Анубис - Вольфганг Хольбайн

— С вами все в порядке, профессор? — спросил Том.

Не только его взгляд, но и озабоченный тон свидетельствовали о том, что Могенсу надо только сказать «да», чтобы в глазах Тома до скончания века появилась улыбка.

— Том? — пробормотал он. — Ты?

Напряжением воли он заставил себя расслабиться. Прошло еще несколько секунд, прежде чем Том почувствовал, что сопротивление Могенса ослабло. Он отпустил его запястье, а потом и убрал руку, удерживающую колено.

— Все в порядке, профессор? — с сомнением спросил он.

Ничего не было в порядке. Могенса этот вопрос поверг бы в смех, если бы у него оставались на то силы.

— Извини, Том, — сказал он. — Мне… жаль. Мне… приснился кошмар.

— И на то у тебя были все основания, Могенс!

Нет, это отвечал не Том. Могенс узнал этот голос с первого же звука. И все-таки — нет, поэтому — Могенс помедлил еще секунду, чтобы собраться с силами перед тем, как повернуть голову и посмотреть на говорившего.

— Джонатан? — не веря своим глазам, тихо произнес он.

— По крайней мере, ты еще помнить мое имя, — с издевкой сказал Грейвс. Скрестив руки на груди, он прислонился к стене у двери и смотрел на Могенса таким взглядом, который тот не взялся бы определить, но, во всяком случае, он мог выражать что угодно, только не доброжелательность. — Это дает надежду. Может, не все камни попали по твоей голове.

Могенс не стал реагировать на его слова. Том окончательно отпустил его — правда, только после того, как взглядом спросил разрешения у Грейвса и кивком получил дозволение. Могенс приподнялся.

— Ты… ты жив? — пробубнил он.

Грейвс секунду помедлил, будто всерьез размышлял над этим вопросом. И потом он ответил не сразу, а сначала разомкнул руки, закатал рукав рубашки и ущипнул себя за предплечье.

— Оу, — он с ухмылкой повернулся к Могенсу. — По крайней мере, выглядит так, что вроде бы жив. — Его ироничная улыбка без всякого перехода угасла. — Чего еще немного, и нельзя было бы сказать о тебе, Могенс. Если бы не Том, нам не довелось бы вести эту беседу. А мне бы снова пришлось отбиваться от этого дурака шерифа.

Могенс недоуменно посмотрел на него, а Грейвс повел своей черной блестящей перчаткой в сторону Тома:

— Том спас тебе жизнь, Могенс. Смотри, чтобы это не вошло в дурную привычку.

Сбитый с толку Могенс переводил взгляд с одного на другого. Грейвс снова скалил зубы, а Том с каждой секундой все больше смущался.

— Просто повезло, — опустил он глаза. — Я подкатил в нужный момент, вот и все.

— Ага, а если бы повезло меньше, ты был бы сейчас мертв, Могенс, — прокомментировал Грейвс. Потом покачал головой. — Ты излишне скромен, Том.

— Я едва помню, что произошло, — проронил Могенс, что было лишь на малую толику правдой. Строго говоря, у него в памяти сохранилось каждое жуткое мгновение прошедшей ночи, только он не мог сказать, что из его воспоминаний было действительностью, а что плодом его лихорадочной фантазии. Он сел в постели и ощутил острую пронизывающую боль в костях, от которой невольно застонал. Определенно не все, что он помнил, являлось игрой воображения.

— И что же произошло? — спросил он.

— Землетрясение, — сообщил Грейвс, пожимая плечами. Он пренебрежительно махнул рукой. — Не особенно сильное. Может быть, в городе слетела с полок пара тарелок, да и то вряд ли.

Он произносил это, а его взгляд говорил о другом. Могенс выдержал секунду, потом едва кивнул ему, вроде бы соглашаясь, и обратился к Тому:

— Мне бы сейчас чашечку твоего великолепного кофе, Том.

Том заколебался. Какое-то мгновение он выглядел совершенно потерянным, потом быстро обменялся с Грейвсом — на этот раз определенно — вопрошающим взглядом и, наконец, поднялся, чтобы решительным шагом покинуть комнату.

— Парень спас тебе жизнь, Могенс, — со всей серьезностью повторил Грейвс. — Мог бы выказать хотя бы чуть-чуть благодарности.

— Знаю, — буркнул Могенс. Грейвс был кругом прав, а его упрек еще больше задел и без того больную совесть Могенса. Но он был слишком обескуражен, чтобы ухватить правильную мысль.

— А ты?

Грейвс недоуменно посмотрел на него.

— Как ты спасся? — пояснил Могенс свой вопрос. — Я думал, ты… ты погиб. Боже, когда там, внизу, все начало рушиться…

— Для человека, утверждающего, что он агностик, ты слишком часто поминаешь имя Господа, — съязвил Грейвс. Он покачал головой и в то же время как бы пожал плечами. — Не так уж там было страшно, как показалось в первый момент. Я больше боялся за тебя, чем за себя, Могенс. Тебе бы надо было подойти ко мне, вместо того чтобы убегать. Когда я увидел, как ты мчишься в туннель, сразу подумал, что на что-нибудь напорешься. Не сказать, чтобы это было умно, Могенс. Если бы Том не нашел тебя, тебя давно бы уже не было в живых.

Том… Что-то при упоминании этого имени прозвучало в ушах Могенса… неправильно. Он попытался вспомнить детали прошедшей ночи, но в его голове крутилась настоящая карусель из мыслей и образов. Что-то там было такое… но ему никак не удавалось вызволить это воспоминание. Жуткая морда с песьим оскалом и красными горящими глазами. Когти, которые так же легко раздирают рубашку, как и кожу под ней…

Могенс окончательно сел и окинул себя взглядом. Его рубашка покрылась коркой грязи, а на груди и плечах была располосована. На коже под ней, испачканной не меньше, протянулись четыре глубокие затянувшиеся корочкой царапины, которые горели огнем. Раны, которые он заполучил во время своего отчаянного бегства.

— Надеюсь, ты не станешь упрекать его за это, или?.. — Грейвс был донельзя серьезен. — Бедный мальчик и так уже получил по заслугам, что бросил тебя одного, вместо того чтобы дожидаться у выхода, как обещал.

Могенс молчал. Разумеется, он и сам отдавал себе отчет, насколько абсурдны его домыслы, но для него эти царапины были шрамами, которые оставили на его теле когти чудовища…

Он стряхнул дурные мысли.

— Что это было там, под землей? Это… это сделали мы?

— Землетрясение? — рассмеялся Грейвс. — Вряд ли. Надеюсь, теперь ты больше веришь мне, Могенс. Весь комплекс сооружений погружается в землю. Нам остается все меньше времени.

Прошло несколько секунд, прежде чем Могенс понял, что на самом деле значили слова Грейвса. Он выпрямился:

— Ты… ты собираешься еще раз спуститься вниз?

При одном лишь упоминании о том, чтобы снова оказаться в тех жутких катакомбах, желудок Могенса сжался.

— А ты как думал? — ответил Грейвс. — Могенс, ты что, забыл вчерашнее? — От волнения он принялся яростно размахивать руками. — Мы сделали это, Могенс! Ты это сделал! У нас теперь есть доказательства.

— Ты собираешься туда еще раз? — не поверил своим ушам Могенс. Его голос срывался на глухой хрип. — Ты… ты хочешь ту дверь открыть?!