Эти странные Рэдли - Мэтт Хейг

друг друга или таская за рюкзаки. Девчонки болтают, сидя на скамейках или на траве по трое-четверо. На мальчишек они посматривают скорее с недоумением и жалостью, чем с восторгом и восхищением, как будто они относятся не просто к разным полам, но и к разным видам. Мудрые и гордые кошки вылизывают лапы, с презрением глядя на ушастых перевозбужденных спаниелей и агрессивных питбулей, пытающихся претендовать на территорию, которая никогда не будет им принадлежать.

Однако кое-что объединяет их всех в этот солнечный день: и мальчики, и девочки хотят отойти подальше от старых викторианских построек школы и выйти из тени ради собственной безопасности. В такие дни Клара Рэдли обычно просто шла вместе с подружками на залитый солнцем двор и делала все возможное, чтобы скрыть мигрень и тошноту.

Сегодня все иначе. Несмотря на то что с ней Ева и Лорелея Эндрюс, которую все недолюбливают, потому что она в любой ситуации тянет одеяло на себя, именно Клара ведет всех к скамейке в тени.

Она садится. Ева устраивается рядом, Лорелея – с другого бока, поглаживая волосы Клары.

– Обалдеть, – говорить Лорелея. – Что ты сделала с волосами?

Клара рассматривает запястье Лорелеи, толстые голубые вены, и ловит умопомрачительно насыщенный аромат ее крови. Она с ужасом думает, как это было бы легко – закрыть вдруг глаза и отдаться инстинктам.

– Не знаю, – отвечает наконец она. – Режим питания поменяла. Папа витамины какие-то принес.

– Ты просто внезапно стала выглядеть так круто. У тебя какая тоналка, «Мак»? Что-то подороже, типа «Шанель»?

– На мне нет тоналки.

– Трындишь.

– Нет, честно.

– У тебя теперь линзы вместо очков?

– Нет.

– Нет?

– И ее больше не тошнит, представь себе, – добавляет Ева. Клара замечает, что в голосе подруги сквозит раздражение из-за интереса к ней Лорелеи. – Вот что главное.

– У меня, видимо, просто был дефицит витамина А. Папа так сказал. И я теперь понемногу ем мясо.

Ева озадачена, и Клара понимает причину. Она же сама говорила Еве, что болела чем-то вирусным. Интересно, отец уже рассказал Еве правду или нет? В смысле, о Рэдли. Если да – она явно ему не поверила, но теперь, возможно, начнет сомневаться.

Клару тоже кое-что тревожит.

То, что о Стюарте Харпере утром на собрании сказала миссис Стоукс.

То, о чем болтали в автобусе ребята из Фарли.

Ссора ее родителей.

Роуэн, выпивший кровь.

И правда. Неоспоримая и простая правда, что она убила человека. И что бы она ни сказала и ни сделала когда-либо в жизни, этот факт останется неизменным.

Она – убийца.

И еще эта примитивная назойливая Лорелея. Та самая Лорелея, которая сейчас трогает ее волосы и захлебывается от восторга, она стала бы нежничать хоть с Гитлером, если бы тот сбрил усики, сделал стильную молодежную стрижку и надел узкие джинсы. Лорелея, которая несколько недель морила себя голодом, когда не прошла просмотр на участие во втором сезоне шоу на канале «Вива» под названием «Королева красоты из британской школы: Сладкие кошечки против серых мышек».

– Ты такая красивая, – говорит она.

Лорелея продолжает ее гладить, и тут Клара чувствует, что к ним кто-то приближается. Через секунду до нее доходит, что этот высокий парень с идеальной кожей – ее брат.

– О боже, сегодня что, день преображения Рэдли? – ахает Лорелея.

Клара прислоняется к стене школы, а ее обновленный клевый братец стоит перед ними и смотрит прямо на Еву с тревожной уверенностью.

– Ева, я хотел тебе кое-что сказать.

– Мне? – пугается Ева. – Что?

И тут Клара понимает, что ее брат делает именно то, что она и советовала ему сделать. Однако в данный момент она закрывает глаза и молча мечтает, чтобы он замолчал. Но он не молчит.

– Ева, помнишь, когда мы вчера сидели на скамейке, ты сказала, что если я хочу тебе что-то сообщить или о чем-то поговорить, то могу это просто сделать?

Ева кивает.

– Так вот, я просто хотел сказать, что ты самая красивая девушка из всех, что я видел в своей жизни.

Лорелея хихикает, но Роуэн даже не краснеет.

– До твоего приезда сюда, – продолжает он, – я даже не представлял, что такое красота и совершенство. И если я сейчас не сделаю того, что хочу, то наверняка потом так и буду идти на сделку с совестью по любому другому поводу – и лет через двадцать в итоге окажусь на какой-то работе, которой толком и не хотел, буду жить с какой-то женщиной, которой будешь не ты, в ипотечном доме, на диване, перед телевизором с кучей каналов, которые можно будет бесконечно переключать, и думать, что моя жизнь – полный провал, потому что в возрасте семнадцати лет я не осмелился подойти на школьном дворе к самой прекрасной, самой очаровательной и самой интересной девушке, чтобы пригласить ее на свидание. В кино. Сегодня.

Девушки ошарашены, все трое. Лорелея вообще зависает. Клара просто сидит и гадает, сколько крови выхлебал Роуэн. А Ева с удивлением чувствует, как внутри у нее разливается теплое волнение, когда она смотрит в уверенные и страстные глаза Роуэна.

– Сегодня? – после паузы наконец переспрашивает она.

– Я хочу сходить с тобой в кино.

– Но… сегодня же… понедельник.

Роуэн не дрогнул:

– К черту условности.

Ева раздумывает. Она понимает, что на самом деле очень хочет пойти с ним, но есть нюанс. И она о нем помнит.

– Тут такое дело… мой отец… он…

– Я о тебе позабочусь, – говорит Роуэн. – Твоему отцу можно даже не…

И тут вклинивается чей-то голос. Агрессивный, резкий окрик со стороны поля:

– Эй, утырок!

Это Тоби. Он бежит к ним с перекошенным от ненависти лицом.

– Отвали от моей девушки, урод!

Ева огрызается:

– Я не твоя девушка.

Но Тоби не успокаивается:

– Слышь, снегирь, лети отсюда. Давай, хренак-хренак крылышками.

Сердце Клары стучит, как барабан.

Сейчас что-то будет.

Тоби переводит на нее свой такой же ненавидящий взгляд.

– А ты, – шипит он, – маленькая подлая шлюха. Что ты сделала с Харпером, тварь?

– Ничего она не делала с Харпером, – говорит Ева. – Отстань от нее.

– Она что-то знает! Уродская семейка Рэдли точно что-то знает!

– Не трогай мою сестру.

Роуэн стоит прямо перед Тоби. Начинают собираться зеваки.

– Роуэн, – говорит Клара, не зная, что еще сделать, когда все смотрят.

Но уже поздно всех успокаивать. Тоби толкает ее брата к полю, упираясь ему руками в грудь и провоцируя на конфликт.

– Давай, тормоз. Давай, поганка бледная. На что ты способен? Давай удиви свою новую подружку! Ага! Смешно пошутил, молодец. Да она даже не прикоснется к такому уроду,