Гаст - Эдвард Ли

- Послушай, Эвелин, мне нужно закончить эту книгу. Крайний срок - на следующей неделе. Если я не уложусь в срок, то есть теоретическая вероятность, что мой издатель расторгнет контракт, и в этом случае мне придётся вернуть аванс в размере пятидесяти тысяч долларов. Теперь напряги свою маленькую мысленную шапочку и обдумай эти последствия, поскольку ты, скорее всего, получишь половину этого аванса в качестве компенсации за развод.

Тишина. Затем:

- Ооо.

- Да, моя любовь. Ооо. Вместе с половиной - и я повторяю: ПОЛОВИНОЙ. Всего остального, что я заработал.

Ещё один выпад:

- Эй, я тоже работаю!

- Дорогая. Поставщиков провизии в Лос-Анджелесе пруд пруди. Они как старики во Флориде, то есть их слишком много.

Колльер знал, что не стоило упоминать о её неудачном бизнес-проекте. Он знал, что она скажет, ещё до того, как она это сказала:

- Я рада, что твоё дурацкое шоу выгнали из эфира, напыщенный придурок!

"Ах, я так и думал", - подумал Колльер.

- Эвелин, давай не будем ссориться. Я вернусь через неделю, чтобы подписать бумаги для развода, ладно? Я не уклоняюсь от вопроса, если ты так думаешь. Но мне нужно это сделать.

- Зачем тебе ехать в Теннесси? Ты пишешь книги о пиве.

- У меня осталась только одна запись до того, как книга будет закончена, и я думаю, что, возможно, нашёл её здесь. Мне нужно, чтобы она была уникальной, мне нужно, чтобы она была чем-то, о чём никто не слышал. Я не могу просто добавить какое-то рутинное пиво; я не хочу, чтобы мои книги были такими.

- Ну... ладно, - успокоилась она.

- Мне пора. Я уехал из аэропорта четыре часа назад и всё ещё не знаю, что делать. Знаешь что, я позвоню тебе в середине недели, чтобы узнать, как у тебя дела.

- Ладно. Пока.

Щёлк!

Колльер чувствовал себя так, словно с его спины только что спрыгнуло огромное животное. Он ударился локтем, когда убирал телефон.

"Зачем жениться, чтобы потом разводиться? Жениться нужно один раз и на всю жизнь. А не вот так..."

Довольно квалифицированный совет. Эвелин, конечно, была красива, но, похоже, довольно много других мужчин в Лос-Анджелесе думали так же. Таков современный мир. У вас вместе хороший секс, потом вы женитесь, потом вы разводитесь. И делите всё поровну. Хороший секс того не стоил. К настоящему времени он уже забыл, что такое вообще секс.

По обе стороны проносились безумно зелёные пастбища и сельскохозяйственные угодья. Колльеру нравился вид, особенно после четырёх лет в Лос-Анджелесе. Это был не город, а город-государство. Голливуд! Спаго! Венецианский пляж! Родео-драйв!

"Они могут себе это позволить", - подумал он.

Город потерял своё очарование или что-то ещё? Он обнаружил, что чем старше он становился, тем меньше его что-то интересовало. Его шоу на телеканале про еду, "Джастин Колльер: Принц пива", приносило огромные деньги за первые три сезона, но теперь его место отдали какому-то крутому шеф-повару из Сан-Франциско. "Морепродуктовый психопат", как они его называли. И хорошо. Колльер ненавидел Лос-Анджелес, и это шоу - хотя оно и превратило его в полузнаменитость - изматывало его. В 44 года у него уже почти все волосы были седыми, и он чувствовал себя дурачком, которого красит какая-то визажистка в студии. Его книги о крафтовом пиве всегда продавались достаточно хорошо, чтобы обеспечить ему солидную жизнь, и именно к этому он стремился вернуться.

"Может, я просто старею, - подумал он. - Но 44 года - это не старость, не так ли?"

Он знал, что это шоу, переписывание собственных сценариев, заключение контрактов с поставщиками, поиск новых тем для обсуждения и демонстрации, не говоря уже о графике. Они снимут половину сезона за двадцать дней. Неудивительно, что он собирался пропустить дедлайн по книге - книги и шоу были слишком сложными, чтобы жонглировать ими одновременно.

"Я мог бы сделать это, когда был моложе", - предположил он.

Когда Колльеру было 25, он чувствовал себя на 18. Когда ему было 35, он чувствовал себя на 25, а когда ему было 40, он чувствовал себя на 30. Неплохо. Но потом появилось шоу, и в 44 он чувствовал себя на 64.

"Чёрт..."

Единственное, что "Герц" мог предоставить ему в аренду в аэропорту, был этот неуклюжий "Фольксваген Жук".

"Он выглядит как чёртова детская машинка", - было первым сравнением, которое пришло ему на ум, когда служащий вручил ему ключи.

Хуже всего был цвет: шербетово-зелёный.

"Да, я могу представить себя едущим на ЭТОМ по 405-ому шоссе".

Внутри было ужасно тесно, но он всё ещё мог видеть гору Лукаут, место знаменитого сражения Гражданской войны, которое вбило последний гвоздь в великолепие Конфедерации. Даже так далеко на востоке он мог различить детали 2000-футовых вершин горы. Изображение успокоило его, не потому что гора означала бойню во время войны, а потому что она приносила уверенность, что он не находится близко к Лос-Анджелесу.

Ещё мили прошли позади него.

"Нет, я не близко к дому... но где, чёрт возьми, я?"

Когда он запускал картографию для Гаста, Теннесси, он постоянно получал сообщение ОШИБКА СТРАНИЦЫ. Он нашел карту в магазине "7-11", но извилины второстепенных дорог превратились в сводящую с ума паутину. Насколько сложно найти город с таким маловероятным названием? На извилистых просёлочных дорогах ещё не было ни одного указателя. Колльер заехал на бледно-зелёной машине на захудалую заправку. Когда сработал клаксон, ему пришло в голову, что он не слышал этого звука на заправке десятилетиями. Он остановился у первой колонки и вышел.

"Завышают цены, - подумал он, когда заметил, сколько здесь стоит литр. - Вот это да".

Коллиер был зациклен на всех клише Юга: коррупция, апатия, деревенщины.

"Парень, который здесь работает, вероятно, носит комбинезон и у него нет зубов".

Затем он посмотрел через переднее стекло станции и увидел тощего человека в комбинезоне, без зубов, сидящего, положив ноги на стол. Он читал журнал; Колльер едва мог разобрать название: ПРИЯТЕЛИ В ДЮНАХ. Здесь нет никаких песчаных дюн, он был уверен. Мужчина нахмурился, заметив Колльера, затем нехотя вышел.

Он сразу же заметил необычную зелёную машину.

- Где ты её взял? - раздался раздражённый голос. - "Остров огня"?

- Забавно, - ответил Колльер. - Это всё, что у них было в "Герце".

- "Герц"?

- Знаешь, это пункт проката автомобилей.

Что-то не связанное с возрастом промелькнуло на его лице.

- Я знал парня, его звали