-сатаниста ему не хватало у нее в друзьях! А ведь Костя Степанов предупреждал его о том, что Шурка проявлял интерес к Яне.

Очевидно, молодые люди не ждали внезапного появления родителя, потому что Яна мгновенно покраснела, а Шурка поднялся из-за стола, неловко переминаясь с ноги на ногу.

– Я не ждала тебя так рано, – промямлила Яна.

– Я так и подумал, – мрачно ответил Максим, проходя в кухню и сгружая на стол объемные пакеты. – Тебя разве не задержали? – осведомился он у Шурки, прекрасно помня, что его выпустили. Скорее хотел напомнить о неприятном инциденте ему самому и дочери.

– Меня выпустили, – смущенно пояснил Шурка.

– С чего вдруг?

– У меня алиби на время убийств.

– В самом деле?

– Папа! – возмутилась Яна.

– Ладно, прости, – Максим примирительно поднял руку. – В любом случае, тебе пора, – это он снова сказал Шурке.

– Но мы хотели посмотреть кино! – ответила за того Яна.

Максим так удивился, что даже забыл о продуктах. Почему-то он даже подумать не мог, что Шурка зашел не просто так на минуточку, а у его дочери могут быть с ним совместные планы. А ведь мог бы и догадаться, все об этом говорило: и их милая беседа в слабо освещенной кухне, и две чашки чая на столе. Господи, только бы Яна не вздумала объявить его своим парнем! Инфаркт в тридцать шесть лет – так себе перспектива.

– Какое еще кино?

– Ну… – Яна смутилась. – Просто кино. Саша мой друг, мы что, кино посмотреть не можем?

Максим снова бросил быстрый взгляд на Шурку. Саша? Ну да, его же так зовут.

– Ей пятнадцать, – напомнил он. – А тебе сколько?

– Девятнадцать.

– Поэтому вон из моего дома. – Максим произнес это спокойно и почти вежливо.

Наверное, только поэтому Яна не закатила истерику сразу, а ответила так же спокойно, хоть и до крайности возмущенно:

– Почему нам нельзя дружить? Мы же не в ЗАГС собираемся и не в постель!

Максим по-прежнему сверлил взглядом Шурку и на дочь не смотрел.

– Сам ей объяснишь, почему вам нельзя дружить?

– Честное слово, я ничего такого не имел в виду… – начал тот, но Максим уже не слушал, вернулся к продуктам.

– У нас сегодня вечером гости. Поэтому будет лучше, если к тому времени ты немного протрешь пыль вместо просмотра телевизора.

Яна сердито сложила руки на груди.

– Это у тебя гости, я не обязана ни присутствовать на ужине, ни убираться перед ним!

Перспектива ужинать с Элизой наедине у себя дома была, конечно, крайне заманчивой, но абсолютно невозможной.

– Обязана.

– В таком случае я хочу, чтобы Саша остался.

– Нет.