"Халтура" - Джим Батчер

На самом деле, немного жутковато. Мой братец заимел себе куклу вуду для целого города.

У него также есть человеческий череп, который стоит на собственной деревянной подставке, между двух свечей, что сгорали и заменялись несчетное количество раз, в результате чего возникли крошечные вулканические глыбки цветного воска. По обеим сторонам от черепа сложены любовные романы. Там же лежат старый выпуск «Плейбоя» семидесятых годов с Бо Дерек на обложке и длинная алая ленточка.

— Эй, — позвал я. — Череп. Тебя ведь зовут Боб, верно?

Череп не шелохнулся.

Я бы выставил себя настоящим идиотом, если бы оказалось, что все это время Гарри врал мне про череп. Мой братец, чревовещатель.

— Эй, — снова позвал я. — Череп. Послушай, это я, Томас. Я знаю, что не похож на Томаса, но тем не менее. У Гарри проблемы, и мне нужна твоя помощь.

В одной из глазниц мелькнул крошечный оранжевый огонек. Затем он разгорелся, и к нему присоединился второй, в другой глазнице. Череп задергался на подставке, повернулся ко мне и сказал:

— Святой Бэтмен! Что с тобой стряслось?

Секунду я жевал нижнюю губу, размышляя, что ответить черепу. Я знал, что Боб выполнял функции помощника Гарри и технического консультанта по магическим вопросам и что он являлся неким духом, жившим в черепе, а не смертным существом. В то же время он был в долгу у Гарри, и все, что знал Боб, потенциально мог узнать и мой брат.

— Мне почти нечего рассказать тебе. Новая клиентка Гарри вовсе не та, за кого себя выдает. Я пытался предупредить его. Она заманила меня в ловушку и сотворила это с моим лицом. Думаю, чтобы помешать мне предупредить Гарри.

— Угу, — отозвался Боб. — А чего ты хочешь от меня?

— Помоги мне снять эту штуку с лица. А потом помоги найти Гарри, чтобы он бросил дело, пока не поздно.

— Ага. Ну конечно, — фыркнул Боб.

Я нахмурился.

— Что? Ты мне не веришь?

— Послушай, Томас, — снисходительно ответил череп. — Я признаю, что ты невыносимо крут. Ты красавчик, все девчонки твои, и ты прислал Гарри голых цыпочек в обрывках красной ленты, что меня лично восхитило до чрезвычайности, но как бы это сказать? Ты вампир. Причем из дома, который славится умением менять сознание.

Я заскрипел зубами:

— Ты думаешь, кто-то заставляет меня это делать?

— Я думаю, что, в сущности, у тебя нет секретов от твоего брата, — ответил Боб зевнув. — А кроме того, если Гарри взялся за дело, он его не бросит. Он как клещ, только ему трудней оторвать голову и он с меньшей вероятностью заразит тебя какой-нибудь дрянью.

— Это важно, Боб, — сказал я.

— Как и поиск пропавших детей, — заметил Боб. — По крайней мере для Гарри. Я поначалу думал, все дело в том, что их мамочки из благодарности прыгнут к нему в постель, но, похоже, это вопрос морали. Поиск детишек замыкает некий контур в его голове. Противостояние добра и зла.

Так вот что имела в виду Лара, когда сказала, что Стигийки захватили ребенка. Дерьмо. Теперь я понял их план.

И если я не остановлю их — не остановлю Гарри, — Война Забвения будет проиграна в одну ночь.

— Проклятие, — прорычал я. — Боб, мне нужна помощь. Мне нужно, чтобы ты это сделал.

— Извини, шеф, — ответил Боб. — Я на тебя не работаю. Гарри — другое дело.

— Но он в опасности! — сказал я.

— По твоим словам. Однако ты не сообщил мне никаких подробностей, а потому все это выглядит скользко.

— Если я сообщу тебе подробности, они могут выйти Гарри боком, и тогда грозящая ему опасность многократно возрастет.

Секунду Боб смотрел на меня, затем произнес:

— Перевожу тебя из макрелей в тунцы, мой скользкий друг.

— Ладно, — ответил я размышляя. Боб являлся духом. Подобные создания связаны словами и обещаниями, договорами, заключенными со смертными. — Ладно, давай так. Ты служишь Гарри, верно?

— Ага.

— Если я сообщу тебе информацию, — сказал я, — и, по твоему мнению, обладание ею сможет нанести ущерб благосостоянию Гарри, поклянись, что скроешь ее от него или кого-либо еще, кто тебя о ней спросит.

— Ладно, — ответил Боб с потрясающим скептицизмом.

— Если поклянешься, я расскажу тебе все, — продолжил я. — Если нет, не расскажу. И тогда произойдет нечто скверное.

Огоньки в глазницах черепа вспыхнули, словно от любопытства.

— Ладно, ладно, уговорил. Заключим сделку. Я клянусь тебе в этом, вампир.

Я сделал глубокий вдох и огляделся. Узнай другие венаторы, чем я занимаюсь, не задумываясь всадили бы мне пулю в голову.

— Ты когда-нибудь слышал о Войне Забвения?

— Нет, — уверенно ответил череп.

— И неудивительно, — сказал я. — Это война за память человечества.

— Э-э-э… — протянул Боб. — Что?

Я со вздохом провел затянутой в перчатку рукой по волосам.

— Смотри. Ты знаешь, что с годами большинство старых богов теряет силу или меняется, подстраиваясь под новые верования?

— Конечно, — ответил Боб. — Давненько никто не слышал о Первой церкви Мардука. Однако изображение Тиамат есть в «Справочнике монстров»,[16]да и сама она фигурирует в комиксе, так что, похоже, у нее все в порядке.

— Ну-у, хорошо, — сказал я. — Не вполне понимаю, о чем речь, но в общем и целом ты прав. Созданиям вроде Тиамат требуется определенное количество человеческой веры, чтобы создать связь с миром смертных.

Огоньки в глазницах засияли.

— А! — воскликнул череп. — Я понял! Если никто не помнит Бога, связь рвется! Он не может оставаться в мире смертных!

— Верно, — тихо ответил я. — И речь идет не только о языческих божествах. Речь о созданиях, для описания которых у современных людей нет ни слов, ни концепций. Демонах с такими аппетитами и яростью, что для того, чтобы справиться с ними, людям иногда требовалась помощь ранних богов. Речь о демонах, которых нужно остановить навсегда.

— Нельзя уничтожить изначальную духовную сущность. — Боб размышлял вслух. — Можно рассеять ее, но со временем она сформируется заново.

— Но их можно забыть, — сказал я. — Отрезать путь. Заставить их затеряться за пределами мира смертных и лишить силы. Их можно предать Забвению.

Боб присвистнул.

Что за чертовщина? Как? У него ведь нет губ.

— Круто, — сказал череп. — Это я о твоей войне. Чем больше людей ты привлечешь на свою сторону, тем шире распространится информация и сильнее станет связь демонов. Поэтому приходится строго контролировать посвященных. Приходится тщательно скрывать.