Смерть на кончике пера - Людмила Белякова

– Как у вас дела?

– Ничего, Аня вроде веселая. Вам дать ее?

«Дайте мне Анну К., и я переверну мир!»

Стукнула положенная трубка, через секунду Андрей услышал голосок Анны К.

– Привет, Аня. Как вы?

– Я – замечательно! – Голос у нее и вправду был счастливый. – Ксения Петровна учит меня печь пирожки.

– О, в этом она мастер.

– А у меня такие кособокие мутанты выходят!.. Я боюсь растолстеть на ее стряпне. По-моему, она специально меня откармливает, а у меня нет сил отказаться.

Они поболтали полчаса, очень приятно, необязывающе, словно их не свели невероятные, почти фантастические обстоятельства.

– Да, Андрей, у меня к вам просьба… Мне, вы понимаете, неудобно жить на содержании у Ксении Петровны… Можете подъехать сюда, взять мою кредитку и снять деньги? Да, и еще одна странная просьба…

«А вы вообще странная девушка, Анна К.! Подать вам к подъезду водяного коня в алмазной упряжи?»

– У нас в универмаге есть отдел – там продают парики…

– Парики?

– Да. Купите, какой я скажу? Может понадобиться.

– Пожалуйста, Анна, никуда не выходите!

– Но я же не могу всю жизнь просидеть у Ксении Петровны! Мне работу какую-то надо – хоть с лотка овощами торговать… И вообще – вы же сами хотели меня, как редкий экземпляр, кому-то продемонстрировать? Для этого тоже рано или поздно придется выйти. Вот я и буду надевать камуфляж, пока эта история не придет к логическому завершению.

– Ну да, конечно… Завтра утром я покажусь главному, посмотрю, что там в редакции, и позвоню. Устроит?

– Вполне.

Андрей еще долго сидел в прихожей и размышлял, что еще хотел сказать Анне К. А чем вообще должна была бы закончиться эта история, если логики в ней никакой?

«Ну, признают эниологи, что у Анны имеется какой-то тонкоэнергетический дефект и она носительница вредоносного начала, и что? Это можно как-то вылечить или это приговор на изоляцию от человеческого общества, как заразному больному? Чего я добился? Открыл «синдром русалки» или «феномен фам фаталь»?»

Утром в редакции Андрей застал отоспавшуюся за праздники Валю и не совсем адекватного Костика, который нервно пил чай и жаловался, что всю квартиру заполнили дети, а ему там места нет.

– Во, – поймал его последний возмущенный вопль Андрей, – на работу почаще ходить будешь. Здесь не достанут!

Костик метнул в его сторону злой взгляд красных, невыспавшихся глаз и пробурчал:

– Посмотрел бы я, какой бы ты был на моем месте…

– Я-то буду образцово-показательным отцом.

– У нас еще один декретник намечается? – раздался за спиной бодрый голос главного.

– Здрасть, Михал Юрич… Константин выразил желание поработать над фотопортретами обитателей Бомж-тауна. Оч-чень фактурные типчики. Машину дадите?

– Что – прям сейчас?! – ужаснулся Костик, отрываясь от стакана с чаем.

– Сейчас, но не к бомжам. Михал Юрич, я отъ еду к нашей коллеге? Сорок минут – самое большее.

Стоя на светофоре, он набрал телефон Ксении Петровны. Анна ответила после четвертого сигнала.

Когда он вошел, Анна К. окинула его внимательным, ощупывающим взглядом, и он понял, почему. Стараясь не пялиться в упор, оценил ее вид. Она посвежела, ушло загнанное выражение глаз. Анна даже улыбнулась и с почти детским любопытством взяла у него из рук коробку фигурного шоколада.

– Спасибо. Ой, какие зверюшки – есть жалко будет… Вот моя карточка – я столько таскала ее в сумке, вдруг с ней что-то случилось. Вот код и список того, что нужно. Уж извините, но раз вы меня сюда поместили…

– Ничего, я Валю попрошу. Она это лучше сделает.

– А она знает?…

– Мм, почти не знает. Знает, что мы с вами знакомы… Она и про Зуеву знает – что я с ней встречался.

– А вы с ней встречались?

Андрей увидел, как вытянулось хорошенькое личико Анны К.

– Она же от меня про ваши… способности узнала.

Анна была поражена – прямо утратила дар речи.

– Я решила, что вы пришли к выводам независимо друг от друга.

– Нет. Это я все анализировал. А она притворялась, что не верит.

Анна К. криво усмехнулась:

– Да?! Ну, будет возможность – скажу ей большое человеческое спасибо.

Она отошла подальше, встала спиной к дверному косяку, сложила руки на груди.

– Так вы встречались с Зуевой?

– По-приятельски, по работе. Не знал я, что она на такое способна. Я чуть не рухнул, когда вас вдвоем в «Подкове» увидел… А сейчас, по-моему, она догадывается или подозревает, что я причастен к вашему исчезновению.

– Как, вы сказали, зовут того человека, который… все это раскрутил?

– Реваз Джавахадзе. Он хозяин фирмы «Снежана» – фрукты, цветы…

– Ладно, – глубоко вздохнула Анна, стараясь успокоиться. – Я вас задерживаю?

– Да нет, но надо же все купить и привезти.

– Вы когда приедете?

– Сегодня вечером или завтра утром. Не берите все это в голову. Интриги закончились.

В редакции Андрей застал Валю, вязавшую что-то пушистое.

– Лето на дворе, а ты теплые вещи вяжешь. Женская логика?

– Я не вяжу – я ворожу, глупый. Если сейчас начать вязать что-нибудь легкое, опять снег пойдет. Я начала мужу свитер вязать, и сразу потеплело. Завтра уже плюс девятнадцать.

– И что б тебе три недели назад его начать?

– А мне пряжу только на праздник подарили.

– Слушай, Валь, вязать я за тебя точно не смогу, но ты за меня можешь эти вещи купить. Это для Ани Коваленко.

– А она что, болеет?

– Ну, почти. На карантине. За ней Резо охотится, который «подорожников» по дорогам насажал.

– Да ты что?! – вздернула она голову от вязанья.

– Ага, только ты молчи. Это серьезно. Он же бандит. Сделаешь? А я подежурю на трубке.

Андрей отдал смущенной Вале карточку со списком и сел набросать хоть что-то о Бомж-тауне и его обитателях.

Пришел Борода.

– А где Валя?

– Я за нее отвечаю на звонки, а она мне колготки покупать пошла.

– В трансвеститы податься решил, затейник?

– Если мой размер найдется, хоть вчера.

– Если материал сделаешь забойный – тогда благословлю.

– Здравствуете, молодые люди. – В комнату заглянула незнакомая женщина. – Мктыча Мартиросовича можно видеть?