Становясь Лейдой - Мишель Грирсон

Лейда что-то кричит, но Маева не слышит. Она вдруг понимает: что-то не так. Нет, не может быть. Лейда снова кричит, обращается к ней.

– Да, Лей-ли, ты молодец. Теперь найди остальное. Она наверняка где-то рядом.

– Остальное? – Лейда на миг умолкает. – Но здесь больше ничего нет.

– Нет, должно быть. Это одна голова. Пошарь там вокруг. Как только дотронешься, сразу поймешь, что тебе нужно.

Она шепчет себе под нос:

– Ты разрезал ее на две части. Какой умный муж.

Лейда выглядывает из расщелины и качает головой.

– Проверь щели в камнях. – Чертов мерзавец. Ей слышно, как Лейда шмыгает носом. – Не плачь, малышка. Сейчас не время для слез. Наверное, он ее спрятал где-то еще.

Время еще есть, убеждает она себя.

Из щели между камнями появляются две маленькие синие руки. Маева хватает Лейду за запястья и тянет, но под таким углом ей неудобно.

– Выходи, Лейда. Выходи сама.

– Я не могу.

– Можешь. – Ей слышно, как Лейда в панике бьется о камни, словно зверь, запертый в клетке.

– Я застряла. Я не могу выйти!

Маева велит ей молчать, вжавшись лицом в расщелину между камнями. Грохочущий рев водопада становится еще громче.

– Давай сыграем в игру. – Она бьет ладонью по камню. – Чувствуешь эту преграду? Я хочу, чтобы ты сосредоточилась и направила все свои мысли в камень. Как будто от этого зависит вся твоя жизнь. Как думаешь, сможешь?

– Да, мама. Смогу.

– Я хочу, чтобы ты сосредоточилась на камне так сильно, что сама стала камнем. Понимаешь меня?

– Я… наверное, нет.

– Все дело в твоей силе воли. Лейда, ты можешь сама выбирать, во что превратиться. Тебе надо заставить себя войти в камень. Отдать себя камню.

– Если я отдам камню себя, то что он отдаст мне?

– Вот именно. Ты умница, девочка. Ты все правильно понимаешь. Превращение это обмен… ты что-то даешь и что-то получаешь. Камень создаст для тебя свободное пространство, куда можно войти.

– Но я не хочу потеряться. Ты говорила, что очень легко потеряться… Я не хочу исчезать.

– Доверься мне, – говорит Маева. – Волшебство у тебя внутри; оно уже есть, тебе надо просто позволить ему осуществиться.

– Откуда оно у меня? От эльфов, от троллей? От ведьм?

– Это не важно.

– Может быть, я его унаследовала от тебя?

Маева медлит. Пора сказать правду.

– Да, может быть, от меня. Или от духов земли. Или от богов. – Она умолкает и добавляет, понизив голос: – Или от твоего отца.

– От папы? Я ни разу не видела, чтобы он что-то такое делал. И чтобы ты что-то такое делала, тоже не видела.

Маева опять бьет ладонью по камню.

– Лейда, слушай меня! Перестань сомневаться и задавать вопросы. Главное – верить, что у тебя все получится. Думай только о камне. И больше ни о чем, поняла? – Маева закрывает глаза. Настроившись на шум воды, она открывается ему навстречу и отпускает все свои чувства вовне. И уже в следующий миг ощущает его, низкий гул в голове ее дочери, вихрь ее мыслей.

Камень, камень, камень… твердый, острый, гладкий, темный… мокрый, холодный… вода, озеро, водопад, плеск воды шум дождя рябь на воде погружение вглубь вглубь вглубь как падение… падаетликаменьвводу… дададавсеглубжеиглубжевнизвнизвнизсинерукаядевочкапогружаетсявглубь…

А потом тишина. Никаких больше слов. Лишь шум воды.

– Лейда? Лей-ли? Ты здесь? – Маева бьет ладонью по камню и зовет дочь по имени, снова и снова. У нее ощущение, что Лейда ускользает все дальше и дальше – и исчезает совсем, – уносится прочь, словно подхваченная подводным течением. О боже. Вода.

Обезумев от страха, Маева ныряет в маленькое озерцо.

Она погружается в темноту, к самому дну. Ее глаза открыты, руки хватают воду, лихорадочно ищут. Вина за все, что она натворила – за все тайны, за ложь и стыд, за скрытую правду о ней самой и о Лейде, за время, потерянное безвозвратно, – тянет ее в глубину. Она тонет, как камень. Изо рта вырываются пузырьки, это выходит последний воздух. Ее легкие взрываются болью. Во что ты превратилась?

Ее руки беспомощно бьются о толщу воды. Сильное течение кружит под нею, как вихрь, и выталкивает ее тело наверх, к свету солнца. Она вырывается на поверхность и хватает ртом воздух. Плывет на спине, загребая руками, и жадно дышит.

Прямо над ней, в синем небе – Лейда.

У меня, наверное, галлюцинации…

Она висит в воздухе, как стрекоза. Радостно улыбается, машет руками и кричит:

– Мама, смотри! Я умею летать!

Маева не верит своим глазам. Лейда парит над водой, начинает спускаться по воздуху, как по невидимой лестнице. Ее синие ножки почти такого же цвета, как озерцо у водопада. Как только она встает на рябящую поверхность, греза лопается, точно мыльный пузырь, и Лейда с плеском уходит под воду.

Не раздумывая ни секунды, Маева ныряет следом за ней. Малышка уже погрузилась на глубину, но Маева легко догоняет ее и обхватывает за талию. Она чувствует тот же толчок снизу – чья-то невидимая рука? – и вот они с Лейдой уже лежат на плоском камне у берега. Маева хватает звериную маску, упавшую в воду, и ставит ее рядом с Лейдой. Маска глядит на них обеих дырками вместо глаз.

Маева убирает мокрые волосы с дочкиного лба.

– У тебя получилось… Ты нас спасла. Не дала нам утонуть.

Лейда глядит недоверчиво:

– Я нас спасла? Как?

– Ты нас вытолкнула из воды. – Маева улыбается и прижимается носом к носу дочери.

– Наверное, это когда я была ветром. А до этого – пузырьками в воде. И еще илом на дне. И, кажется, даже рыбкой.

– Вот видишь. Ты можешь стать, чем захочешь. Ты шла по воде, Лей-ли! Так никто не умеет, кроме тебя и… еще одного человека.

– Кто это, мама?

Никаких больше секретов, решает Маева.

– Твой отец.