Zombie Fallout. Апокалипсис - Марк Тюфо

– Знаешь, – начал он, – если бы бог сказал мне, что я должен отказаться либо от пива, либо от кофе, не представляю, что бы я выбрал.

Трейси полагала, что это дилемма решается очень легко.

– Пиво.

Майк покосился на нее.

– Ну ладно. Бог говорит: кофе или сигареты.

Теперь Трейси поняла, о чем речь.

После того, как они свалили покупки на заднее сиденье джипа Майка и уже двинулись к выезду с парковки, Трейси спросила мужа:

– А если бы Господь предложил выбрать между этим джипом и мной, насколько сложным был бы для тебя этот выбор?

Майк ответил без малейшего промедления:

– Ах, милая, это было бы совсем несложно.

Однако подробностей он не уточнял, и Трейси была наполовину уверена, что поняла его невысказанную мысль.

– Есть идеи получше? – спросила Трейси.

– Ну, нам нужны сигареты, – слабо улыбнулась Николь.

Не раз за свою мятежную юность Николь хотела «одолжить» папин джип, когда тайком выбиралась из дома – но все-таки она была непослушной, а не сумасшедшей. Джип так и оставался надежно запертым в своем гараже.

Николь осторожно пролезла на пассажирское сиденье, подсознательно ожидая, что вот-вот сработает какое-нибудь противоугонное устройство. Неважно, как близко она пододвинула кресло и какую позу приняла – все равно сидеть было неудобно. Чувство вины – тесный костюмчик, и на ее матери он сидел, похоже, не лучше, чем на ней. В замкнутом пространстве гаража шум двигателя прозвучал оглушительно. Если бы не пристегнутые ремни безопасности, обе женщины, наверное, могли бы выскочить вон из машины. Трейси медленно включила заднюю передачу.

– Мам, может, ты сначала откроешь ворота?

– Ах да. Верно, – рассеянно улыбнулась Трейси.

Начало экспедиции грозило стать весьма запоминающимся. Николь не была уверена, что они поступают разумно. Дверь гаража с лязгом открылась, Трейси резко выжала сцепление, и джип заглох.

– Опаньки, – прокомментировала она.

– Великолепно, – проворчала себе под нос Николь.

Следующие три попытки выехать на задней передаче оказались столь же «успешны». А затем настала очередь первой передачи.

Трейси подкатила к центральным воротам, надеясь, что их откроют прежде, чем она потеряет скорость, и ей не придется снова возиться с первой передачей.

Игорь махнул рукой, приказывая им остановиться.

– Вот черт, – в унисон буркнули Трейси и Николь, руководствуясь одним и тем же мотивом.

Николь чуть не расплющила нос о приборную панель, когда джип взбрыкнул, словно разъяренный мустанг.

– Что с вами, Тальботами, такое? Вам здесь не нравится? – спросил Игорь.

– Игорь, ты знаешь, куда поехали мальчики? – озабоченно спросила Трейси.

– Сказали, помогать своему па, но я знать, что они нагло врать, – любезно ответил он.

Трейси захотелось наорать на Игоря за то, что он их выпустил, но задача часового состояла в том, чтобы не впускать людей внутрь, а не в том, чтобы не выпускать их наружу.

– С ними все быть в порядок, миссис Тальбот, им хватит оружия завалить медведь, – сказал Игорь, заметив страх на ее лице. – Вы две должны сидеть здесь и ждать их назад. Туда ехать слишком опасно.

– Мальчикам ты сказал то же самое? – рявкнула в ответ Трейси.

Игорь отступил на шаг и махнул рукой, давая водителю автобуса знак отъехать. С тех пор, как он перебрался в Штаты, он многое усвоил. Здешние женщины были не настолько покорны, как в России, так что будить лихо было себе дороже.

– Удачного дня.

И он полез греться в автобус.

На выезде из ворот джип заглох еще дважды. Водитель автобуса, похоже, был на грани паники. Он отчаянно жестикулировал, показывая Трейси, чтобы та очистила въезд.

– Какого хрена он так разволновался? – раздраженно спросила Трейси.

Попытки вести – или, если быть реалистами, в основном стопорить – джип Майка слегка взвинтили ее.

– Тут на целые мили кругом нет ни одного зомби!

Она была неправа – крайне, крайне неправа – но отсюда их, определенно, разглядеть было сложновато.

– Смотри не обмочи подштанники! – выкрикнула Трейси, наконец-то успешно переключаясь на первую и освобождая дорогу автобусу.

– О Боже, когда Майк за рулем, это кажется так легко!

– Мам, а ты уверена, что нам стоило выезжать наружу?

Николь не могла точно сказать, в чем дело, но что-то казалось неправильным. Дурные предчувствия усиливались по мере того, как Литл Тертл исчезал в зеркале заднего вида.

Однако Трейси была слишком поглощена борьбой с коробкой передач, чтобы что-то заметить. Вполне вероятно, что причина трудностей со сцеплением лежала в области подсознательного и не имела никакого отношения к ноге на педали.

– Ха, я это сделала! – торжествующе воскликнула Трейси, проезжая перекресток Гавана и Эванс практически как по маслу.

Теперь, когда у нее появилась возможность оглядеться по сторонам, ей пришлось согласиться с Николь. Возможно, это было не столь уж хорошей идеей. Трейси рисковала жизнью дочери и своей собственной, и ради чего – она понятия не имела, куда уехали мальчики. А колесить вокруг без всякой цели было равносильно самоубийству. Конечно, они были вооружены, но ни одна не сделала за свою жизнь больше полудюжины выстрелов, да и то мимо цели.

Этот дивный новый мир^[59] совершенно измотал Трейси – ее муж то и дело пускался на какие-то авантюры, а теперь и мальчики умотали Бог знает куда.

Уронив голову на руль, Трейси оглянулась на дочь.

– Николь, я понятия не имею, что делаю и куда еду. Майк убьет нас, если узнает об этом, и не только потому, что мы взяли его джип.

Николь никогда не видела свою мать настолько подавленной. Надо было что-то быстро придумать, иначе Трейси могла полностью замкнуться в себе. В прошлом году у Николь отобрали права. Не то чтобы сейчас на дороге их поджидал патруль, но факт оставался фактом: она едва могла управлять машиной с автоматической коробкой передач. Сцепление даже не обсуждалось. Дурные предчувствия не ослабевали ни на йоту. И у нее не было ни малейшего желания топать до комплекса пешком.

– Я бы не отказалась от сигареты, – сказала Николь, косо поглядывая на мать в надежде получить хоть какую-то реакцию, кроме отчаяния.

Трейси подняла голову. На ее напряженном лице читалось страдание, но сейчас там появилось и нечто другое… решимость. Трейси злилась на себя за то, что из уныния ее способна вывести обычная сигарета, но старые привычки так быстро не отпускают.