Слепое пятно - Андрей Плеханов

– Адвокат вам ни к чему.

– Как это - ни к чему?!

– Игорь, успокойтесь! И сядьте! - Еремин показал пальцем на стул. - Еще раз повторяю, что адвокат вам не нужен.

– Почему?

– Потому что вы - не убийца. Не тот самый Иштархаддон.

– Вот как? - Игорь изумленно вытаращил глаза, словно сказанное было для него новостью.

– Вот так. - Следователь расслабил узел галстука, расстегнул пуговицу на воротнике. Устало потер лоб рукой. - Вы - не он. Хотя нам от этого не легче…

* * *

Игорь и следователь Еремин перебрались в кабинет - тот самый, что показывали по телевизору. Подполковник пил дешевый растворимый кофе - бог знает, какую уже чашку за сегодняшний день. Игорь от кофе отказался, и без того сердце его колотилось нещадно и, кажется, даже давало перебои.

– Так что, товарищ следователь, стало быть, меня теперь выпустят? - в десятый раз спросил Игорь.

– Да выпустим, выпустим мы вас, - махнул рукой Еремин. - Под подписку о невыезде. Будете регулярно приходить в отделение и отмечаться.

– А почему под подписку?

– Честно говоря, мы могли бы подержать вас ещё несколько денечков, - сурово сказал следователь. - И даже должны бы подержать вас в ИВС. Потому что генетическая экспертиза показала, что вы, Игорь Михайлович Маслов, и убийца, называющий себя Иштархаддоном, - один и тот же человек. Но под свою ответственность я вас отпускаю. Боюсь я вас в общую камеру сажать. Уж больно вы хлипкий, Игорь Михайлович. Извините… Не мешало бы вам здоровым образом жизни заняться. Вот смотрите, каким бы могли стать, если бы занимались физической культурой и спортом.

Он открыл черную папку и достал оттуда несколько фотографий. Разложил их в два ряда.

В одном ряду на снимках был запечатлен голый Игорь Маслов. Спереди, сзади, в профиль и так далее. Во втором ряду - он же, но с бородой. И мощный, как культурист. Мышцы этого второго Игоря вздувались буграми. Было там, как говорится, на что посмотреть.

– Это он? Иштархаддон? - спросил Игорь.

– Так точно. Он самый. Братец ваш.

– Почему братец?

– Объясняю. Вы у нас специалист по истории и в генетической идентификации, я так думаю, соображаете слабо. Так вот: мы имеем двоих людей с одинаковым генотипом, но разным фенотипом. Проще говоря, клетки и ткани у вас одинаковые, а внешность разная. Он вон какой бугай, а вы, извиняюсь, тощий, чуть ли не дистрофик. Не думаю, что вы успели избавиться от мускулатуры за сорок пять минут. Единственное объяснение всем этим фактам может быть только одно - у вас есть брат-близнец. Причем абсолютный близнец. Ну, признайтесь: есть ведь? Не прикрывайте родственничка-преступника. Не заслуживает он этого…

– Нет у меня никакого брата.

– Родители живы?

– Да, мама. Отец умер давно.

– Ладно. Позвоню я вашей маме. Поинтересуюсь.

– Да вы что? - Игорь возмутился. - Думаете, что у меня есть брат и она отдала его куда-нибудь в детдом? А теперь он…

– То, что я думаю, - это тайна следствия, Игорь Михайлович. Одно вам скажу - произошло серьезное преступление. К тому же убит знаменитый иностранец. И имеется много необъяснимых моментов. Пока необъяснимых. Но поверьте мне, много я на своем веку повидал всякой чертовщины и мистики. И в конце концов все это оказывалось очередными ловкими махинациями. Вам придется сотрудничать с нами, Игорь Михайлович.

– В чем?

– В раскрытии данного преступления.

Дверь распахнулась, и в кабинет ввалился невысокий крепкий брюнет лет сорока. Запросто - даже без стука в дверь. В отличие от следователя Еремина выглядел брюнет таким бодрым, словно дрых без просыпа целую неделю. Он перевесился через стол, протянул руку подполковнику и произвел энергичное рукопожатие.

– Привет, Василич, - сказал он. - Это, что ли, твой убийца? Чего он у тебя без охраны сидит? Жить надоело?

– Слушай, Иван, давай без балагурства, а? - Еремин укоризненно нахмурился. - Я уже еле сижу. Работы тебе тут - выше крыши. Я тебе объясню все вкратце и пойду дела готовить. Генерал сегодня к пяти вызывает. С результатами. Будет мне сегодня пистон бронебойный в заднее отверстие.

– Дела у него! Так это теперь называется! - Брюнет хохотнул, глянув на Игоря. - Подушку он пойдет давить! Ладно, пущай поспит перед смертью. Тебя как зовут, подсудимый?

– Я не подсудимый, - вежливо сказал Маслов. - А зовут меня Игорь Михайлович.

– Игорь, стало быть? Замечательно! А меня - Иван Ароныч. - Брюнет подмигнул. - Фамилия - Бейлис, - добавил он, очевидно, чтобы не осталось никаких сомнений. - Папа с мамой - евреи. Все у меня евреи, даже домашние тараканы. А ты у нас, говорят, ассириец?

– Я не ассириец. Русский я, - скромно произнес Игорь, как бы застеснявшись вдруг такой обычной своей национальности. - А вот он говорит, что он - ассириец.

Игорь ткнул пальцем в фотографию Иштархаддона.

– Так-так… - Иван Ароныч деловито склонился над фотографиями. - Что у нас тут? Два мерзких типа. Один - качок, другой похож на шланг. Пред нами братья-близнецы: у них одна мамаша, но разные отцы. Оба преступники - сразу видно! Особенно этот, тощий. Ну вылитый жулик! И что ты с нас хочешь, Василич? Нашего тут ничего нет!

– Есть тут ваше, - упрямо сказал Еремин.

– Да нет, нет тут ничего нашего! - Бейлис взмахнул руками. - Тут все ясно как божий день - два идентичных близнеца, один из них укокал четверых, а вы сдуру схватили второго. Где тут наш профиль-то? Чистая уголовка. Плюс строгий выговор от начальства. Не мне, разумеется. Тебе.

– Мы взяли обоих, - угрюмо сообщил Еремин, глядя в стол. - Один из них перед тобой. Игорь Маслов. Чист как детская слеза. Наверное, даже вегетарианец. А второй, убийца - тот, которого вчера скрутили, - исчез.

– Сбежал? - Иван почесал в лысеющей макушке. - Сочувствую, Василич. Это невероятно неприятно, как говорит моя теща. Я что-то не помню, чтоб у нас кто-нибудь из ИВС бегал. Как же вы так прошляпили? Дяденька-то серьезный - англичанина пришиб!

– Не сбежал он. Исчез.

– То есть как - исчез? Прямо совсем? Раз - и нету? Может, там хоть следы взлома есть или что? Стены проверили? Может, вывел его все-таки кто-то под белы рученьки? Может, охрану подкупили?

– Я Митрича и Прошкина к его камере поставил, - глухо сказал подполковник. - Усиленную охрану поставил - ведь как сердцем чувствовал… Можно подкупить Митрича и Прошкина?

– Митрича и Прошкина - нельзя, - убежденно произнес Бейлис.

– Вот именно. А он - исчез.

– Да… - Бейлис возбужденно зашагал по кабинету. - Похоже, что дело-то наше. Может, он иллюзионист, этот ваш Иштванбурдюк? Хотел украсть меч для своих фокусов?

– Иван Аронович, - подал голос Игорь. - О чем вы все время говорите? Что такое «ваши дела»? Что такое «ваш профиль»?